– Теперь только в бега, – констатировал Брагин, когда они, забрав из квартиры Лизу, выбрались на пустынный берег вдали от города. – Библиотеку нам ни Беляев, ни Олег не простят.

– А синдикат не простит банкира, – согласился

Эрик.

– Бежать лучше в разные стороны, – добавил Красавчик. – Жаль, что у нас ничего не вышло.

– Еще выйдет, – уверенно ответил Эрик.

– Ты думаешь? – Красавчик с надеждой взглянул на партнера.

– Уверен, – Эрик улыбнулся и медленно вынул из кармана пару помеченных красными точками кристаллов. – Советую в самое ближайшее время всем купить по смокингу и внимательно изучать программки всех аукционов. Ведь наследники банкира не знают, что за чудо наш Павлиний Глаз, а его специалист по аукционной торговле им обязательно скажет, что хотел сделать усопший с вещицей… Доверьте это мне.

– Не пойми меня превратно, – Красавчик начал сдержанно, однако тут же не выдержал и сорвался на восторженный вопль, – но дай я тебя расцелую!

– Еще чего! – Эрик рассмеялся. – Целовать разрешаю только Лизе. Остальные – в очередь за рукопожатиями и дружескими шлепками по спине…

Добрый день, я профессор Бойко, – посетитель поправил дорогие очки в золоченой оправе и едва заметно поклонился. – У меня назначена встреча с директором.

– Да, да, – начальник смены поднялся из-за стола и жестом отпустил приведшего гостя охранника. – Надеюсь, вас не смущают повышенные меры предосторожности. Мы предпринимаем их в связи с огромной ценностью выставленных на аукцион предметов.

– О да, я все прекрасно понимаю! – профессор взволнованно потер руки. – Возможно, ваши экспонаты имеют ценность не только ювелирную, но и археологическую. Поверьте, ведь это мой профиль!

– Проходите, – начальник смены открыл перед посетителем дверь приемной и вернулся в свой кабинет.

Там он включил небольшой приборчик и подсоединил к нему миниатюрные наушники.

– Здравствуйте, господин Бойко, – приветливо сказал директор и указал на кресло: – Располагайтесь.

– Спасибо, – профессор занял предложенное место и раскрыл свой потертый портфель. – Вот подробное заключение, а это данные инструментальных исследований.

Он разложил перед директором аукциона листы бумаги.

– Мои предположения подтверждаются, возраст изделия превышает все мыслимые пределы. Только представьте себе – одиннадцать тысяч семьсот лет! Плюс-минус четверть столетия. Такой невероятный возраст и высочайшая техника исполнения! Это абсолютно не соответствует нашим представлениям о развитии нынешнего варианта цивилизации, а значит, подтверждает теорию о существовании в тот период высокоразвитого, хотя и не столь многочисленного, как теперь, сообщества разумных и хорошо организованных людей! Предназначение изделия пока остается загадкой, но, если вы дадите мне еще немного времени, я готов включить вопрос в тематику первоочередных работ моей кафедры и выяснить это. Я связался с коллегами за рубежом и получил от них согласие включиться в работу. Могу вас заверить, что мы намерены использовать самые последние достижения современной науки.

– Насколько в этом случае вырастет цена изделия? – спросил директор.

– Она уже выше совокупной стоимости составляющих его драгоценностей на порядок, только с учетом возраста! Добавьте ценность художественную! А если мы установим его происхождение или получим хотя бы намек на это, ценность артефакта будет просто бесконечной! – горячо заверил профессор. – Я допускаю, что это наследство одной из самых загадочных цивилизаций древности…

– Какой-нибудь Атлантиды? – недоверчиво спросил директор и в сомнении переплел пальцы.

– Вполне возможно, – согласился Бойко. – Пока за эту версию говорят возраст изделия и явно прикладное назначение. Ведь это не простое украшение вроде подвески или перстня, а тщательно подобранное сочетание бриллиантов. Мы провели ряд исследований и выяснили, что камни обработаны таким образом, чтобы преломлять свет, фокусируя его точно в центре изделия, там, где обнаружена выемка, принятая нами сначала за дефект. Там должна быть установлена какая-то деталь, и возможно, что эта деталь создавала определенный эффект. Например, это была линза, которая усиливала рассеянный свет. Тогда изделие является чем-то вроде светильника…

– Очень интересно, – директор почесал кончик носа. – Однако меня все же интересует именно коммерческая сторона вопроса. Бесконечная цена – понятие впечатляющее, но неопределенное. Я хотел бы извлечь из ситуации максимальную выгоду…

– Да, да, я понимаю, – профессор по-прежнему возбужденно перебирал листки и, перевернув один из них, написал золоченой перьевой ручкой на его обратной стороне сумму. Немного поразмыслив, он добавил к ней еще один ноль и показал написанное директору. Тот удивленно уставился на внушительную цифру и снова коснулся кончика носа.

– Вы уверены? – осторожно спросил он Бойко, поднимая на профессора изумленный взгляд.

– Почти, – ответил профессор и поставил перед суммой значок твердой валюты.Директор тяжело вздохнул и нажал кнопку переговорного устройства:.

– Павел Петрович, зайдите ко мне…

Начальник смены выключил подслушивающее устройство и спрятал его в сейф. Какую сумму вывел на листке профессор, он не знал, но то, что директор сейчас прикажет усилить охрану, не сомневался. Войдя в кабинет, Павел остановился у порога и в меру преданно уставился на своего начальника.

– Нам придется организовать дополнительную охрану запасника и реставрационной комнаты. Доступ надо ограничить до минимума. Профессор и его сотрудники будут работать у нас еще две недели, так что сделайте им временные удостоверения. Список охранников составьте сами и подайте мне на утверждение не позднее сегодняшнего вечера. И проведите дополнительную профилактику сигнализации, я не хочу, чтобы нас тревожили какие-то накладки.

– Понимаю, – сказал Паша. – Организуем прямо сегодня, не волнуйтесь.

– Хорошо, вы свободны, – директор серьезно посмотрел на подчиненного, демонстрируя тем самым профессору, как четко организована служба в его не-оольшой, но солидной конторе.

Паша повернулся и вышел. Наступал тот самый благоприятный момент, которого он, сыщики и Брагин ждали целых четыре месяца с момента начала ссылки. К Глазу Павлина опять появился доступ.

– Тебя снова повысили? – спросил Костя у сияющего Павла, когда тот ввалился на кухню и уселся напротив. – Обедать будешь?

– Только быстро, – согласился старшина. Хлопотавшая у плиты Лиза тут же налила ему тарелку борща и вручила ложку.

– Надо срочно вызвать наших специалистов, – заявил Павел, торопливо поглощая горячий обед. – Мне дали возможность проникнуть в запасник, причем с расширенными полномочиями. Я должен провести «Профилактику сигнализации, а это означает, что минимум на один час Глаз поступает в наше полное распоряжение. Утащить его мы все равно не сможем, но сделать дело – запросто. Вся охрана будет снаружи, а в запаснике останутся только специалисты-электронщики и я.

– Лучший специалист по сигнальным системам, насколько мне известно, сейчас пьянствует в пригороде, на даче у своей новой подружки, – заметил Брагин. – Но телефон, по-моему, он прихватил с собой. Сейчас проверим…

После Костиного звонка прошло не больше часа, а Красавчик уже сидел за столом и допивал вторую кружку крепкого кофе. Здесь же был и Эрик, который приехал на несколько минут раньше с сумкой, наполненной униформой сервисной службы, измерительными приборами и документацией.

– Ваши пропуска, – Паша разложил на столе гостевые карточки. – В книге регистрации я записал, что вы приглашены на семнадцать часов, попрошу не опаздывать.

– Ясно, – ответил Эрик, расстегивая сумку. – Кто будет проводить досмотр нашего багажа?

– Я сделаю это лично, но все равно замаскируйте видеокамеру и кристаллы получше… Все, ребята, мне пора возвращаться. Удачи!

– И тебе…

– Камеры слежения отключил? – Красавчик делал вид, что сосредоточенно проверяет цепи сигнализации.