– Больше двух Воинов с позиций я снять не могу, – следуя его совету, заявил Аврелий, – поэтому выбрал лучших, то есть вас. Задача будет простой: выручить Туркина, схватить Зевса и найти Ивана. Желательно сделать все до утра. Иначе, чтобы остановить войну, нам придется полечь всем составом, оставив об ордене Абсолютных Воинов одни приятные воспоминания.

– Задача ясна, – без тени иронии произнес Ямата. – Алексей, кстати, выбрался из карцера. Оказывается, прятали его на Земле. Сейчас Туркин где-то на подлете к Титану. Не знаю, как он думает пробиться сквозь вражеские заслоны, но встречу нам Алексей назначил на дворцовом космодроме.

– Этот сектор сейчас под контролем олимпийцев, – подсказал Семенов.

– Но Алексей уверен, что это нам только на руку, – продолжил Ямата.

– Странная уверенность, – заметил Громов. – Он опять что-то придумал?

– Ничего противоречащего вашему приказу, – заверил Георгий. – Он хочет схватить Зевса и тем самым вернуть себе доверие Диктатора.

– Верно мыслит, – буркнул Аврелий. – В основном, потому, что не знает, кем ему этот Зевс приходится.

– Вы о чем? – настороженно спросил Ямата.

– Родственнички они, оказывается, – признался Громов. – Потому Зевс Алексея и умыкнул. Перевоспитать надеялся. Думал, родная кровь взыграет, да и переметнется Воин на его сторону.

– Постойте, а Иван? – изумленно глядя на старика, спросил Георгий.

– И сопляк этот в той же обойме, – подтвердил Аврелий. – Мафия. Так что на Туркина не сильно надейтесь. Представляете, какие решения ему предстоит принимать? От такой психической нагрузки он может и в отставку выйти. Чем он, кстати, собрался приманивать Зевса?

– Алексей прихватил с собой его подругу, – ответил Семенов. – Она вроде бы согласилась их состыковать. Такая тетя, доложу я вам!

– Не отвлекайся, – остановил его Аврелий. – Прорывайтесь, как хотите, но на космодроме Туркин должен оказаться не один! Времени остается мало, и второго шанса у нас может не быть. Возьмете Зевса – убьете сразу трех зайцев. Оправдаете Алексея, обезглавите олимпийцев и добудете нам специалиста по Чаше Жизни. Я думаю, он не откажет нам в любезности поискать средство против эпидемии.

– Разве Зевс биохимик? – снова удивился Ямата. – Я думал, что он военный.

– Доктор он прославленный, нейрохирург, – ответил Громов. – Васильев его псевдоним. Но и в био-, и в химии он разбирается не хуже, чем в медицине…

Пробиваться с большим шумом Воинам пришлось в трех местах. Сначала на выходе из пятого сектора, после – в переходе между седьмым и восьмым уровнями полуразрушенного космодрома и, наконец, на подходе к посадочному полю. Все заслоны были организованы олимпийскими десантниками, но, судя по ментальной нагрузке, юные революционеры тоже внимательно следили за всеми передвижениями пары диверсантов. Настоящими Воинами олимпийцы рисковать не стали. Все их отряды состояли только из простых солдат, и путь до места встречи, обычно получасовой, занял у титанов чуть больше сорока минут. Когда впереди показались аккуратные площадки для посадки малых судов и кораблей, Воины перешли из боевого в обычный режим и внимательно осмотрелись. Космодром в этой части почти не пострадал. Развалины и оплавленные дыры в перекрытиях виднелись слева и справа, но прямо по курсу войны словно и не было. Единственным отличием от обстановки мирного времени можно было считать отсутствие бурной деятельности. Между кораблями не сновали неутомимые роботы и не прогуливались вальяжные техники. Машины с топливными контейнерами тоже стояли, уныло сбившись в неподвижное стадо на дальнем краю поля. Людьми использовались только трудолюбивые погрузчики, но вовсе не по назначению. Их массивные тела перегораживали площадь на уровне диспетчерских куполов, и что творится по другую сторону этой баррикады, разглядеть было сложно.

Воины, включив визуальную маскировку, длинными стремительными перебежками двинулись через поле. Они преодолевали пару сотен метров, от одной платформы до другой, примерно за три секунды, затем осматривали местность и перебегали снова. Особой реакции со стороны врагов, засевших где-то среди погрузчиков, не последовало, но видят их олимпийцы или нет, с полной уверенностью титаны сказать не могли.

– Поближе подпускают, – подумал Семенов. – Чтобы уж наверняка…

– Туркин где-то рядом, – откликнулся Ямата. – Я его чувствую.

– Мне кажется, нам следует смещаться вон к тому челноку, – Семенов представил себе, как выглядит с его позиции небольшой кораблик, корпус которого до сих пор испускал инфракрасные волны. – Приземлился минут десять назад, да и вид у него подходящий, как будто его в качестве мишени на учебных стрельбах использовали. Весь в касательных шрамах.

– Идем, – согласился Георгий.

Воины снова перешли в ускоренный боевой режим и, словно два лося в период гона, понеслись к челноку. Их прибытие практически совпало с парой ключевых моментов. Во-первых, в борту кораблика открылся люк и по короткому трапу на площадку спустился Туркин, а во-вторых, в двух шагах от диверсантов приземлился другой аппарат. Это был вместительный атмосферный аэробус, полный закованных в броню и силовые поля Воинов Олимпа.

Титаны мгновенно выбрали позиции и активировали излучатели античастиц. В бою с таким серьезным противником было не до бравады и приходилось пускать в дело. все резервы.

Туркин сориентировался в ситуации так же быстро, как его товарищи, но беспокойства в его мыслях почему-то не было. Он невозмутимо взглянул на рассыпавшийся в цепь отряд олимпийцев и обернулся, чтобы подать руку спускающейся по трапу девушке.

– Тебе надо переучиться в церемониймейстеры, – обращаясь к Алексею, подумал Семенов.

– Я тоже рад тебя видеть, – ответил Туркин. – Жаль, что наша встреча обещает стать такой короткой.

– Еще посмотрим! – смело заявил Воин. – У тебя хоть какое-нибудь оружие имеется?

– Храброе сердце, ум и голые руки, – весело ответил Алексей.

– Значит, только голые руки, – констатировал Семенов. – Не густо. Возьми хотя бы мой запасной «Брагин».

– Ничего не надо, – вмешался в их разговор незнакомый Семенову и Ямате мысленный голос. – Мои Воины вас не тронут.

– А мы их тронем! – с угрозой пообещал Семенов. – Уберите их с дороги! Алексей уйдет с нами!

– Но ведь вы хотели, чтобы с вами ушел ещё и я, – заявил голос. – Не так ли?

– Так, – обрывая очередную реплику Семенова, ответил Ямата. – Но вы оказались достаточно прозорливым человеком.

– Если бы так! – собеседник явно усмехнулся. – Я пойду с вами добровольно.

– Вот как?! – Ямата удивленно взглянул на Алексея, который в ответ лишь округлил глаза и пожал пледами.

– У меня есть опыт и кое-какие научные данные, а у вас – оборудование. Геновирус для нас общая беда, и остановить его мы сумеем, только объединившись, – пояснил голос.

– Вы как-то подозрительно легко сдались, господин Зевс, – заметил Ямата. – Что это, очередная уловка?

– Нет, – ответил олимпиец. – Это проявление доброй воли. Ведь объявить о капитуляции вам не позволит гордыня, значит, первый шаг навстречу должен сделать я. Мои войска приостановят боевые действия, а я войду в бункер Диктатора и помогу вам справиться с эпидемией. Затем мы выйдем из подвалов Дворца все вместе, и у обывателей не возникнет ни одного каверзного вопроса ни к Воинам, ни к бывшему Диктатору, ни к новому правительству. Все будет выглядеть, как нечто само собой разумеющееся. То есть Воины, как всегда, не сдались. Диктатор – герой и спаситель, но время Диктатуры прошло. То, что мы выйдем из бункера вместе, будет символизировать новый мир – демократию и справедливость. Вот такой сценарий.

– Вы смелый человек, – скептически заметил Ямата. – А если Диктатор вас убьет и выйдет из подвала единственным и неповторимым?

– Однажды титаны уже совершили подобную ошибку, – Зевс усмехнулся. – Теперь им придется за неё расплатиться. Я не думаю, что Диктатор или Громов настолько неразумны, чтобы давать малолетним злодеям новый шанс. Ведь без меня эпидемию не остановить..