— Что опять между вами произошло? — негромко спросил Игорь, подсаживаясь к Комарову. — Вы целый день уже соревнуетесь, неужели не надоело?

— Ерунда, — отмахнулся Саша.

— А когда… работали, все получилось как надо?

— Ты не видишь? — Комаров взглянул на друга немного иронично.

— Нет, ну как это было, расскажи. Интересно же…

— Четверых сняли бесшумно, двоих «холодным» с дистанции, остальных из «машинок», — коротко ответил Саша.

— Второй курс вам обеспечен, — убежденно сказал Игорь, — чего не скажешь о нас…

— Ты лучше задумайся, откуда здесь появились китайские диверсанты? — остановил его Комаров.

— Это вопрос к «особистам». — Голиков покачал головой. — Хотя, конечно, далековато от границы они забрели…

Отряд прибыл действительно через час. Начальник спецкурса удовлетворенно выслушал подробный доклад Голикова и лично расспросил, а затем поблагодарил за службу Сашу и Зайнулина. В целом отделению было объявлено, что групповой зачет они сдали и с утра могут начать подготовку к личному, но до завтра всем было приказано отдыхать. Правда, за это время каждый должен был побывать в кабинете у Кричевского. В первую очередь Комаров и Зайнулин.

— Отлично сработано, Гурк. — Лейц хлопнул помощника по плечу. — Все-таки этот пресловутый вариатор хоть на что-то годится. Например, чтобы указывать направление, в котором не следует идти ни в коем случае. Мы двинулись «против течения» и нашли именно то, что искали.

— Я не совсем понимаю один нюанс, командир, — озадаченно проговорил Гурк. — Откуда здесь, довольно далеко от границы, появились диверсанты?

— Какая разница? Это внутреннее дело аборигенов. — Лейц пожал плечами.

— Нет, шеф, все не так просто. — Помощник покачал головой. — Подумайте, ведь земные офицеры тоже удивлены, а значит, раньше таких инцидентов здесь не происходило.

— Все когда-нибудь случается впервые, — отмахнулся инспектор.

— Но почему именно сейчас? — продолжал настаивать Гурк. — Почему здесь и сейчас?

— Дьявол! — выругался Лейц. — Неужели «Фортуна»?

— Я тоже так думаю, командир. — Помощник кивнул. — На Земле нет информационного поля, к тому же вариатор не понимает логики этих людей. Неудивительно, что он дает сбои. Вы такую реакцию машины не учли?

— Нет, — признался инспектор. — Надо над этим поразмыслить…

— Надо, — согласился Гурк. — Пока мы не привезли на Авесту столь губительный для всех вариаторов «случайный фактор».

— Комаров, зайди. — Кричевский стоял на пороге своего кабинета, рассматривая курсантов, возвращавшихся с праздничного ужина.

Путь из столовой проходил мимо кабинета психолога, и он довольно часто выдергивал кого-нибудь из группы офицеров, в соответствии с только ему известным графиком. Саша побывал у майора совсем недавно, и приглашение его немного удивило.

— Здравия желаю! — отчеканил лейтенант, входя в кабинет.

— Здравствуй, располагайся. — Кричевский указал, на мягкое кресло.

— У меня зачет, — осторожно напомнил Комаров.

— Я знаю. — Майор доброжелательно улыбнулся и посмотрел на часы. — Начало через три часа. Первый этап пройдешь ночью, второй утром, теория после обеда, а под занавес — поединок. Знаешь, с кем?

— Нет, — Саша покачал головой, — но догадываюсь…

— Ты, конечно, сообразительный парень, но на этот раз догадываешься неверно, — возразил майор.

— Почему? — Комаров поднял на психолога удивленный взгляд.

— Я не могу разглашать тайны экзаменационной комиссии, но свою личную тебе открою. — Майор усмехнулся каким-то собственным мыслям и после недолгой паузы продолжил: — Я наблюдаю вас всех почти год. Из трех сотен осталось девяносто два человека, и, поверь, ни один из курсантов не вызывает у меня сомнений. Возможно, среди тех, кто вылетел, были более достойные ребята, чем некоторые из оставшихся, но им не повезло, а потому забудем о неудачниках. Из всех, сумевших преодолеть тяжелейшие испытания этого года, есть только два человека, которых я бы уже сейчас произвел в капитаны и отправил формировать личные диверсионно-разведывательные подразделения. Но вот беда, здоровая конкуренция между этими орлами грозит перерасти во вражду, которая по закону жанра непременно выльется в поножовщину или перестрелку. Один из этих ребят мне более симпатичен, хотя, как психолог и член экзаменационной комиссии, я не имею права на пристрастия, и я хочу его предупредить — не руби сгоряча, Саша… Зайнулин — всего лишь неприятный эпизод в длинной и увлекательной жизни. Если с ним произойдет трагедия, даже самый банальный несчастный случай, твоя карьера закончится, и не видать тебе лучшего в мире отряда спецназа как своих ушей…

— Понял, — покраснев, проронил Комаров. — Но зачинщиком всегда выступает он, я только реагирую…

— Я знаю, — мягко ответил Кричевский. — Открою тебе еще один секрет: пока ты реагировал верно, и это записано тебе в зачетку в виде дополнительных баллов… Все, можешь идти. Удачи.

— Спасибо. — Саша улыбнулся. — Не подведу.

— Знаю, — уверенно ответил майор и махнул рукой.

— Ваш зачет, лейтенант Комаров, будет проходить в соответствии с начальной программой второго специального курса, — предупредил председатель комиссии. — Десантирование с большой высоты, преодоление водной преграды, марш по тайге, минирование военного объекта, затем второй этап — выход в город и возвращение к установленному сроку в расположение части. На все вам отводится двенадцать часов. Резерв — час. В четырнадцать ноль-ноль начнется устный экзамен. После него — в семнадцать часов — вы проведете рукопашный бой с подразделением условного противника. Помните, что вы должны не только пройти маршрут, но и обязательно отметиться на контрольных пунктах. На всем пути следования за вами будут наблюдать инструкторы. Но главное — вас будет преследовать другой курсант, и его основная задача заключается в том, чтобы пленить вас до прибытия в часть. Все понятно?

— Так точно, товарищ полковник, — ответил Саша. Условия индивидуального зачета он знал заранее, но о преследователе в выданном ему накануне предписании не было сказано ни слова. Видимо, в этом и заключался сюрприз, на который намекал Кричевский.

Стрелки часов сомкнулись на цифре «двенадцать», и начальник комиссии крикнул:

— Пошел!

Саша развернулся «кругом» и побежал к небольшому самолету, который, не закрывая люк, уже выруливал на взлетную полосу. Подножки на корпусе летающей машины не было, а в просвете люка никто не стоял. Комаров сразу понял, что помогать ему не будут. Он ускорился, словно бежал стометровку, и запрыгнул внутрь самолета, упав на пол животом.

— Дверь не забудь закрыть, — крикнул ему пилот, тоже один из курсантов, — а то дует!

Саша захлопнул люк и уселся на скамейку.

— Ты что же, конь в пальто, подождать не мог?! — вежливо обратился он к пилоту.

— О тебе забочусь! — со смехом ответил офицер. — Время экономлю!

— А у тебя, я смотрю, условия зачета «не бей лежачего», — заметил Комаров.

— Если не считать, что на обратном пути мне предстоит уйти от пары истребителей и посадить эту хреновину на сельский аэродром, — бодро ответил пилот. — Ну а дальше — пройти по тайге, заминировать мост и вернуться в расположение. Все в этом мире тесно увязано нашими предусмотрительными командирами…

Махнув рукой за плечо, Саша указал большим пальцем на груду стандартного снаряжения.

— На истребителях тоже курсанты будут?

— На одном, — подтвердил офицер. — Второй поведет командир местной эскадрильи. Большой, доложу тебе, ас…

— Парашют-то у тебя есть? — Комаров оглядел снаряжение товарища.

— В том-то и дело, что есть. — Пилот снова рассмеялся. — Не будь этого проклятого ранца — я и не сомневался бы ни в чем, а так трусливые мыслишки все бродят!