Только благодаря моей небольшой хитрости, я получил доступ ко всем его наработкам. Отражение, моя духовная нейросеточка, просунула свои розовые тентакли во все законы и постановления. С учетом того, что у неё ещё был доступ в интернет, Блэквуд получил себе в оппоненты крайне достойного противника. Фактически — себя самого. Только ещё лучше. Эрудированного, как сверхмощный ИИ.

А я лишь поработал в роли ретранслятора, озвучивая то, что мне подсказывала Ангел.

— Позвольте вас поздравить, граф Булгаков, — ко мне подошла леди Чернова. Она смотрела на меня с улыбкой, её глаза сверкали, — Уж не знаю, как вам это удалось, но… Вы были неотразимы! Вы заставили отступить самого графа Блэквуда!

Я улыбнулся ей в ответ.

— За это я должен благодарить вас, графиня Чернова, — любезно произнес я, — Ваша поддержка вдохновила меня на подвиги.

Мы общались так, как будто были едва знакомы. Ловкая игра, чтобы не сказать о нас окружающим слишком много.

Чернова придвинулась ко мне ещё ближе, так что наши лица оказались совсем рядом. Громким шепотом графиня произнесла:

— Не желаете ли, граф, сегодня вечером навестить меня в моем поместье? У меня как раз недавно закончили ремонт, я бы с удовольствием устроила для вас экскурсию… Кроме того, у меня есть для вас кое-какие новости по вашей профессии истребителя… думаю, они вас заинтересуют…

— С превеликим удовольствием, — улыбнулся я ей в ответ.

Надо будет заскочить домой и захватить бутылочку другую вина. Благо, почивший Николай Булгаков оставил мне в наследство не самый плохой винный погреб.

Вечер наступил быстро. А пролетел ещё быстрее.

После любовных игр мы с Ириной нежились среди белоснежных перин её постели. Роскошный особняк Черновых, где мы находились, впечатлял не меньше, чем родовое поместье Булгаковых. Мы потягивали вино и закусывали черной икрой, зачерпывая её серебряными ложечками из фарфоровых мисок. Ира, хихикая, рассказывала мне последние сплетни из высшего общества.

— Саша, ты слышал, что герцогиня Ольденбургская тайно встречается с тем красивым итальянским графом, о котором все говорят в последнее время? — спросила она, ее глаза сверкали от восторга. Хотя и не так ярко, как её обнаженные груди, покрытые капельками пота. Черт, мне никогда не надоест на них смотреть. Гипнотизируют, как горящий огонь или текущая вода.

Я поднял бровь. Светские сплетни, кто с кем переспал, меня никогда не интересовали.

— Неужели? А что об этом думает сам герцог Ольденбургский? — задумчиво произнес я, с отсутствующим видом жмакая леди за грудь.

Графиня рассмеялась.

— О… он слишком занят своими кобылами, чтобы следить за женой, — пренебрежительно произнесла Чернова, махнув рукой, — Сильно беспокоится о чистоте родословной и выбирает для себя только лучших. Постоянно рассуждает о том, что лучше — свободная случка или контролируемая?

— Э-э-эм? — я даже за сиськи Чернову перестал лапать. И глубоко задумался.

— Он известный заводчик лошадей. У него одно из самых крупных коневодческих хозяйств в России. Его скакуны занимают престижные места на международных выставках.

— А-а-а… а я-то подумал…

— Кроме того, все знают, что он уже несколько месяцев тайком встречается с леди Грэнтэм. По секрету скажу — у неё та ещё лошадиная физиономия…

— И круп что надо?

— Ещё какой. Возможно, именно этими достоинствами она и покорила сердце герцога.

Мы продолжали болтать и смеяться, потягивая напитки и наслаждаясь обществом друг друга. Вскоре на улице начало темнеть, и пришла мне пора уходить. Графиня, состроив жалобную гримаску, произнесла:

— Саша, любимый, когда мы сможем встретиться снова? Мне трудно смириться с мыслью, что я буду слишком долго находиться вдали от тебя.

Я усмехнулся.

— Ну, любовь моя, боюсь, что на следующие дни у меня запланирована охота.

— Соколиная или с собаками?

— Хах… если бы. С Аномалиями. Точнее, на Аномалии. Особняк жрет кучу денег на свое содержание, мне надо подзаработать. Но, если не слишком устану, постараюсь поохотиться и на самую крупную добычу.

— На какую?

— На тебя.

— Ха-ха, хочешь сказать, что я толстая?

— Что самая желанная. В частности, я желаю проверить прочность и надежность твоего рабочего стола в здании комитета дворянской этики, — я подмигнул Ирине, — Может ли он выдержать человеческий вес? А двойной? Ты главное, скажи своему камердинеру тайком провести меня в твой кабинет через черный ход. Чтобы никто не увидел. А то нам будут перемывать кости, прямо как мы только что герцогу и его… гм… кобылам.

Её глаза широко распахнулись.

— Прямо… прямо ко мне на работу? В мой кабинет?

— Ну если твой кабинет тебя смущает, можно воспользоваться любым другим, — с улыбкой произнес я и подмигнул ей, — Хоть кабинетом графа Блэквуда.

Графиня хихикнула.

— Ах, ты наглый мальчишка! Я буду считать минуты до нашей встречи!

Мы подняли бокалы, чокнулись и сделали по глотку. После чего ещё долго-долго целовались, полностью потерявшись друг в друге.

— Так что там за новости ты хотела мне сообщить? — спросил я ещё через полчаса.

Ира, крепко прижимаясь ко мне всем своим обнаженным телом, смахнула сбившуюся прядь с блестящего лба и произнесла:

— Есть в Москве один ресторан… называется Драконий Жемчуг. Там ты можешь получить работу. Я иногда его посещаю, мне нравится, как там готовят… Скажи, что ты от леди Черновой, и тебя свяжут с нужными людьми.

— Что за ресторан?

— Это очень необычный ресторан… — она подмигнула мне, — Рекомендую сходить туда и самолично убедиться в его уникальности.

— И в чём его фишка?

— Не-е-ет, я не буду портить себе сюрприз, — заулыбалась Ирина Чернова, — Сам узнаешь, из первых уст. А потом поделишься впечатлениями. Но, обещаю, ты будешь шокирован. Эти китайцы придумали очень необычную… гм… тему…

— Ну ладно, — кивнул я, — Драконий жемчуг… Азиаты?

— Ага… китайцы.

— Ну китайцы, значит, китайцы.

…На улице было уже темно. Я вышел из особняка Черновой, прикидывая свои перспективы на будущее.

Теперь я граф. И аж целый глава рода. С сегодняшнего дня это официально занесено во всевозможные электронные реестры. Чуть позже я также получу на руки и соответствующие документы. Это дает мне заметно больший вес в обществе.

Во-первых, как глава рода и граф я получал больше доверия от государства. Это давало мне доступ к секретным архивам и государственным тайнам первого уровня… не знаю, что за архивы и что за тайны, но раз дают, почему бы и не взять? Вдруг в будущем по хозяйству пригодится? Главное, не разглашать, а то могут сделать ата-та…

Во-вторых, я теперь решал судьбу всех прочих членов рода. Мог кого-нибудь выгнать из рода, если этот кто-то будет вести себя неподобающе. А мог, например, договориться о политическом браке. В частности, выдать свою младшую сестру замуж, если появится выгодная партия.

Я почесал в затылке. Ну даже не знаю… Я никогда не решал судьбы других людей. Своей свободой я очень дорожил, будучи полностью подчиненным своей матери-богине. Я знаю, каково это — быть невластным над собой.

Разве могу я подобным образом поступить с Наташей? Даже если это будет необходимо для блага рода. Выбрать пару для другого человека, решить его судьбу…

Может быть для дворян это нормально. И в политических браках есть своя логика и даже необходимость. Ведь как ещё скреплять политические союзы между кланами, как не браком?

Я вздохнул. И все-таки что-то глубоко внутри меня противится этой… ну в общем-то правильной логике. Я не хочу выдавать сестру замуж насильно. Даже для укрепления власти рода.

Ладно, чего я себя накручиваю… Как будто жених для Натахи уже где-то маячит на горизонте. В-третьих… что там в-третьих? Были еще какие-то плюшки… Надо подробнее со списком ознакомиться…

Пропиликал мой телефон, отвлекая меня от размышлений. Хм… какое-то сообщение от леди Черновой. Интересно, что там?