Лу Ди подошел к ней. Он коснулся ее плеча, и она поняла его без слов. Он собирался пожертвовать своей новообретенной божественностью, чтобы спасти этот мир. Вся колоссальная мощь Падающей Звезды хлынула из него, но не как оружие, а как лекарство. Он вливал в хаос порядок, в пустоту — смысл. Разлом в реальности, столкнувшись с этой созидательной силой, начал затягиваться, превращаясь из черной дыры в ослепительно-белый шрам на ткани бытия.

Когда последний отголосок Системы покинул его разум, а последняя искра космической энергии ушла на «ремонт» мира, все было кончено. На небе, там, где бушевал шторм, теперь сияла новая, спокойная серебряная звезда.

Лу Ди, истощенный и снова ставший почти человеком, рухнул на колени. Лин Фэн подхватила его. Их война была окончена. Они победили.

(Эпилог )

Прошел год.

Вдали от мира, в уединенной горной долине, где воздух был чист, а время текло медленно, стоял небольшой, простой дом. Они построили его сами. Здесь, в тишине, они учились жить заново.

Орден Безмолвного Ока пал, и его распад вызвал на континенте бурю, которая бушевала где-то далеко. Но сюда доносилось лишь ее далекое эхо.

Лу Ди сидел на пороге дома, глядя на закат. Вулкан в его душе окончательно потух, оставив после себя теплую, плодородную почву. Он больше не был Архитектором Реальности, но его контроль над своей истинной силой, силой Земли и Огня, усиленной последним даром Уголька, стал абсолютным. Он был спокоен.

Рядом с ним сидела Лин Фэн. На ее плече, свернувшись светящимся клубком, дремала Дафна. Лед в душе Лин Фэн не растаял. Он превратился в огромное, кристально чистое озеро, в глади которого отражалось мирное небо.

— В этом мире было два закона, — тихо сказал Лу Ди. — Воля Небес и право сильного. Я думал, я должен написать третий — закон мести. Но я ошибался.

Он посмотрел на Лин Фэн, и в его глазах больше не было огня войны, лишь глубокое, теплое спокойствие. — Третий закон — это право выбирать. Выбирать защищать, а не разрушать. Выбирать строить свой дом, даже если вокруг бушует буря.

Она ничего не ответила. Лишь на ее губах впервые появилась слабая, но настоящая, живая улыбка.

Они нашли свой покой. Они были свободны. Казалось, их путешествие действительно завершилось.

Но мир не любит пустоты. И древние силы не любят, когда на их доске появляются новые, слишком сильные фигуры.

В тот момент, когда солнце скрылось за горизонтом, легкий ветерок принес с собой один-единственный, идеальный лепесток камелии. Он закружился в воздухе и плавно опустился на деревянный столик, стоявший между ними.

И в их общем сознании, которое они уже научились считать своим личным пространством, раздался новый голос. Он не был ни механическим, как у Системы, ни грубым, как у Уголька, ни звонким, как у Дафны. Этот голос был мелодичным, как музыка, древним, как шепот ветра, и полным лукавого, кошачьего веселья.

— Какая впечатляющая буря. Вы сломали старую, скучную игрушку Великого Смотрителя. Очень, очень шумно.

Лу Ди и Лин Фэн мгновенно напряглись. Их покой был нарушен.

— Но теперь вы сидите здесь и играете в тишину, — продолжал насмешливый голос. — Какая скука. Вы действительно думали, что вам позволят просто уйти со сцены?

Лепесток камелии на столе начал слабо светиться.

— Мир не любит пустоты. Старая игра окончена, но новая вот-вот начнется. И у таких фигур, как вы, нет роскоши сидеть в зрительном зале. Вы — главные фигуры на доске. Король и Королева.

Они вскочили на ноги, их ауры, которые они так долго держали в безмолвии, вспыхнули с новой силой. Они сканировали пространство, но не находили источника голоса. Он был нигде. И везде.

— Наш Клан Тысячи Иллюзий приглашает вас сделать первый ход. Или же первый ход будет сделан за вас. Мы найдем вас, когда вы будете готовы перестать притворяться людьми.

Голос исчез. Лепесток камелии на столе вспыхнул и растворился в воздухе, оставив после себя лишь едва уловимый аромат корицы и озона.

Лу Ди и Лин Фэн смотрели на опустевший стол, а затем друг на друга. В их глазах, в которых только что царил мир, снова загорелся холодный огонь. Огонь не мести. А огонь битвы.

Их война не закончилась. Она просто перешла на новый уровень.

Прошло три недели с тех пор, как они покинули Первозданный Храм. Три недели с тех пор, как Лу Ди отдал свою божественную мощь, чтобы залатать рану в реальности. Три недели с тех пор, как Великий Смотритель и его Орден превратились в прах и воспоминание.

Для мира это было мгновение. Для них — целая вечность.

Они вернулись в свою тихую, уединенную долину в предгорьях Туманного Хребта. Тот самый маленький дом, который они построили, все еще ждал их. Воздух был так же чист, водопад так же ровно шумел вдалеке. Но покой, который они надеялись здесь обрести, оказался отравлен тихим, но настойчивым диссонансом.

Лу Ди сидел на пороге, держа в руках простое деревянное кольцо, подаренное Цзином. Он медленно вращал его, чувствуя гладкую, теплую поверхность. Он пытался медитировать, погрузиться в свое внутреннее море Ци, как его учили в монастыре. Но он постоянно натыкался на фантомные ощущения. На пустоту там, где раньше был безграничный океан знаний Звезды. На тишину там, где раньше звучал холодный, логичный голос Системы. На холод там, где раньше горел саркастичный, но такой привычный огонь Уголька.

Он был силен. Невероятно силен по меркам любого культиватора. Его Ци, очищенная и усиленная последним даром огненного духа, была подобна расплавленному золоту, текущему по его жилам. Но он чувствовал себя калекой. Как птица, которая летала среди звезд, а теперь вынуждена снова учиться ходить по земле.

Он посмотрел на треснувшую чашку на столе, ту самую, что он не смог починить несколько недель назад. Он снова протянул к ней руку, сконцентрировался. Он ощутил каждую молекулу глины, каждую связь между ними. Он попытался приказать им... но ничего не произошло. Он мог лишь окутать чашку своей Ци, заставив ее вибрировать. Он мог раздавить ее в пыль силой мысли. Но он больше не мог переписать ее природу. Он больше не был Архитектором.

В этот момент во двор бесшумно шагнула Лин Фэн. Она вышла из тени под карнизом крыши, где ее секунду назад не было. На ее плече сидела Дафна, которая с любопытством разглядывала бабочку, севшую на цветок. Лин Фэн посмотрела на Лу Ди, на чашку, и все поняла без слов. Их равновесие было нарушено. Она все еще могла касаться законов этого мира, изгибая их. Он — уже нет.

— Не кисни, красавчик! — прозвенел в их общем сознании голос Дафны, которая заметила его настроение. — Ну подумаешь, не можешь больше превращать камни в кексы! Зато ты теперь такой… загадочный! Весь в себе! Девушкам такое нравится. Правда, Снежная Королева?

Лин Фэн не ответила, но подошла и села рядом с Лу Ди на ступеньку.

Именно в этот момент это случилось снова. Легкий, как дыхание, ветерок пронесся по долине, хотя все деревья стояли неподвижно. Он принес с собой едва уловимый аромат корицы и озона. И перед ними, на землю, плавно опустился один-единственный лепесток камелии.

Иллюзия вторжения, которую они пережили в прошлый раз, померкла. Теперь это было прямое, безмолвное послание. «Мы здесь. Мы все еще наблюдаем».

— Они играют с нами, — тихо сказал Лу Ди. — Они показывают, что могут найти нас где угодно и когда угодно.

— Они чего-то ждут, — ответила Лин Фэн. — Они не нападают. Они наблюдают. Изучают.

— Они изучают нашу слабость, — закончил он, и его взгляд стал жестким. — Меня.

Это было горько признавать, но это была правда. В этой новой, непонятной игре интриг и иллюзий он был уязвим. Он был прямой, как копье, в мире, где все было скрыто за семью вуалями лжи.