Крохотный туристический лагерь расположился на лесной поляне под сенью разлапистых, высоких сосен, километрах в десяти от ближайшего села Горенки. Средина сентября радовала теплотой «бабьего» лета. Солнце совсем и не палящее пошло на склон, утаскивая за собой ясный день, заставляя легкую сумеречную темень занять освободившееся место под лесными исполинами. Туристы плотной группой сидели у прогоревшего костерка, потребляли пищу, споро орудуя не ложками, а массивными армейскими ножами, ели консервы. Семь человек в камуфляже, расположились в месте, где судя по всему останавливался народ и до них, так что явных следов пребывания еще одной группы отдыхающих отыскать будет сложно, а уж привязать к чему либо криминальному, так и вообще не возможно. Стороннего наблюдателя поблизости не нашлось, а то бы даже деревенский житель мог заметить некоторое отличие этих людей от туристов классического образа, хотя в России теперь кого только не встретишь иной раз. Один из любителей активного отдыха вытащил из рюкзака саперную лопатку и подхватив полиэтиленовый пакет, куда все его товарищи сбросили пустые банки, удалился в чащу. Аккуратно сняв верхний слой дерна в приглянувшемся месте, выкопал яму, бросив туда пакет с отходами жизнедеятельности, зарыл, уложив полоску травы на прежнее место, вернулся. Чувствовалось, сработал на автомате. Не потому, что так нужно, а потому, что так положено. Народ после потребления пищи отдыхал. Кто‑то прислонившись к стволу дерева, кто лежа на траве, предавались безделью, курили сигареты, лениво перебрасываясь словами.

— Сохатый, опять с собой пару МОНОК в бауле тащишь? И ведь не лень! Могу спорить, что у тебя в нем еще и десяток гранат припасено. Поделись, куркуль.

— Что у меня в бауле, не твое собачье дело. Понял?

— Поссать отойдешь, я посмотрю.

— Посмотрел один такой, так яйца по самые гланды оторвало. Так же хочешь?

Все, кто был на поляне, сдержанно рассмеялись.

— Да на фик! Была охота тяжести таскать! Дюк, ты ведь говорил, что клиент колхозник? Зачем с таким арсеналом идем?

— Ворон, тебе лишний раз растрястись не помешает. Вон, жиром заплыл.

— Наговор! — вскинулся тот. — Я в форме.

— Вот и клиент, говорят, тоже в форме. И он не колхозник, а местный егерь, и огнестрел у него имеется.

— Ружжо? Небось старая двустволка?

— Не повезет, тебе и одного выстрела картечью хватит. Все! Встали.

Дюк, старший в группе, первым поднялся на ноги, распорядился:

— Сворачиваемся.

Без спешки преступили к сборам, навьючивая на себя рюкзаки и непонятного назначения снарягу в плотных мешках с ручками и лямками.

— До места два часа хода, всем проверить переговорники. — Обратился непосредственно к одному из своих людей, бритому под «ноль» парню, чем‑то похожему на большую обезьяну, сутуловатого мужчину с длинными руками. — Кир, выдвигаешься по маршруту передовым дозором в ста метрах от основной группы.

Проводив взглядом молча кивнувшего, скрывшегося в кустах гамадрила, повернулся к остальным.

— Не расслабляться, отдыхать после дела будете. Двинулись!

До места добрались в потемках. Марш в лесной, пересеченной местности лишь слегка вымотал команду. У подхода к заимке группу встретили Кир и еще один член маленького отряда. Косматого Дюк заблаговременно послал в разведку, ну и определиться по месту в случае работы. Ведь заказчик мог и отменить контракт, тогда на счет упали бы некоторые суммы неустойки, плата за то, что потревожили. Пока основная часть команды отдыхала, переводя дух после марша, Дюк, Косматый и Брук, заместитель старшего, расположились на маленьком пятачке у берез в окружении высокого кустарника. Присели. Косматый развернул лист бумаги с планом заимки и подходов к ней, Дюк включил фонарь.

— Докладывай.

Косматый ранее был в подчинении Дюка, еще когда оба воевали на юге страны, в первую компанию. Свой пуд соли тогда же вместе и съели. Когда правители государства «сдали» армию и часть территории нохчам, положив тысячи несмышленых пацанов на алтарь прибылей собственного кармана, Дюк ушел в запас, сколотил свою команду и подтянул в нее Косматого. В армии у них обоих позывные были совсем иными, а в команде Косматого прозвали так в пику его лысой голове.

— Ближе к полудню подъехали два внедорожника «Тойота» с московскими номерами. Вот, я тут номерки срисовал. С хозяином заимки базарил их старший. Так что, не договорились. Послал он его.

— О чем говорили?

— Не знаю. Охрана место пасла, близко было не подобраться.

— Ясно. Дальше.

— Дальше ментура подрулила и москвичи уехали. Менты кстати тоже не задержались. Фигурант на заимке, один.

Все трое склонились над рисунком…

Александр в плане работы егерем, был калач тертый. После отъезда московских гостей еще раздумывал, остаться ночевать на заимке или вернуться в деревню, где имелся свой дом. Посчитав, что москвичи с их неуемными аппетитами — «ХОЧУ!», обычным браконьерам без сомнения фору дадут, решил не тревожить проблемами соседей. Ведь могут, ой как могут при достижении цели на деревеньку наплевать, да и зачистить от лишних глаз и ушей. Как там? Нет человека, нет проблем. Посему поживет пока здесь, да и разобраться нужно с московскими гостями. Кутепов давно оборудовал заимку под себя, потратился на аппаратуру слежения. Теперь можно без спешки просмотреть видео гостей, определиться в прерогативах насущных вопросов, а там уж и в Москву прокатиться, напрячь связи, решить, как быть дальше. Ведь просто так их с Натальей не оставят. Факт!

…После изучения данных обстановки, командир группы принял решение на выдвижение к объекту. Был бы объект военным, и Дюк поступил бы стандартно. Бойцы привычны к работе тремя подгруппами. Первая, в тихую кинжалами или ножами осуществляет нейтрализацию часовых или охранников. Вторая — основная, действует на самом объекте, осуществляет взрывы, поджоги, разрушения. В соответствии с задачей она оснащается соответствующим вооружением и средствами взрывных работ. Третья — подгруппа прикрытия, контролирует дороги, подступы ведущие к объекту, оповещает о появлении резервов противника и связывая их боем. Она обеспечивает и прикрытие отхода. Все сотни раз обкатано на практике, выверено и не требует лишних телодвижений серого вещества. Лесная заимка вместе с ее обитателем, никак не тянула на классический захват. Фигурант контракта — один. Строение — укрепленным объектом не является. Вся конструкция ликвидации сводится к одной проблеме — не оставить следов и замаскировать убийство под несчастный случай. В общем то, таких легких контрактов в практике у его наемников не было. Распределив роли бойцам, еще раз сделав упор о недопущении лишних топтаний на территории, Дюк подал команду:

— Выдвинулись!..

Глянув на часы, потянулся за телефоном. Десятый час вечера, пора узнать, как там дела у дочери, мобильники девчонкам выдают раз в день и только после девяти.

— Ой, пап привет! — послышался в трубке веселый голос Наташки.

— Привет. Как дела?

Долго выслушивал накопившиеся за день впечатления, рассказ об учебе, учителях и подружках… Уже расположившись отдыхать, Кутепов услыхав тревожный сигнал аппаратуры, с кровати подхватился как ужаленный, благо дело ложился в одежде, ожидая чего‑то подобного. Несясь к лестнице ведущей в цокольный этаж, на автомате зацепил рукой кнопку автоматического опускания решеток на окна и входную дверь, с силой щелкнув по ней… Да, он параноик из глубинки! А каким он должен быть, занимаясь побочным делом? Вот и наставил всего что мог в самых опасных местах своего пребывания. Кстати сигналка внешнего охранного контура сработала успешно, заставив включиться замаскированные на деревьях камеры слежения, а еще до его прихода, вернуть из спящего режима мониторы поставленные в кассету перед столом. А что? Удобно. Пятой точкой плюхнулся в кресло. Ну, и кто тут пожаловал?

Аппаратура без звука фиксировала изображение происходящего, пока еще в отдалении от избы, в зеленоватом цвете инфракрасного излучения подспудно вычленяя все живое и движущееся. Вот и пригодились купленные и установленные ним же самим прибамбасы. А как сомнения брали?