Лу Ди и Лин Фэн провели здесь два дня, готовясь к переходу. Они обменяли оставшееся серебро и некоторые трофеи на вещи, которые здесь ценились дороже золота. Большие бурдюки для воды. Плотную, светлую одежду из верблюжьей шерсти, которая защищала и от жары, и от ночного холода. Специальные очки с узкими прорезями, спасающие глаза от слепящего солнца и песка. И самое главное — информацию.

В единственной таверне, пропахшей потом, пылью и кислым верблюжьим молоком, они слушали. Они узнали, что пустыня — это не просто песок. Это живой, коварный организм. Они слышали истории о песчаных бурях, которые могут за несколько минут похоронить под собой целый караван. О блуждающих дюнах, которые меняют ландшафт до неузнаваемости, делая любые карты бесполезными. О миражах, которые манят измученных путников к несуществующим оазисам, обрекая их на смерть.

И они впервые услышали о «Зоне Подавления».

— …гиблое место, — говорил старый, однорукий охотник за головами за соседним столом. — Чем ближе к центру пустыни, к месту, где, по слухам, упала с неба черная звезда, тем хуже. Воздух становится… пустым. Твоя Ци просто тает. Любое заклинание, любая техника — все равно что пытаться зажечь мокрую спичку. Там все равны. И адепт великой секты, и простой головорез с ножом. Выживает не тот, кто сильнее духом, а тот, у кого крепче ноги и больше воды во фляге.

Лу Ди и Лин Фэн переглянулись. Это было то, что им нужно. Место, где сила Янь Уцзи и его приспешников станет бесполезной. Но добраться до него было само по себе подвигом.

Закупив все необходимое и наполнив каждый бурдюк водой, они вышли из Песчаного Форта на рассвете. Они сделали свои первые шаги по песку. И пустыня тут же начала их испытывать.

Жар был невыносим. Каждый шаг требовал усилий, ноги вязли в сыпучем песке. Безжалостное солнце высасывало влагу из их тел. Уже через несколько часов их одежда промокла от пота, а во рту появилась противная сухость.

Но хуже всего было воздействие на их Ци. Они оба чувствовали, как окружающая энергия становится все более разреженной, хаотичной. Их собственные духовные ядра, которые они с таким трудом восстановили, работали с перебоями, словно двигатель, которому не хватает топлива.

— Я… я почти не могу поддерживать ледяной покров, — с трудом проговорила Лин Фэн через несколько часов пути. — Моя энергия рассеивается, едва покинув тело.

Лу Ди чувствовал то же самое. Его огненная Ци, наоборот, становилась нестабильной, непослушной, грозя вспыхнуть в любой момент. Лишь тяжелая, земная энергия оставалась относительно спокойной, но и она казалась вялой и апатичной.

«Это только начало, — прокомментировал Уголёк, чей голос звучал слабо и недовольно. — Эта земля не любит магию. Она ее отторгает. Вам придется учиться полагаться на свои жалкие смертные тела».

Первая ночь в пустыне принесла не облегчение, а новые испытания. Стоило солнцу скрыться за горизонтом, как испепеляющий жар мгновенно сменился леденящим холодом. Температура упала ниже нуля. Они вырыли в песке неглубокую яму, чтобы укрыться от пронизывающего ветра, и прижались друг к другу, укрывшись одним плащом.

Они сидели в полной темноте, дрожа от холода. Тишина была абсолютной. Это была не та напряженная тишина леса или гнетущая тишина ущелья. Это была тишина пустоты, тишина мертвого мира.

— Я никогда не думала, что буду скучать по болоту, — прошептала Лин Фэн, и ее дыхание превращалось в облачко пара.

Лу Ди ничего не ответил. Он просто придвинулся чуть ближе, пытаясь согреть ее своим телом. В этот момент они были не культиваторами, не воинами. Они были просто двумя замерзающими людьми, затерянными в бесконечности. Эта простая, отчаянная близость была интимнее любого поцелуя. Они делили не постель, а последнюю толику тепла, которая отделяла их от смерти.

Их первое столкновение с обитателем пустыни произошло на вторую ночь.

Они уже научились спать по очереди. Дежурил Лу Ди. Он сидел, укутавшись в плащ, и вслушивался в тишину. Внезапно он почувствовал это. Легкую, едва заметную вибрацию, идущую из-под земли. Он тут же разбудил Лин Фэн.

Они вскочили на ноги, готовые к бою. Вибрация усиливалась. Песок вокруг них начал шевелиться.

— Оно под нами! — прошептала Лин Фэн.

В нескольких метрах от них песок вздулся, и из него, как чудовищный червь, вырвалось существо. Оно было похоже на гигантскую многоножку, но покрытую толстым, похожим на камень, хитиновым панцирем. У него не было глаз, но его огромные, похожие на жвала, челюсти щелкали, ориентируясь на их вибрацию. Дюнный Ползун.

Тварь ринулась на них. Лу Ди попытался использовать «Теневой Шип», но с его пальца сорвалось лишь жалкое, бессильное облачко энергии. Лин Фэн метнула ледяной дротик, но тот отскочил от панциря, не причинив вреда.

Их техники здесь были почти бесполезны.

— Разделяемся! — крикнул Лу Ди. — Лиши его цели!

Они бросились в разные стороны. Ползун на мгновение замер, а затем ринулся за Лу Ди, как за более крупной и «шумной» целью.

Лу Ди бежал, чувствуя, как земля дрожит за его спиной. Он понимал, что не сможет бегать долго. Он подбежал к небольшому нагромождению скал, торчащих из песка, и вскарабкался на самый высокий камень.

Ползун с разгону врезался в скалу. Раздался оглушительный грохот. Тварь отшатнулась, но тут же начала пытаться вскарабкаться наверх, скрежеща своими многочисленными лапами по камню.

В этот момент атаковала Лин Фэн. Она подбежала сзади и со всей силы вонзила свой ледяной клинок в сочленение между сегментами панциря. Это было одно из немногих уязвимых мест.

Монстр взревел от боли и ярости, разворачиваясь и пытаясь достать ее своей щелкающей пастью. А Лу Ди, выждав момент, спрыгнул ему на спину. Он бежал по его хитиновому панцирю, как по мосту, и наносил удар за ударом своим тесаком в то же уязвимое сочленение.

Это была не битва техник. Это была грязная, жестокая, первобытная драка. Они использовали не Ци, а свою физическую силу, ловкость и отчаяние. Наконец, после десятка ударов, панцирь монстра треснул. Лу Ди вонзил свой меч по самую рукоять. Дюнный Ползун в последний раз содрогнулся и затих.

Они стояли над его трупом, тяжело дыша. Они победили. Но эта победа далась им невероятно тяжело и показала, насколько они уязвимы в этом новом мире.

Они продолжили свой путь. Дни сливались в однообразный, изнурительный кошмар из жары, жажды и песка. Ночи — в холод и напряженное ожидание. Но они шли. Они шли, поддерживая друг друга, деля последний глоток воды, последнюю крошку еды.

Их связь, закаленная в боях и исцелении, становилась абсолютной. В этом бескрайнем, пустом мире они были друг у друга единственной точкой опоры.

Однажды вечером, когда их запасы воды почти подошли к концу, а силы были на исходе, они укрылись от ветра в тени невысоких скал. Они сидели рядом, глядя на то, как солнце тонет в море песка.

— Что, если мы не найдем эту Звезду? — тихо спросила Лин Фэн. В ее голосе впервые прозвучало сомнение. — Что, если это просто легенда?

Лу Ди посмотрел на ее измученное, покрытое пылью, но все еще прекрасное лицо. Он увидел трещинку на ее пересохших губах. Не думая, он протянул руку и большим пальцем осторожно, почти невесомо, коснулся ее губ, стирая воображаемую пылинку.

Она вздрогнула от его прикосновения. Их взгляды встретились. И в этот момент, в этой бесконечной пустыне, мир вокруг них исчез. Остались только они двое. Воздух между ними наполнился не жаром пустыни, а иным, внутренним жаром. Он медленно наклонился к ней, она — к нему.

Но их момент был прерван.

«Идиоты! На горизонте! — панически взвыл Уголёк, нарушая их уединение. — Это не мираж! Это песчаная буря! Настоящая! Если она нас накроет здесь, от нас останутся только обглоданные ветром кости! Прячьтесь! Немедленно!»

Они посмотрели туда, куда указывал Уголёк. Темная линия на горизонте, которую они приняли за гряду холмов, росла с ужасающей скоростью, превращаясь в гигантскую, ревущую стену из песка и ветра, которая неслась прямо на них.