— Зачем же они туда ходили? — Антоненко помотал головой. — Послушайте, Терещенко, вы проще изъясняться умеете? Не казенным языком, а по-русски.

— Так точно, — подполковник чуть стушевался. — Виноват, — он прикусил язык и явным усилием воли «отключил официальные речевые настройки». Какого титанического усилия ему это стоило, было написано у него в глазах. — Наемники просто побродили по локациям и вернулись.

— Ничего никому не передали и не припрятали? — уточнил Вьюхин.

— Скорее всего, припрятали, — подполковник кивнул. — Думаю, такие же контейнеры с Н-капсулами, как были в украденном у Профессора пенале.

— Наноботы серии «Х», — припоминая, проронил Антоненко. — Почти такие же, как те, что у Трояна. А ну, подполковник, позовите сюда начальника экспертной группы, спросим у него, насколько эти наноботы действительно уникальны. Чувствую, очень интересная комбинация у нас складывается.

— Разрешите доложить… — разведчик осекся. — Я уже проконсультировался с нашими учеными. Они уверены, что речь идет о тех самых нанитах, которые Котов и спецотряд надеялись найти в бункере поблизости от тамбура ЧАЭС. Эти наноботы могут работать вне локаций без энергетической поддержки «аккумуляторов», аномальных силовых линий и «энергополей».

— То есть в принципе могут работать, — упростил Вьюхин. — Довольно ценные наноботы. И не только для нас. Для Трояна тоже. Ведь для него это фактически эликсир свободы. Чем больше в составе скорга наноботов, способных к автономной работе, тем дальше Троян может уйти от Зоны.

— Уточнение, — Терещенко поднял руку. — Это модификация. Их основное отличие от наноботов Трояна — новая программа. Наноботы серии «Х» с семизначным индексом не просто соединяют прочие колонии нанитов между собой, как в изделии Троян, а подчиняют изделия техноса тому, кто знает коды управления.

— Что это меняет? — спросил Антоненко.

— Во-первых, фактически это новый вид оружия, — не раздумывая, ответил подполковник. — Если проводить аналогию с привычными людям видами вооружений, наноботы серии «Х» это одновременно бактериологическое оружие и отравляющее вещество психотропного действия. Только для техноса. Во-вторых…

— Неизвестно, какие указания заложены в программу этих наноботов насчет людей, — перебил разведчика Вьюхин. — Если спонтанная имплантация таких наноботов вызывает хотя бы те же последствия, что и другие спонтанные имплантации… дело плохо. Если украденные наниты будут переправлены за Барьер и проданы корпорациям, миру грозит «механическая эпидемия».

— Полковник, не запутывайте меня, — генерал поморщился. — Мы говорили о Трояне и распространении наноботов серии «Х» внутри Зоны.

— А я говорю о главном, господин генерал, — твердо заявил Вьюхин. — Если троянские наноботы подчинят половину техноса этому суперскоргу, Зоне грозит гражданская война биомехов: узловые против троянских. Это будет серьезное испытание и для техноса, и для нас, но мы его как-нибудь переживем. Убедим группировки заключить перемирие, уйдем на базы, займем оборону. Это наша работа. И пусть биомехи выкручивают друг у друга гайки, сколько им влезет. Нам это только выгодно. А вот если наноботы серии «Х» попадут за Барьеры… Малейшая утечка — и по планете понесется техническая эпидемия. Наноботы «заразят» нормальные машины и сделают из них биомехов. Внешне, конечно, они вряд ли сильно изменятся, для этого машинам нужно пройти через Узел, но внутри… это будут настоящие биомехи. Технос — пусть не узловой, а троянский, не вижу особой разницы — выйдет за пределы Зоны. Со всеми вытекающими последствиями. Я не уверен, что обычные люди готовы к такому повороту событий. Плюс вспомните мой первый вопрос: насколько механический вирус опасен непосредственно для человека?

— Теперь понял, — генерал взглянул на разведчика. — Что еще скажете, Терещенко?

— Согласен с господином полковником по всем пунктам. Особенно насчет вероятной утечки наноботов за Барьеры. Судя по ловкости, с которой было обставлено похищение, дело организовала мафия. А у Барьерной мафии обширные связи в мире крупного бизнеса. То есть повод для беспокойства у нас имеется и он более чем значительный. На поиски украденного пенала, а также сделанных наемниками тайников в других локациях следует бросить все свободные силы.

— Для начала все это, — Антоненко указал на папку разведчика, — надо убедительно доложить в главном штабе. Но пока будем делать то, что зависит от нас. Искать пенал.

— Трояна тоже, — добавил Вьюхин. — У него десятый контейнер.

— У нас мало свободных людей, — заметил Терещенко.

— Так найдите еще, подключите резервы, агентов, командированных, легкораненых… Родите, если получится! Меня волнует только результат, — Антоненко похлопал ладонью по столу. — Вот здесь завтра вечером должен лежать рапорт… Отставить! Должен лежать пенал с десятью контейнерами. А напротив меня должен сидеть Профессор. Задача ясна?

— Так точно, — Терещенко и бровью не повел, будто бы воспринял невыполнимый приказ как единственно верный.

Вьюхин, в отличие от начальника разведки, отреагировал более эмоционально. Не то чтобы оспорил или осудил приказ. Каким бы Вьюхин ни был своенравным, он был всё-таки человеком военным, приказы не обсуждал и выполнял в точности. Но в чем полковник не мог себе отказать, так это в удовольствии поморщиться, неразборчиво поворчать или фыркнуть, если миссия невыполнима.

У каждого свой характер. Даже в армии. А вы думали, там все одинаковые, как болванчики на китайском рынке?..

…Подполковник Терещенко вышел из кабинета командующего Московской бригадой спокойным и даже умиротворенным, будто бы побывал не на «ковре», а в сауне или в массажном кабинете.

Капитан спецотряда Барьерной армии Кирилл Кольцов, ожидавший Терещенко в приемной, незаметно усмехнулся. Что, интересно узнать, Антоненко ему там массировал? Мозги? Или шею? Или…

Подполковник бросил взгляд на офицера, и Кольцов, спохватившись, встал. Терещенко махнул капитану: «Иди за мной» — и вышел из приемной. Шел подполковник вроде бы не спеша, он вообще никогда никуда не торопился, но спецназовец догнал начальника разведки только в коридоре. Есть такие люди — никогда не спешат, но и никогда не опаздывают. Просто талант у людей. Дисциплинарный, если можно так выразиться.

— Слушай внимательно, капитан, — жестом приказывая идти рядом, сказал Терещенко. — Повторять не стану, времени в обрез.

— Весь внимание, — заверил Кольцов.

Излагал Терещенко сухо, но зато последовательно и предельно понятно. Вводная, постановка задачи, отпущенное на операцию время. Никаких фигуральных выражений или украшений речи. Заслушаешься. Если ты, конечно, военный. Или сдохнешь от тоски, если штатский.

— Вот такая задача, Кольцов, — покончив с официальной частью, подполковник Терещенко почти перешел на нормальный язык. — Возьмешь в группу проводника, это наш агент, капитан Галимов, по легенде — сталкер Щука. Поскольку ты прибыл сюда за Трояном, ищи Трояна. Только с учетом новой вводной. Вопросы?

Так вот сразу сообразить было трудно, но Кольцов всегда умел выделять главное. За что его и ценили в спецотряде.

— Троян может использовать содержимое контейнера, насколько это осложнит нам жизнь?

— Одного контейнера хватит, чтобы заразить наноботами серии «Х» до тысячи крупных изделий.

— Весело!

— Спокойно, капитан, — Терещенко легонько похлопал спецназовца по плечу. — Если Троян это сделает, считай свою миссию выполненной. Ведь тогда наноботы не уйдут за Барьер.

— Моя миссия заключается не в этом, а…

— Это уже другой вопрос! Пока ты и твои люди в Москве, будете выполнять эту миссию. В связи с особой оперативной необходимостью, — Терещенко отдал честь. — Свободны, капитан Кольцов. Шагом марш готовиться к боевому выходу. Выдвигаетесь в пять ноль-ноль…

Орден Священного Узла. Великий и могучий. Славный своей героической историей, традициями, подвигами братьев и алмазной твердостью воли Командора Хантера. Символ несгибаемости человеческого духа и суровой решимости преодолеть любые препятствия, выдержать любые испытания и победить! Таким он всегда был, таков он есть и таким он будет, когда Зона Смерти выйдет за Барьеры и охватит всю Землю. Оплотом добра и стабильности, островом жизни в текучем, как жидкий металл, мире зла, несправедливости и смерти.