Громкий хлопок. Взрыв. Прожёгшая броню болванка принесла внутрь жар пламени, гидроудар и объёмный отсос воздуха. Все, кто был в консервной банке под названием «Макс-Про» погибли.

…Эскулап жгутами перетянул ноги Пионера выше коленей, утащил его за кирпичный ангар. Пионер не стонал, не матерился и не дёргался. В отключке был. А вскоре…

Скоротечный бой везде прекратился. Аверин, после того, как общий кипишь поднялся, использовал весь личный состав на подавление зачатков противостояния. Парни заблаговременно как на охоте по номерам расставлены были. Чтоб потерь в отряде не было, оставалось лишь снайпера убрать. Всё, как по учебнику. Вот парни с фронта хохлов шуганули, а когда оставшиеся вживых намылились отпор дать, ещё и с тыла врезали. Хохлы в похожей ситуации почти всегда отходят. Они же дятлами себя не считают. Единичных, при бегстве добили.

Рассредоточились, так, чтоб в случае надобности своим быстро на помощь придти.

– Эскулап, как он? – Старый наконец-то смог уделить внимание раненому Пионеру.

– Плохо. – Ответил док. – Чтоб выжил, необходима срочная эвакуация. Даже тогда бы левую ногу не спасли. А так!.. Только обезболил. Можно считать, выжить ему шансов нет.

– Понятно…

Та же дорога. За двадцать минут до вышеописанных событий в придорожном посёлке

Шестиколёсный БТР VAB, идущий первым, держал скорость не более 60-ти километров в час, потому как за ним остальная колонна двигалась. Дорога хорошая, по обочинам пространство просматривается на сотню метров. Видно, что пулеметчик сверху бдит перед собой и по бокам машины во все глаза, готовый стрелять в любую секунду. Если что, его поддержит экипаж, через две кормовые двери моментом десантируясь наружу. В задней части корпуса десантное отделение, вот в нём-то как раз и размещаются шесть полностью экипированных пехотинцев. Следующей наша древняя «восьмидесятка» не отставая попукивала. Броня «пустая» – без десантуры. А значит, что? Да всё, что угодно! Далее два тентированных грузовика ехали, вроде как солдат перевозят. Или тот же груз боеприпасов везут. Нет, не показалось. Украинские бойцы там! Наливняк всего один и ехал за грузовиками. В замыкании Многоцелевой бронеавтомобиль «Вегманн» – типа внедорожника с хлипкой бронёй.

Яхве вместе с Аббатом детально рассмотрели проезжающую колонну.

– Обманка? – не выделяя под вопрос увиденное, произнёс инженер.

Капитан Попович с подчинённым не согласился:

– Как раз нет. Это-то как раз основная колонна движется, обманка должна следом появиться. Не переживай, не задержится.

Вышел на связь с командиром:

– Старый Аббату!

– Старый в канале. – Послышался ответ.

– Ваша колонна на подходе. Как вползёт в зону обстрела, сообщи.

Именно такой расклад оговаривался. Старый с основной группой устроил засаду в придорожном населённом пункте, представлявшем из себя десяток домов с хозяйствами на пересечении трассы покрытой асфальтом второстепенной дороги, контролировавшемся отделением ВСУ. До сообщения о подъезде колонны украинских вояк не трогали, лишь наблюдали за ними. Теперь проведут зачистку и выход на позиции для атаки. Аббат со своей группой на проезжающую первой колонну отвлекаться не будут. Их дело пропустить подставу и ударить по замыканию. Подрывом закладки закупорить дорогу, максимально навести шороху, и быстрым темпом выдвинуться на помощь Санте и Язю с Тихим, отяженным заниматься подставной частью украинской разработки для уничтожения русской ДРГ.

В канале связи отчётливо прозвучала команда Аверина, развязывающая узел напряжения всей его команды:

– Работаем!

Константин, уже минуту как нервно посматривал на неумолимо приближавшуюся БМП противника, грозившую выкатиться дальше мысленно намеченной им отметки. Подхватился. Присел на колено. В процессе перехода из лежачего положения в рабочее, за три секунды привёл одну из трёх имеющихся у него в арсенале РПГ-27 в боевое положение. Это не РШГешки, древность конечно, но вполне рабочая. Реактивная противотанковая граната с боевой частью тандемного типа, спасибо вертолётчикам, вовремя подбросили передачку с большой земли. Направил тубус в бочину, будто специально подставленную для выстрела.

Выстрел!

Взрыв чуть ли не сразу совпал с выхлопом струи огня, проложившую полосу выжженной земли за спиной. Отбросил тубус, подхватив второй, заранее приготовленный для особой встречи дорогих гостей.

Санта только и ждал взрыва. Провожал стволом бензобак грузовика. Секунда дела, нажал спусковой крючок. Первой же хлесткой очередью выстрелов запалил грузовик. Второй, более мощной, прошёлся по брезенту тента. От него не отставал Язь, но тот по выпрыгивающему на землю личному составу отрабатывал.

Кажется, своим видом дорога стала напоминать порубленную кусками горящую змею, в которую долбят из всех стволов снаружи, а она огрызается изнутри. К местным реалиям боя, вплетавшим в себя дикий ор, грохот новых взрывов, треск и стоны раненых, добавлялись звуки боя ещё с двух сторон. Это Старый с командой и Аббат со своей группой, занимаются уничтожением тех, кто как раз должен был уничтожить их.

Следовавшие в колонне «наливники», как и следовало ждать, не взорвались, будучи пустыми. На дорогу выходить Старый запретил, потому для контроля из всей «тройки» никто не вышел, можно дыло отход начинать, когда рация разродилась голосом Аббата:

– Парни, с запада кавалерия на подходе. Чем встретить у кого осталось?

Доклады:

– Тихий! Я пустой!

– Язь! Один РПГ имею.

– Здесь Санта. Пусто!

– Тогда всем на отход. Внимание! В небе дроны!

Срезав одной очередью пытавшихся убежать в поле пятерых ВСУшников, решивших попытать счастья уйти от раздачи слонов на дороге, Санта не стал дожидаться подхода группы Аббата.

– Валим! – решил он. – Валим-валим-валим!

Оно и верно. В стороне, где в населённом пункте воевал Старый, бой уже стих, а сам майор по связи сообщил:

– У нас норма, ожидаем только вас.

Язь оказался более продвинутым в плане «Валим!». Подал идею:

– Санта, «наливник» на дороге бесхозный и целёхонький.

– Понял тебя, дружище. Быстро к машине! Тихий за руль. По дороге не проедем, цистерна пустая, выруливай на стерню.

Константин, пока оба пулемётчика контролировали небо и недобитых нерусей, выбросил тело мёртвого водилы на асфальт, сам уселся за руль и вырулил заведённую, частично покорёженную машину в поле. Повезло, что действительно пустой была и ни одно переднее колесо не пробито.

– Аббат на подходе. Ждём?

– Конечно.

Пыхтя паровозами, прибежали пацаны.

– Все живы?

– Все!

– Долго же вы. Цепляемся и валим!

– Ага!

– Тихий, торгай!

– Давай, Тихий! Давай! Там позади брони много, а нам их жечь нечем, надо ноги уносить.

До начала горевшей колонны доползли черепашьим шагом. Парникак могли, чуть ли не гроздями прицепились кто куда смог, но ехать, не идти.

– Выруливай на дорогу! – крикнул стоя на подножке Аббат.

– Сам знаю.

Переваливаясь, машина через обочину заползла на асфальт.

– Гони! – поторопил Санта.

Ага, на спущенных задних много ты нагоняешь? Но до 20-ти километров в час разогнался. И то хлеб! Сам топливозаправщик ревел носорогом но тащился, а те, кто на нём ехал, окрысились очередями со всех стволов.

– Куда шмаляете? – спросил Хильченков, отвлекаться на что либо не мог, рулить пришлось при нерабочем гидроусилителе.

– Дроны, мать их так! Не отвлекайся…

Позади машины бухнуло. Это кто-то из ребят попал в беспилотник.

– Справа ещё один!

Очереди на распыл стволов. Снова «б-бух!». Ещё бы чуть-чуть и суши вёсла. Повезло. А до домов рукой подать. Меньше километра осталось. Догнать, не догонят. На дороге две пробки из пожаров, а по стерне не очень-то скорость разовьёшь.

– Эскулап, чего там сзади?

– Никого не вижу, наверное, отстали.

По связи голос командира прорезался:

– Видим вас…

Аверин, в бинокль наблюдавший картину костров на дороге, окликнул «шамана»: