Павел Савельевич Коробко, тоже полковник, но для всей честной компании, собравшейся в кабинете, он действительно, что называется «варяг». Чужой. Штаб-квартира СБУ занимает в центре Киева целый квартал между улицами Владимирской, Ирининской, Паторжинского, Малоподвальной, так вот он птенец именно центрального гнезда. Войсковая часть А1988, главное управление военной контрразведки Департамента контрразведки. Офицер 2-го управления.
Скосив взгляд на коллегу, который при словах генерала даже ухом не повёл, будто его это не касается, Максим Петрович поднявшись из-за стола, почувствовал, что взгляды командующего группировкой вооружённых сил Украины на Курском направлении, его заместителей и всех присутствующих на совещании сейчас же переключились на него. Среди всех офицеров, собравшихся на мероприятие подведения первых итогов захвата и расширения плацдарма, в просторном кабинете здания штаба в Сумах, в званиях никого ниже подполковника не было. Да и подполковник в коллектив начальства всего один затесался. Однако пристальное внимание генерала и старших офицеров Трескунова нисколько не смутило. Ему по роду службы не раз приходилось участвовать в подобных совещаниях. Личные дела на каждого из присутствующих полковник читал, а потому знал их, как облупленных. Явных недоброжелателей у него здесь, а тем более предателей, не было, поэтому без оглядки на секретность начал свой доклад:
– Пан генерал, я понимаю, что мою работу по защите тыловых территорий в освобождённых районах Курской области, можно считать неудовлетворительной. Но это не совсем так. Против нас выступил сильный и умный противник – диверсанты частей центрального подчинения ВС РФ. Это настоящие профессионалы…
– Полковник, – генерал прервал словоизлияние СБУшника. – То, что против нас работают профи, мы уже поняли. Вы нам лучше скажите, как вы собираетесь бороться против них?
– Нами разработаны ряд оперативных мероприятий, которые усложнят деятельность вражеских ДРГ. Ко всему прочему спланирована операция по последовательному уничтожению этих групп. В ней участвуют подразделения антитеррора, задействованы представители воинских частей и информаторов на местах. Проведены мероприятия по распространению дезинформации. Я считаю, что результаты ждать себя не заставят. Пан генерал, обещаю, что через два-три дня мы ситуацию возьмём под контроль.
– Ну, что ж, Максим Петрович, два-три дня мы как ни будь потерпим.
Генерал взглядом обвёл собравшихся офицеров. Судя по тому, что Трескунову никто не высказал недоверия, заместители командующего и все прочие офицеры согласились с таким обещанием.
– Но если в ближайшие дни диверсанты расстреляют ещё пару колонн и безнаказанно уйдут, относительно вас я своё личное мнение изменю. – Всё же добавил к сказанному генерал.
– Обязательно нанесут. – Задумавшись, невпопад согласился Трескунов.
Брови генерала сложились в мимику строгости и непонимания:
– Не понял вас, полковник!
– Прошу прощения, пан генерал! Я хотел сказать, что применив мероприятия по дезинформации, мы подсунем русским автоколонну ловушку, якобы выбранную по их собственному усмотрению, спровоцируем нападение и либо захватим, либо уничтожим одну или две диверсионные группы. Надеюсь не нужно предупреждать, чтобы все непричастные к мероприятию, присутствующие на совещании данной информацией не делились даже со своими замами?
– Вы уверены, что русские именно на вашу ловушку клюнут? – голосом с нотками недоверия спросил генерал.
Этот вопрос не стал для Трескунова неожиданным. Всё же к совещанию он готовился.
– Судя по действиям диверсантов, им поставлена задача, задержать продвижение наших сил и средств в направлении АЭС. Поэтому мы среди личного состава и местных жителей, которых много ещё осталось на освобождённых территориях, распустили слух, о том, что от границы через Суджу пройдёт автоколонна необстрелянной, не бывшей ещё в боях бригады, якобы снятой с запада белорусской границы.
– Не многовато ли для ДРГ целую бригаду подставлять? – задал вопрос полковник Матвиюк. – Они, что, бессмертные?
– Действительно, Максим Петрович, сколько в той ДРГ бойцов может быть, чтоб против целой бригады в бой ввязаться, пусть даже не обстрелянной? – засомневался и генерал.
– Идея состоит в следующем. Мы планируем прогнать боевую технику первой, а через временной интервал подставить им автоколонну, перевозящую людей на бортовых машинах и боеприпасы. Слух о комбриге, назначенном на командование из гражданских приверженцах национальной идее, в военном деле – профане, его таким же заместителям, пропущен через все фильтры, включая доставку информации через линию фронта. Груз позиционирован снарядами, патронами, противопехотными минами, ручными гранатами и гранатометными выстрелами в большом количестве. – На последних словах Трескунов даже улыбнулся и, закончил: – Груз будут сопровождать три БТРа. При таком составе автоколонны, она представляет из себя лакомую добычу. Скажи о такой колонне любому командиру спецназа ГУР, тот не задумываясь, возьмётся за выполнение задачи. При взрыве грузовика с боеприпасами будут неминуемо уничтожены и соседние машины. Русские диверсанты вряд ли по-иному рассудят. Поэтому мои люди считают, что информация по разным каналам до адресата уже доставлена, и он не сможет отказаться от падающего прямо в руки счастья.
Трескунов замолчал. Перевёл дух.
– Что ж, звучит убедительно, – выслушав СБУшника, обдумав услышанное, наконец сделал вывод командующий группировкой. – А какие силы и средства потребуются для проведения предлагаемой вами операции?
– У нас в наличии две группы антитеррора, каждая численностью до взвода пехоты. Это профессионалы из контингента иностранных наёмников. Две группы спецназовцев ГУР, – нашёл взглядом полковника Сидихина, и военный разведчик утверждающе кивнул генералу, мол, так и есть. – Три БТРа, имитирующие боевое сопровождение. Тоже с нашими экипажами и спецсредствами. Ко всему прочему будут задействованы три передвижных комплекса обнаружения оптических и электронных средств. Ну и собственно, в кузовах некоторое количество личного состава бригады перевозиться будут. Эти со своим штатным оружием.
– Ну, эти-то действительно не обстреляны. – Хмыкнул кто-то из офицеров.
– Они, как статисты свою роль исполнят.
– Надеюсь, для полной достоверности боеприпасы не повезёте? – улыбнулся и генерал.
– Никак нет. – Заверил Трескунов.
– Ну, что ж, дело за малым. Вывести на место колонну, и чтоб диверсанты не подвели, напали…
Всё ёщё Сумы, тот же центральный район города. Через два часа после совещания у командующего
Войдя во временно предоставленное для нужд его службы помещение, полковник Трескунов быстро прошёл к своему законному месту. По пути мотнул головой в сторону присутствующих, распорядился:
– Садитесь.
Контингент офицеров собранных на экстренное совещание был пёстрым, если можно этим словом назвать людей, относившихся к разным силовым структурам. Если сам Трескунов и капитан Шевченко несли службу в ВКР СБУ, то бишь осуществляли контрразведывательное обеспечение Вооружённых сил и других воинских формирований Украины,.. Они по своему профилю чистой воды оперативники регионального управления. Их поле деятельности территории в полосе боевого соприкосновения с противником, работа с контингентом армейских корпусов, соединений и отдельных частей. …то у остальных присутствующих основным направлением деятельности прерогативы иные.
Слева от полковника сидел крепыш в повседневной форме одежды с погонами подполковника на плечах. Он представлял собой полную противоположность Шевченко. Мужчина среднего возраста с холёным, аккуратно выбритым лицом и независимым взглядом голубых глаз. На кителе выделялись два ряда орденских планок. Офицер пятого управления, Марцевич Игорь Леонидович. О-о-о! Такие кадры больше по террору специализировались…
Служба безопасности Украины еще в 2015-м году создала подразделение, которое занимается совершением убийств. Пятое управление контрразведки. Оно играет центральную роль в любого рода операциях против врагов государства, а врагами объявляются все те, кто неугоден режиму. В военных действиях его представители принимают участие редко. Относительный размер и бюджет СБУ в пять раз больше, чем у того же ГУР. Это означает, что она в состоянии выполнить самые сложные задачи. Убийцы «пятёрки» финансируются ещё круче.
