— Все натурально. Атаку ведут реальные корабли против нашего, как вы должны были заметить, тоже настоящего тендера. Бортовые компьютеры связь между собой не устанавливали, — ответил капитан, — а потому сейчас все решит человеческая интуиция и опыт. Иначе в космосе противника не победить.

— Так вы что же, деретесь наобум?! — удивленно спросил Комаров. — «Кажется, за тем вон астероидом враг…», и — бац?! Вдребезги и пополам?!

— А вы на что полагались, когда нокаутировали Зайнулина в прибрежных кустах? — спросил в свою очередь Лейц.

— Там было много чего. — Саша покачал головой. — Звуки, тепло, запахи…

— Так и здесь, — ответил инспектор. — Детекторы улавливают множество показателей, и на их основе компьютер выстраивает вполне отчетливую картину. Взгляните…

Лейц указал на монитор боевой рубки. Там, в отличие от изображения на обзорном экране, демонстрировались до боли натуральные фигурки вражеских кораблей, которые стремительно приближались курсом перехвата.

— Это компьютер так работает? — удивился Саша.

— А в твоем понятии он должен выдавать на экран столбики зеленоватых цифр? — ехидно поинтересовался Гурк.

В отличие от Лейца, помощник сразу перешел с землянами на «ты».

— Ладно, пусть это будет компьютер, — согласился Комаров, — но, в таком случае, при чем здесь интуиция капитана?

— Команду «К бою!» подает только человек, — пояснил Лейц. — Работа детекторов корабля занимает слишком много времени и оперативной памяти машины, ведь они обрабатывают чрезвычайно большой объем данных, а это очень сложно. Если допустить, что они будут трудиться на протяжении всего полета без перерыва, то в один прекрасный момент корабль зависнет не в силах справиться с потоком информации. Чтобы этого избежать, капитан обычно оставляет включенными лишь три-четыре детектора и на основе их сигналов слушает и воспринимает окружающий космос. Но, уловив опасность, он активирует все системы, и тогда мы видим картинку, подобную этой…

Инспектор вновь указал на боевой монитор. Серебристые, в представлении компьютера, корабли противника были уже совсем близко. Их оказалось десять, и шли они четким строем, постреливая из курсовых орудий лучами, тщательно прорисованными электронной машиной.

— Здесь все выглядит более интересно, — легкомысленно произнес Комаров. — А в темноте получаются какие-то жмурки…

— Обратный отсчет! Цель прямо по курсу, восемь румбов к зениту! К залпу! — вдруг скомандовал капитан. — Три, два, один, залп!

На боевом экране появились четыре красных линии, которые ушли откуда-то из-под нижней кромки проекции в сторону ближайшего вражеского корабля. Саша невольно сравнил увиденное с картиной за обзорным иллюминатором и убедился, что космический бой на самом деле выглядит отнюдь не увлекательно. За толстым стеклом по-прежнему чернело нетронутое какими-либо вспышками равнодушное пространство. Комаров снова перевел взгляд на компьютерную картинку и убедился, что враг полыхает белым пламенем.

— А почему не видно из иллюминатора? — спросил Саша у Лейца.

— До него, если в километрах, будет тысяч двадцать, — пояснил инспектор. — Вспышка не ярче любой звезды, к тому же очень короткая.

Пожар на борту рисованного кораблика вскоре действительно прекратился, и компьютер вовсе стер его изображение, оставив лишь девять фигурок, которые перестроились и открыли шквальный огонь.

— Пожар в правом переднем модуле! — доложил второй пилот. — Произвожу сброс!

— А вот это ты можешь увидеть из иллюминатора, — нахмурившись, сказал Лейц.

Комаров приник к иллюминатору и увидел, что откуда-то снизу, из-под брюха тендера, вынырнул Посадочный модуль. Вернее — выползла некая тень, на секунду прикрывшая собой звезды. Над ее кормой горели три зеленых огонька, и только эта примета помогла Саше понять, куда движется модуль.

— Сбросить остальные модули! — приказал капитан.

Пилот тотчас выполнил его приказ, и навстречу атакующим поплыли еще три группы зеленых огоньков. Боевой компьютер зафиксировал попадания в модули и тут же нарисовал в их виртуальных бортах крупные пробоины.

— Разворот сто восемьдесят и полный вперед! — снова послышался голос капитана. — Мудрить некогда. Пока нас прикрывают модули, постараемся уйти за гипербарьер.

Лейц, выслушав его пояснения, кивнул и обернулся к землянам.

— Попрошу вас удалиться в свою каюту. При прохождении барьера возможны неприятные ощущения, и переносить их лучше всего лежа.

— Я думал, скорость света превысить нельзя, — подчиняясь инспектору, все же заметил Игорь.

— Теоретически — нет, — согласился Лейц. — Но что получается на практике, вы сейчас прочувствуете… Только прежде примите параллельное палубе положение…

Когда на мостике боевой рубки остались только авестийцы, Гурк недовольно покачал головой и спросил:

— Почему нас не прикроет «Фортуна»?

— Если бы на борту не было вариатора, десять боевых кораблей могли подбить наш тендер на первой же секунде боя, — возразил Лейц. — «Фортуна» сама исправила свою ошибку, предоставив нам возможность уйти из зоны поражения.

— Однако теперь нам придется запросить посадочный челнок, — вмешался капитан. — А до того момента, когда он прибудет, мы будем висеть на траверзе орбитальной станции. Это, конечно, нейтральная территория, но о сохранении секретности миссии можно забыть.

— Если каперы появились на нашем пути неслучайно, ни о какой секретности речь уже не идет, — ответил Лейц.

— Поскольку дело в «Фортуне», — сказал Гурк, — пираты могли и не знать, с какой целью атакуют наш корабль…

— Так не бывает, — возразил ему капитан. — Корабли противника вышли на перехват, а следовательно, им было известно, каким курсом мы идем. В противном случае, они сели бы нам на хвост.

— Не нравится мне такое развитие событий. — Инспектор поморщился. — Корсары напали неслучайно, я согласен, но почему они стартовали со спутника планеты Огня? Почему Тана допустила, чтобы ее территорию использовали как плацдарм для вражеских войск.

— Формально пираты не состоят на службе у Императора, — напомнил Гурк. — А Монарху Таны усиление позиций Внешних островов невыгодно, так же как и сюзерену Симилара.

— Но это означает, что вариаторы обеих держав раскрыли наш замысел и предпринимают контрмеры? — Дейц схватился за голову. — Это полный провал!

— Их действия неэффективны, — возразил Гурк. — Разве вы не видите? Наши гости заставляют их ошибаться.

— Возможно, — нехотя согласился инспектор. — В любом случае, отступать поздно. Капитан, мы по-прежнему идем к Авесте?

— Так точно, господин инспектор, — подтвердил командир корабля. — И гораздо быстрее, чем планировали…

— Что ты сказал? — Лейц уставился на капитана, как на сумасшедшего.

— Дворцовый космопорт не дает нам челнок, — спокойно повторил командир тендера. — Диспетчер утверждает, что над островом Звезд проходит штормовой фронт…

— А что показывают наши приборы?

— Остров виден в мельчайших деталях. Волнение на море до одной десятой балла. В принципе это мертвый штиль…

— Измена, — прошептал Лейц. — Правитель пытается от нас отречься! Ну нет! Ничего у него не выйдет! Капитан, запросите посадочный челнок в Симиларе!

— Где?! — Капитан удивленно взглянул на инспектора.

— В Империи, командир, — Лейц криво улыбнулся, — в Империи!

— Я понимаю ваши чувства, господин инспектор, но не могу выполнить этот приказ. — Капитан нахмурился. — Предавать свой флот я не стану…

— Делайте, что вам говорят, — спокойно ответил Лейц. — Запросить посадку вовсе не значит воспользоваться разрешением, если оно поступит.

Капитан на минуту задумался и нехотя прикоснулся к кнопке связи.

Диспетчер Имперского космопорта согласился выслать челнок практически без колебаний. Видимо, потрепанный тендер Внешних островов уже попал в поле зрения разведки Симилара, и имперцы подпрыгнули от радости, когда он послал такой запрос.