— По какому вопросу? — спросил Руперт строго.

— Я… у меня… вот. — Посетитель торопливо включил карманный комп.

Голограмма повестки возникла у края стола, и Ульриху не составило труда рассмотреть документ во всех деталях. Выглядел он как настоящий, даже цифровая подпись следователя была верной, вот только Руперт был готов поклясться, что ничего подобного не отправлял.

— Видимо, произошел какой-то сбой, — проворчал он.

— Как это сбой? — заволновался человек. — Адресовано мне, и ваша подпись… вот тут. Или не ваша?

— Моя, — нехотя согласился Ульрих.

— Ну вот! Какой же тут сбой? Вы хотите сказать, что я напрасно бросил дела и прилетел сюда? Даже не переоделся…

Руперт молча уставился на посетителя. И этот нервный. Как утро началось, так весь день и пройдет. Не переоделся он, надо же. А есть во что?

— И откуда вы прилетели… не переодевшись? — с легкой иронией спросил Ульрих.

— Как это… А куда вы отправляли мне повестку?

— Это был не я.

— Ну хорошо, не вы, куда отправляли повестку?

— Это вы «не у меня» и спрашивайте. До свидания.

— Нет, погодите, господин следователь! А кто компенсирует мне затраты на перелет и как я оправдаюсь перед начальством?!

— Вам выдадут настоящую повестку. Обратитесь в канцелярию.

— А что я скажу по сути дела?! Зачем меня вызы-вали?!

— А что написано в этой липе?

— Дело номер… да вы сами посмотрите…

Он снова включил комп. Ульрих и в первый раз обратил внимание на странный номер дела, но тогда он уже догадался, что повестка липовая, а потому не стал вникать в подробности. Теперь же… Руперт включил звуковую отсечку, чтобы посетитель не слышал лишнего, и повернулся к интеркому. Следователь в соседнем кабинете оторвался от «увлекательного» занятия — написания какой-то справки — и вопросительно взглянул на коллегу.

— Джонс, у тебя свежее дело под каким номером проходит?

— У меня триста семнадцатое в работе. Но самое свежее у Оксаны — триста двадцать первое. Я только что в канцелярии проверял. Только ты лучше сам туда загляни. Вдруг кто-то уже взял следующий номер. А что у тебя наметилось, опять пули?

Он заговорщицки подмигнул.

— Пошел ты, — буркнул Ульрих, обрубая связь.

Он снова обернулся к посетителю. Голограмма повестки все еще висела над столом. Руперт выключил отсечку и уставился на номер дела. Последние цифры, те, что после дроби, были как раз очередными: три, два, два. Шутник, отправивший эту фальшивку, или угадал, или хорошо знал текущую нумерацию дел. Может, кто-то из канцелярии развлекается? Маловероятно. Там сидят солидные дамы, абсолютно лишенные чувства юмора. Ульрих еще раз проверил подпись и взглянул на дату. Черт знает что! Подпись точная, дата вчерашняя. Неужели провалы в памяти начались? Да нет, вчера и не пил почти.

— Садитесь. — Следователь указал на стул у стены. — Рассказывайте.

— О чем? — Человек уже не волновался, только недоумевал.

— Кто вы, откуда прилетели, почему в таком виде… все рассказывайте.

— Меня зовут Слободан Марич, я прилетел с Медеи, а мой вид… Это чтобы не выделяться среди местных жителей… я имею в виду медеанцев, конечно.

— Бедновато живут колонисты, — хмыкнул Ульрих.

— А что вы хотите, Пояс Освоения! — Слободан развел руками. — Да еще контингент там… Раньше же туда ссылали. Работящих людей крайне мало. Крупный бизнес туда даже не суется. Мелкие предприниматели, случается, рискуют, но для становления приличной экономики этого недостаточно.

— А турбизнес? Я слышал, там климат хороший.

— Что вы! Ограбят однозначно! Эти каторжане… Они же больше ничего не умеют.

— Ну а вы как там оказались?

— Я ведущий специалист отдела освоения новых рынков Корпорации «Райх». — Слободан приосанился. — Мы всегда на переднем крае, даже если трудно.

— Да? — Ульрих покосился на экран своего компа.

Там высветилось подтверждение. Потрепанный посетитель не врал. И это было вдвойне странно. Солидный специалист крупнейшей корпорации бросает все дела, срывается с места и летит на Землю, даже не переодевшись. Повестка в Генеральную прокуратуру, конечно, не приглашение на слет любителей авокадо, не отмахнешься, но и сломя голову мчаться необязательно.

— Работы, наверное, полно?

— Еще бы, — вздохнул Слободан. — До этого пять лет на Терции работали, так там аборигены были совсем дикие, на зверей похожи. И ничего, управились. А здесь вроде бы и люди нормальные, но вся работа до сих пор на начальном этапе. Второй год бьемся.

— Это да, с людьми поладить иногда сложнее, чем с дикими животными, — посочувствовал Ульрих. — Не пойму только, если вы столь ответственный сотрудник, почему так опрометчиво поступили? Не перезвонили, не уточнили предварительно, кто и зачем вас вызывает.

— Я уточнял! Я с девушкой какой-то разговаривал. Она все подтвердила.

— С какой девушкой? — заинтересовался Руперт. — Она представилась?

— Нет… но… — Слободан растерянно похлопал глазами. — В компе номер должен был остаться, вот… Где же он?

— Номер был таким же липовым, как и повестка, я думаю, — сказал Ульрих. — Не ищите, наверняка не найдете. Вы ей звонили или она вам?

— Я не помню, кажется я, или она… А-а, вспомнил, к повестке комментарий прилагался. Там так и было сказано — по всем вопросам обращаться по такому-то номеру. Ну, я и обратился. Получается, все-таки я ей позвонил. Девушка сказала, что следует прибыть немедленно и в интересах дела никому не говорить о повестке. И вообще — прибыть скрытно. Так и сказала — «немедленно и скрытно». Ну, я и сел в личный рейдер, в чем был.

— Комментарий вы, конечно, стерли?

— Так ведь… собственно… Ну да, раз номера в компе нет, получается, стер. К сожалению.

— Так-так. — Ульрих, фальшивя, выстучал пальцами на столешнице болеро. — Похоже, дело серьезное. Сами как думаете, зачем вас ко мне подослали?

— Подослали?! — возмутился было Слободан, но Ульрих его прервал:

— Я фигурально выражаюсь. Зачем вас обманули и заставили прилететь сюда?

— Не знаю. Даже ни одной мысли.

— Может быть, у вас какая-то информация имеется, например, о незаконных делишках на Медее?

— Нет, что вы! В смысле, конечно, за год накопилось немало всякого, но тут есть один нюанс… На Медее законными делами только мы и занимаемся, а все остальные — сплошь криминалом промышляют. Без исключений.

— Н-да… — Руперт почесал кончик носа. — Такой объем даже Генеральной прокуратуре не потянуть. Посадить жителей целой планеты — это не с горки съехать. К тому же они там и так в ссылке.

— Так вы от обратного идите, — предложил Слободан, но тут же осекся. — Простите, что лезу с дилетантскими советами, но… может, вам девушку поискать? Номер-то начинался с кода Земли, я точно помню. И даже региональный код был стокгольмским.

— В Стокгольме двадцать миллионов жителей, и как минимум четверть из них девушки и молодые женщины.

— Тогда я не знаю. — Посетитель покосился на дверь и после долгой паузы спросил: — Я пойду?

— У меня нет причин вас задерживать.

— А вы дадите мне справку? Ну, что я был у вас, а не шлялся по казино…

— Справку? — Ульриха вдруг осенило. — Справку… Послушайте, Марич, вы, случайно, не знакомы с господином Кювье?

— Кювье? Нет, не знаком.

— Подумайте хорошенько. Вспомните своих знакомых десятилетней давности. Жорж Кювье.

— Почему именно десятилетней? Я тогда еще в университете учился…

— В студенческие годы обычно легко сходишься с множеством людей.

— Наверное, обычно так и происходит. — Слободан замялся. — Но у меня все было иначе. Почти никаких друзей. Так, несколько знакомых. И Кювье среди них точно не было.

Продолжать разговор было бессмысленно. Ульрих жестом предложил Слободану включить комп на прием. Получив настоящую, уже подтвержденную повестку, ведущий специалист «Райха» откланялся.

Проводив посетителя мрачным взглядом, следователь поставил локти на стол, подпер подбородок кулаками и надолго задумался. Несуществующее дело под номером 322 имело все шансы стать объективной реальностью. Оснований для его открытия было маловато, но в практике Руперта случались и более странные вещи. Например, однажды он зацепился за факт того, что некий полисмен неточно описал свидетеля происшествия. Впоследствии выяснилось, что полицейский врет, и Ульриху удалось раскрутить дело о коррупции. Что-то в этом роде наклевывалось и сейчас. Шуточки с вызовом свидетелей непонятно какого происшествия, неизвестные девицы, косящие под сотрудниц Генпрокуратуры, Кювье этот, с теорией заговора и опусами фиг знает чьего сочинения… Связи между этими фактами пока никакой, но запашок схожий. Жареным пахнет. Жареным… Между прочим, не мешало бы перекусить и грамм сто для смазки извилин дернуть. Время как раз обеденное.