– Чай не немцы, Серый. Это поляки. Они всегда себе на уме были.

– Ладно, глянем что там.

Второе здание, напротив, «бодрствовало» светящимися окнами. Вот как раз рядом с ним парный патруль продефилировал и за углом скрылся. На полузакрытой стоянке для транспорта, густо обсаженной высокими, но всё же подрезными кустами какой-то поросли, явно виднеется бампер внедорожника.

Серго вспомнил картинку с ноутбука. Мимо стоянки по заросшей и неухоженной дорожке можно было пройти к ангару на заднем дворе. Судя по всему, военные приспособили его для чего-то им нужного. Склад, что ли? Вокруг него, ещё раньше отметил, даже больше охраны выставлено было, чем около двухэтажки, когда военные ещё бодрствовали, снуя в ангар и обратно, а значит, внутри явно что-то ценное есть.

Стараясь не шуметь, проскочили к большому строению, но вот поправку на присутствие животины за прилегающим к основной деревенской магистрали забором не сделали. Учуяла зараза! Залаяла. Заставила поторопиться, чтоб к стене прижаться, присесть и затихариться, ведь ведение боевых действий в селе не планировали. Просто проверка на всякий случай, чем таким интересным военные в этом глубоком тылу заняты.

Послышались шаги. Тихий голос, считай совсем рядом, на польском языке произнёс окончание фразы:

– …Я точно слышал!

– Ну, так поднимай тревогу, – усмехнулся второй. – Что? Теперь не так уверен?

– Ты же сам знаешь, что нам от пана подполковника будет за ложную тревогу, – обиделся тот. – Ладно, может, и правда, кто-то из местных поссать вышел, а я тут страху нагоняю.

Молодец, не доверять собственным органам чувств – это хорошо. И всё бы у этих придурков хорошо и осталось, сдай они назад, и пройди по освещённой фонарём дорожке. Так ведь нет! Попёрли через палисадник, рядом со стеной. Решили сократить путь по тропке. Сократили! В звенящей ночной тишине раздались два приглушенных щелчка, один за другим.

– Придеживаем!

Серый с Аппендицитом метнулись к заваливающимся трупам. Подхватили безвольные тела и высвободившееся из их рук оружие. Положили на траву.

– Мудаки? – сделал вывод Аппендицит.

– Точно. Устав караульно-постовой службы никогда не открывали. – Шёпотом согласился Серый.

– Чего здесь полякам делать?

– ХЗ. Наёмники, наверное.

– Старый сердиться будет, что этих завалили.

– Однозначно. Теперь-то, уж чего! Они хоть и мудаки, но глаза-то у них не на жопе. Идём, посмотрим, что там в ангаре.

– А охрана?

– Одним больше…

– Там не один охранник.

– Ну, двумя-тремя больше, какая теперь разница? Пошли.

Аппендикс противоречить не стал. Начальнику, как тому жирафу из песни Высоцкого – видней, он же старший.

Ангар, представлял из себя прямостенную, быстровозводимую конструкцию из металла. Судя по вечерней съёмке с квадрокоптера, поставили его недавно, а использовали и того меньше. Вот только не понятно, что внутри хранили или производили. Наружная охрана по ночной поре велась тоже парным патрулём. Присмотревшись к охранникам, Серый сделал вывод, что служба полякам мёдом казаться должна. Судя по всему, здесь они уже не меньше двух недель кукуют. От передовой далеко. Село для противника укрорейха, ничего из себя не представляет, а значит никаких опасных «подарков» с неба на голову не сыпется. Лафа, короче!

– Обоих берём! – решил Серый. – Твой худой высокий, мой крепыш.

– Принято!

– Как только поравняются, работаем.

Польские ребята действительно зажрались. Начальство ставку на хорошее освещение периметра сделало, пару видеокамер поставило, пустило вдоль стен пару вот таких охламонов и решило, что в захолустной деревне кроме селян, никаких неприятностей не может случиться. Кроме того, по летнему времени само гуляние вооружённого патруля под луной, да и днём, растягивалось на три часа…

Крепышу сразу не повезло, упокоили на «холодняк». Длинный прожил дольше.

– Сколько вас в ангаре? – допытывался Серый.

– Пятеро. – Не стал запираться испуганный молодой поляк, на грудную клетку которому давило колено неизвестного напавшего, страшного, с лицом покрытым боевым гримом.

– Кто?

– Инженер-американец, два техника, хорунжий Чесьляк и рядовой Новак.

– Инженер зачем?

– Так, новый беспилотник тестирует, с опытной начинкой.

– Какой начинкой?

– Не знаю. Не интересовался.

– Ну и дурак же ты, приятель.

– Серый, заканчивай. Время! – поторопил Аппендицит.

– Сейчас. – Снова спросил поляка. – Кто старший над вами?

– Подполковник Мильжецкий.

– Он где?

– В канцелярии войсковой.

– Это где?

Затарахтел на польском, хотя перед этим вполне на русском языке говорил:

– Budynek parterowy. On tam nocuje, tam nocują porucznik i inżynier Nie zabijajcie mnie! Nikomu nic nie powiem!

Серый, тем не менее, просьбу не убивать понял. Ответил:

– Конечно не скажешь.

Нож вошёл между рёбрами, пробил сердце незадачливого парня, искавшего счастья и финансового благополучия на чужой земле.

– Уходим?

– Нет. Нужно в ангар заглянуть…

Услышав, что сейчас, вот-вот, из ангара кто-то выйдет наружу, Серый отодвинулся и приготовился встретить. Полностью дверям он открыться не дал. Вернее, сам помог открыться резким рывком на себя. Не успевший вовремя отпустить ручку, поляк вывалился на улицу и сразу же получил прикладом автомата по затылку.

– Тащи за ангар! – приказал Аппендициту, – кто знает, может это хорунжий выходил, а он всяко больше рядового солдата в теме.

– Угу!

Словно паук муху, влетевшую в паутину, подхватил обмякшее тело. Споро поволок за угол ангара, а там руки за спину связал, ноги тоже. Дальше дело техники и навыка. Щиколотки связанных, согнутых в коленях ног, подвёл к запястьям рук. Кляп в рот. Готово! В чувство пока приводить не стал. Пусть полежит, не до него.

Сам Серый заглянул в ангар. Прислушался. Тихо! Лишь где-то на периферии ощущался фон спокойного бубнежа, да звуков рабочего момента. Тенью вошёл внутрь. Освещённая электрикой территория, поделённая на сектора тонкими стенами.

Первое же помещение – большой зал с длинным столом, на котором уложен был предмет, внешне напоминавший не малых таких размеров планер, с откинутой в килевой части крышкой и вытащенными наружу проводами и блоками. У стола, считай в одном месте, толпились люди в серых комбинезонах, а военный поодаль усевшись у стены, кунял носом, положив автоматическую винтовку на колени. То ли местные боги сжалились над Серым, то ли он реально везучий мерзавец, но внимания на него никто не обращал. Одни делом занимались, другой – безбожно дрых. Тут и Аппендицит подоспел, за спиной начальника встал, рассмотрел реалии быта.

Серый лишь головой в сторону польского бойца повёл.

– Понял. – Одними губами шепнул разведчик.

За спинами занятых делом работяг метнулся к спящему, расслабленному караульщику. Примерившись, в одно касание шею ему свернул, но за счёт конвульсий тела всё же привлёк внимание технарей.

– Кто из вас инженер? – подойдя к застывшим в странных позах, настороженным людям, спросил Серый.

– P-kim jesteś? – подал голос, произнеся вопрос на польском языке, мужчина возрастом лет под сорок.

– Ясно.

По этому вопросу сразу понял, кто есть кто. Только почему по-польски пшекает, он же амером должен быть?

– Подойдите ко мне.

Тот напрягся, но даже шаг не сделал, лишь коверкая слова русского языка, заявил:

– Вы не имеете права нас удерживать! Мы не комбатанты! К тому же лично я, гражданин Соединённых Штатов Америки.

– Это радует. – Кивнул Серго, вот и разобрался в подвисшем в голове вопросе.

– Что вы…

– Серый, время! – напомнил Аппендицит.

– Знаю! – отмахнулся тот.

Снова спросил, указав на беспилотник:

– Это, что?

Ясно, что техническое устройство на столе не для увеселительных игр собирается. Предназначено оно для сокращения жизненного цикла двуногих, прямоходящих.

– Где документация на дрон?