Стараясь не особо распылять внимание на трупы, поставил лопату в сарай. Теперь ему только кавалерию ждать осталось.

Беззлобно выругался. Заметил. Мало того, что в одежде рукав разорван, так он ещё и в чужой крови испачкан. И брюки тоже. Пришлось в дом идти, встречаться с представителями власти в таком виде охоты не было. Он ведь, на минуточку, законопослушный гражданин преклонного возраста и к валявшимся на дворе трупам в камуфляжной одежде никакого касательства не имеет. Сам в шоке, когда такое увидел!

Внутри чужого жилища, всё равно, что Мамай со своим войском прошёлся. Везде беспорядок и свалка имущества. Искали что-то.

«Уроды! – классифицировал представителей закордонного ДРГ, и их поведение на чужой территории. – Они б ещё холодильник прихватизировать захотели».

Одежду для себя нашёл. Судя по всему, у него с Усманом комплекция одинаковая была. Переоделся…

* * *

Протяженность российско-украинской границы по территории Курской области – 245 километров. От сел Гуево и Горналь Суджанского района до украинского Мирополья рукой подать, Сосновка чуть поближе к Судже будет. В пяти километровую пограничную зону она не входит. Исторически здесь сложились дружеские и родственные связи. Да и язык один – смесь русских и украинских слов. Восточный суржик. Не так давно русские и украинцы навещали друг друга по нескольку раз в неделю. Теперь не видятся годами, скучают, переживают… «Було хорошо, а зараз плохо!» – вздыхают.

Кажется, почти доехали до пункта назначения.

Легкий, теплый, даже жаркий ветерок и густая, кое-где пожухлая, выгоревшая под лучами палящего летнего солнца трава, покрывающая пространство вдоль посадок с одной стороны и поле подсолнухов, протянувшееся к горизонту, с другой, подчеркивали красоту окружающей природы. Сверху, в открытые окна вереницы машин доносилась мелодичная птичья трель.

– Вон, по правую сторону лес видишь? – спросил у водителя Левин.

– Да.

– Сворачивай. Считай, приехали.

Вся большая, собранная из разных ведомств колонна машин, повернула за их «Калиной». Сразу следом за ними ехал «Форд» с мигалками, сопровождавшийся автобусом с отделением «ОМОНа» внутри. Потому как, в «Форде» находился зам нача городского УВД, целый подполковник полиции. Дальше четыре «санитарки», вернее «труповозки» пыхтели, за которыми ГАИшная машина пристроилась, две «буханки». В этих помимо основного состава следственной бригады, трясся выводок студентов-практикантов, присланных из Курска, аж в количестве шести душ. На вызов по сообщению об обнаружении десятка вооружённых до зубов трупов, якобы пришедших из-за кордона, и трупов местных жителей, велено было взять и их.

Колонна машин не заезжая в усадьбу остановилась. Лето. Лес. Природа. Лепота! Только все положительные эмоции разом рухнули, когда в ворота вошли. Преступление поражало своей неординарностью и в полный рост встало. Опера оживились, почувствовав, что дело придётся сдвигать с мёртвой точки, в том числе и им. Их уже не нужно было уговаривать и подталкивать.

У студентов от увиденного и полной уверенности в изощрённом убийстве местных, граждан РФ, округлились глаза. Четверо, среди которых и две девицы в форменной одежде с курсантскими погонами затесались, лица сразу взбледнули и они бросились в сторону блевать, с невольным пусканием соплей и слёз. Вот только не повезло им. Наткнулись на трупы двух несовешеннолетних девочек, их почему-то ещё будучи при жизни, бандиты под стену флигеля бросили. После увиденного молодые организмы сбойнули нелицеприятными звуками:

– В-ва-а! Кхэ-кхэ! В-ва-а! Ы-ы-ы!

В свои неполные сорок семь лет Сергей Петрович Левин, старший следователь прокуратуры, повидал всякого, но чтоб сразу столько убиенных трупаков… Это и для него перебор был.

– Да, уберите вы их отсюда подальше! – не выдержав такого издевательства над следственной работой, приказал Левин. – Какому идиоту пришло на ум неокрепшие организмы на массовое убийство брать?

Впрочем, присутствием молодняка были озадачены и долго недоумевали и члены оперативной группы. Из-за спины услышал:

– Мне пришло, товарищ Левин.

Затравленно оглянулся. За спиной подполковник Глушко сверлил следователя недобрым взглядом.

– Простите. – Буркнул Левин

– Ничего. Все на нервах. Начинайте работать.

Следователь стал озадачивать подчинённых и приехавших причастных.

– Так, санитары! Вы пока к машинам отошли, и лишний раз не топчитесь тут. Лейтенант! Курсантов в сторону отвёл. Быстро! Пусть смотрят, но лишний раз никуда не лезут. Судмедэксперт, Галина Ивановна, начинайте с гражданских… Василий, фотографируешь всё. Павел Олегович,.. на вас видеосъёмка. Всё детально, всё по делу.

– Понял уже.

Осмотр места преступления впечатлял: во многих местах подворье было буквально залито кровью, на стенах дома, флигеля и сарая видны были свежие оспины от пуль и осколков, выбитые стёкла в окнах… Здесь же валялись трупы солдат с оружием, под завязку снабжённые боеприпасом. Куда не ткнёшься взглядом, на труп нарвёшься. Вон и собаки застреленные лежат, а мух то сколько! Они наверное, даже из соседнего поселения сюда прилетели. Ну, да. Запах-то отвратный. Кажется, что и земля запахом крови пропиталась – протухшим железом пованивает знатно. Солнце жарит!

Следователь, отвлёкшись от убийственной пасторали, озвучил вопрос, который Семибратов, стоявший поодаль, уже давно ожидал:

– Свидетель где?.. И тот, кто сообщил о преступлении?

– Здесь мы! – откликнулся Устин Акимович.

– Отойдём…

Опрос начался и Семибратов понял, что застрял здесь надолго, а вот Левину свидетель сразу не понравился – скользкий он какой-то. Сам себе на уме. Слишком умный, что ли, для простого свидетеля.

Следственной работе противопоказан шаблон. Индивидуальный подход к расследованию – не пустые слова. Иногда обстоятельства позволяют предполагать совершение умышленного убийства, а тщательный их анализ приводит к выводу об отсутствии состава преступления. И встречаются дела, которые запоминаются своей нестандартностью, а подчас и вызывающими улыбку курьезами. Здесь и сейчас бригада столкнулась явно не с курьёзом, а точно с нестандартной ситуацией. Тот, кто упокоил диверсантов, пришедших с сопредельной территории, кровью натурально умылся. По косвенным признакам он в одиночку сотворил такое. Это ж какие крепкие нервы иметь нужно!

И так, свидетель!

Вопрос! Односложный ответ. Чуть прижмёшь, как угорь выскальзывает. Не подкопаешься.

Из практики, а она немалой у Левина была, вывод для себя сделал, что отдельные личности не хуже громоотвода притягивают к себе различного рода неприятности. В отличие от «везунчиков», у которых даже выпавший из рук бутерброд, вопреки известному правилу, падал маслом вверх. «Неудачникам» же не везло всегда и везде. Оказалось, что при всём многообразии обстоятельств и характеров, в поведении потерпевших имеется много общего, в определенной степени провоцирующего на совершение преступления, либо облегчающего его совершение. Такое поведение получило наименование виктимного. Вот Левин сейчас с интересом и смотрел на «москвича», пытаясь понять, кто перед ним, «везунчик» или «неудачник». А может всё же преступник, умело скрывающий это?

– Вы кто? – по истечении четверти часа, с вальяжной усмешкой одарил Семибратова сановным взглядом импозантный мужчина с двумя звёздами на погонах.

– Вы ещё раз расскажите, гражданин Семибратов, как всё с вашим приходом здесь получилось? – напирал следак. – Мы, понятное дело, все бумаги потом заполним, но пока послушать интересно, уж больно у вас всё нескладно с приходом реализовывалось.

Подпол со следаком были в своём праве, и Николай Николаевич очередной раз подробно пересказал почти всю хронологию событий, продуманную ним заранее. От самого начала и до самого конца. До конца диверсанта раненого в живот и якобы умершего на его руках.

– Николай Николаевич, вы ведь не меньше, чем дней на десять сюда приехали, так что не по одному разу пообщаться успеем.