— Это плохо… Ладно. Пригласите господина Вильямса.

— Слушаюсь.

Главный кадровик «Райха» прибыл ровно через минуту.

— Похоже, что проект «Каин» под угрозой, господин Вильямс. Фирсов нас вычислил. — Жданов задумчиво взглянул на кадровика. — Иначе советник не прилетел бы сюда так внезапно. Утешает то, что он явился без сопровождения. Это значит, что он не стал делиться своими сомнениями с кем-то из членов Группы. В противном случае с ним прилетела бы вся ее верхушка. Но господин советник как был, так и остался идеалистом. Он желает поговорить один на один. Как мужчина с мужчиной.

Жданов усмехнулся.

— Мы можем этим воспользоваться. — Начальник кадровой, а заодно и охранной службы «Райха» оставался невозмутимым. — По всем полетным картам корабль Фирсова сейчас должен лететь к Марте. То, что он изменил курс, не зарегистрировано ни на одном навигационном сервере. Если он неудачно приземлится…

— Мы рискуем навлечь на себя подозрения.

— Стереть лишние записи в диспетчерских базах данных — не проблема. Никто не докажет, что Фирсов прилетал сюда. Все будет выглядеть как рядовой случай исчезновения в глубинах космоса. В них ежедневно гибнут какие-нибудь корабли. Такова цена освоения вселенной.

— А диспетчеры Земли и Марты не смогут нам возразить?

— Земля зарегистрировала маршрут 412 прямиком на Марту, но в зоне ответственности башен Марты корабль не появился, так что им тоже будет нечего предъявить. Беспроигрышное дело. Дадим кораблю проводку на второй, скрытый от глаз наблюдателей уровень космодрома, встретим там советника и арестуем. А дальше — дело техники. В наших подвалах вытянуть из него все, что он успел узнать о «Каине», будет легче легкого.

— Нет, это лишнее. В подвалы доставьте экипаж и сопровождающего. Кто он, не выяснили?

— Пока нет.

— Уверен, он тоже в курсе дел. Вот его и допросите. А Фирсова следует уничтожить на месте. Он слишком опасен.

— У нас достаточно опытных и хорошо вооруженных людей, чтобы его арестовать, — попытался возразить Вильямс.

— Думать так — самообман, Вильямс. — Жданов вздохнул. — Фирсову все ваши люди как пуле бумага. Делайте, что я сказал… …Первым по трапу спустился пилот. Он поздоровался с представителем СБ и бросил беглый взгляд на почетный караул. Затем кивком приветствовал стоящего почему-то на приличном удалении главного кадровика «Райха» господина Вильямса и махнул рукой, подавая знак инженеру корабля. Тот исчез в проеме люка, уступая дорогу Фирсову. Советник спустился неторопливо, пожал руку службисту и, приветливо улыбаясь, пошел навстречу Вильямсу. Кадровик тоже сделал пару шагов, но вдруг остановился и, не сводя взгляда с Фирсова, подал кому-то условный знак.

Бойцы в черной униформе и масках появились будто из-под земли. Они мгновенно уложили на землю и связали пилота и ворвались в корабль.

Советник успел только удивленно обернуться. Стоявший у трапа сотрудник Службы безопасности выстрелил Фирсову прямо в лицо, а когда советник упал, сделал еще два выстрела в затылок.

— Вы с ума тут посходили, что ли?! — проорал сопровождающий, когда его вытянули из корабля. — Вы за это ответите…

Увидев лежащего в луже темной крови советника, он осекся и обмяк. Когда его проводили мимо Вильямса, он поднял на кадровика полный ненависти взгляд и прохрипел:

— Вы все мертвецы…

— После вас, — Вильямс чуть поклонился, — господин… э-э…

— Сполохов. Доктор Сполохов. С удовольствием проведу вскрытие вашего трупа, господин…

— Вильямс. — Кадровик рассмеялся. — До встречи в анатомичке, господин доктор-мечтатель…

— Все прошло как по маслу. — Вильямс уселся в кресло перед рабочим столом президента. — Он не успел ничего понять.

Жданов поднял на него внимательный взгляд:

— И не сопротивлялся?

— Нет. Все произошло слишком быстро. Стрелок стоял у него за спиной. Как только начался захват корабля, он продырявил советнику голову.

— Странно.

— Я же говорил, наши люди тоже кое-чего стоят.

— Вы не понимаете, Вильямс. — Жданов обогнул стол и, заложив руки за спину, прошелся по кабинету. — Слишком все просто. Фирсов был лучшим бойцом из всех, кого я знал. И вдруг погиб от руки какого-то рядового охранника… Что-то тут нечисто. Вскрытие провели?

— Пока нет, но…

Президент остановился и повернулся к кадровику:

— Так проведите немедленно!

— Верно мыслишь, лейтенант Жданов.

Жданов замер. Вильямс видел, как расширяются его зрачки, делая серые глаза Владимира черными. Президент «Райха» медленно обернулся.

На пороге кабинета стоял Фирсов и его сопровождающий, грузный тип с неприятной ухмылкой на багровой физиономии.

— На том корабле был мой биоэлектронный дублер. — Советник окинул взглядом кабинет. — Даже не дублер, а так, голем, ходячее внешнее подобие. Кукла, проще говоря. Его сопровождающий, доктор Сполохов, как раз над этим проектом и работает в одном секретном учреждении.

— Ты все-таки пришел… — Жданов медленно расцепил руки и сложил их на груди.

— Правильно, Володя, никаких резких движений. Садись напротив своего халдея. Поговорим.

— Кругом полно охраны, Влад. Как ты собираешься отсюда уйти?

— Теоретически — как и пришел. — Фирсов прошел и сел в кресло за столом президента. — Но уходить я не собираюсь. Я намерен устроить в «Райхе» небольшой внутренний переворот. Что ты думаешь о перспективах национализации этого учреждения?

— Тебя не поймут.

— Все зависит от того, как я это преподнесу. Хорошо, не национализация, а всего лишь перераспределение акций и внешнее управление. Как бы то ни было, твоему «Райху» конец. С этой минуты он становится нормальной компанией, с типовым уставом. И жить он будет по общепринятым нормам, а не по собственным сомнительным законам. Серпентарий закрыт на переучет гадюк и сдачу яда государству. А главный проект последнего десятилетия, так называемый «Каин», признан убыточным. Понял меня?

— Нет. Ни о каком «Каине» я даже не слышал.

— Неужели? — Фирсов взглянул на своего сопровождающего. — Ульрих, может быть, я что-то путаю? Мне ведь сегодня голову прострелили. Трижды.

— Нет, для мертвеца вы мыслите вполне ясно и последовательно, — ответил Руперт с напускной серьезностью. — «Райх» и «Каин» — близнецы-братья, это факт… — Он вдруг ткнул толстым пальцем в сторону декоративного ручья, текущего вдоль передней стены и обрывающегося небольшим водопадом перед окном. — Господин Жданов, какой идиот спроектировал этот водопад? Он же льется наружу! Прямо на головы гражданам!

— Водопад? При чем тут… — Жданов растерялся.

— Ульрих, не отвлекайтесь. — Строгость в голосе Фирсова была тоже неубедительной. — Здесь все сплошная иллюзия. Водопад за окно не льется, не переживайте.

— Иллюзия, это вы верно сказали, — продолжил издеваться Ульрих. — И то, что господин Жданов верный и преданный член Группы и что он честный бизнесмен, — обман. Даже его лояльность Нациям и то вранье. На самом деле он оборотень, заговорщик и предатель. А еще главный обвиняемый в деле о покушении на жизнь советника Президента Объединенных Наций. По марсианским законам — электрический стул ему светит, не меньше. А по земным — пожизненное без права на помилование.

— Пока меня никто не обвинял! — Жданов привстал с кресла. — И вообще все ваши слова — ложь!

— Сидеть, — негромко приказал Фирсов. — Говоришь начистоту — сохраняешь лицо хотя бы перед потомками. Уйдешь как офицер. Будешь юлить — позор и тюремная гниль тебе светят.

Жданов поднял взгляд. Влад был предельно серьезен. И помощи президенту «Райха», похоже, ждать было неоткуда. Вся охрана странным образом испарилась и на экстренный вызов специального перстня-маячка не отвечала. Владимир прекратил сигналить и положил руки на подлокотники кресла.

Вильямс, в отличие от шефа, серьезности ситуации до конца не понимал. В его представлении советник и этот толстяк-сопровождающий были по-прежнему в руках «Райха» и особой опасности не представляли. Было, конечно, странно, что они настолько легко и незаметно прилетели на Рур, а затем проникли в резиденцию директората. Но это не давало им никаких преимуществ. Стоит лишь дотянуться до дублирующей кнопки вызова охраны… С перстнем Жданова что-то случилось, но кнопку, старую добрую кнопку, заблокировать не так-то просто. Это же не радиомаячок, а сигнальная система с гиперпередатчиком. Только дотянуться…