Процесс замены старой мебели начался!

Пока я отвлекся на кресло, Нейди налетела на меня и провела ответный захват и бросок, отправив меня кувырком в соседнюю комнату. Спарринг продолжился уже там.

Продолжая сражаться, переходя из комнаты в комнату, мы смеялись и наслаждались приливом адреналина.

— Знаешь, это на самом деле очень весело! — воскликнул я, блокируя удар Нейди.

— Я говорила, хозяин, что это поможет! — ответила она, широко улыбаясь. Но глаза её оставались пустыми.

Несмотря на все наши старания быть осторожными, без разрушений не обошлось. Разбитая ваза здесь, сломанный стул там — наше небольшое развлечение превратилось в хаотичный ураган, громящий весь особняк.

Но я не мог остановиться. Меня всё ещё колбасило от прилива похоти. Лишь мощное физическое напряжение позволяло мне держать себя под контролем.

Если мы остановимся, я точно превращусь в животное и изнасилую Нейди.

— Вам… легче… хозяин? — спросила Нейди, колотя меня головой об стену.

*Бах! Бах! Бах!*

Там уже появилась серьезная вмятина с трещинами.

У меня на лбу появилась только пыль от штукатурки. Не взять род Булгаковых так просто, не взять.

— Намного лучше, — с довольной улыбкой произнес я, — Продолжай…

Самоконтроль реально укреплялся. Побочка шла на спад.

— Обращайтесь… хозяин… — пропыхтела Нейди, — Ради… вас… ничего… не жалко… Тем более… ремонт… за ваш… счет…

Битва продолжалась, весь особняк ходил ходуном.

— Мне кажется, с вами, что-то не так, — задумчиво произнесла Нейди в какой-то момент. Платье на ней было практически полностью разорвано, девушка осталась лишь в белом кружевном белье. Но я смотрел на неё уже достаточно спокойно, без приступов похоти.

— Это мой Дар… — прохрипел я. Я угодил в её захват и пытался освободиться, — Он эволюционировал… и теперь меня накрыла побочка.

— И надолго это?

— Вроде уже проходит…

Я освободился из захвата Нейди, и уже сам зашел ей за спину. Нейди попыталась выскользнуть, но безуспешно. Я крепко прижал её к себе, не давая пошевелиться.

Мы оба застыли. Казалось, застыла и разгромленная комната вокруг нас. Тяжелое дыхание распирало наши легкие, сердца бились в унисон.

Наконец, я выпустил Нейди и молча развернул её к себе. Наши глаза встретились.

Как же она всё-таки… прекрасна. В голове у меня окончательно прояснилось, неестественные позывы похоти отошли куда-то на задний план. Но кое-что осталось. Что-то продолжало тянуть меня к Нейди. И это что-то шло из самой глубины моего сердца…

Нейди молча смотрела на меня и не шевелилась. Её лицо слегка раскраснелось, плечи и грудь поднимались и опускались в унисон с дыханием.

Как-то само вышло, что наши лица оказались очень близко друг к другу. Я смотрел в её пустые глаза, отдающие космическим холодом… зачем? Что я хотел там увидеть? Я же ведь знал, что ничего там нет… и быть не может…

Однако в какой-то момент, вглядываясь в беспроглядную черноту космоса, я как будто бы увидел всполохи света среди туманностей пустоты. Как будто из межзвездной пыли формировались плотные сгустки, и вот-вот был готов вспыхнуть огонь новорожденного солнца.

Скорей всего, это просто игры моего разума, выдающие желаемое за действительное. Не могут разум и душа появиться из пустоты. Не может программа, имитирующая человека, стать разумной и живой…

Плевать.

Я осторожно убрал сбившуюся прядь волос с её лба. И нежно поцеловал в губы. Нейди положила мне руки на плечи, крепко прижалась ко мне. Наши губы и языки сплелись во влажном ритуальном танце. Мои руки заскользили по её телу, избавляя Нейди от остатков разорванного платья.

Невозможно устоять перед соблазном ее безупречно красивого тела. Она — воплощение женского совершенства, с полной, спелой грудью и изгибами во всех нужных местах. Ее кожа мягкая и гладкая, она так и просится, чтобы ее потрогали и исследовали.

Нейди хихикает и слегка отстраняется, между нашими губами натягивается и лопается ниточка слюны. Глаза девушки горят озорством и желанием. Ну или их искусной имитацией… Не отличить.

Я подхватываю её на руки и несу в ближайшую гостевую комнату, где есть постель…

— Нейди… — произнес я ей на ушко, слегка прихватив губами нежную мочку.

— Хозяин… — прошептала Нейди.

Остатки одежды нейродевочки валялись на полу. Белоснежные трусики и лифчик лежали вперемешку с лоскутами разорванного платья горничной.

Мы стояли рядом с кроватью напротив друг друга. Мой взгляд скользил по плавным линиям обнаженного женского тела. Нейди улыбалась и как будто бы слегка смущалась, прикрывая руками самые потаенные места…

Я повалил её на кровать, жадно целуя везде, куда мог дотянуться. Нейди хихикала и гладила меня по голове обеими руками, взлохмачивая мою и без того непослушную прическу.

Её человеческое тело реагировало на мои ласки… вполне человеческим образом. Щечки девушки алели, глаза блестели. Она прикусывала пухлые губы и сжимала колени, до последнего закрывая от меня легкий пушок в самом низу её живота…

— Ух ты… — произнесла Нейди, — Наконец-то хозяин отбросил природную робость и решил совершить надо мной сексуальное насилие…

Вместо ответа я схватил губами её сосок и легонько пососал его, лаская языком самый кончик. Пальцами я прихватил второй её сосок, осторожно выкручивая его…

Груди моей горничной были великолепны — большие, упругие, с ярко-алыми ареолами сосков.

— Ах-х-х… — протяжно застонала она, выгибаясь мне навстречу всем телом.

Натешившись вволю, я избавился от остатков одежды и встал на ноги. Нейди поднялась на колени, с интересом рассматривая середину моего тела.

— Ого! — произнесла она, глядя на меня снизу вверх своими огромными зелеными глазищами… — Род Булгаковых силен…

Кажется, я ей тоже понравился.

— Ага! — подтвердил я.

Нейродевочка прильнула ко мне, обхватывая мой член жадными губами… Как будто прибыла с необитаемого острова, где год мужиков не видела. Она начала неторопливо посасывать мою головку, с каждым движением заглатывая всё больше и больше. Также с каждой секундой она немного ускорялась.

Язычком Нейди иногда дразнила самый кончик члена, слегка касаясь его. Рукой в такт движениям она подрачивала основание моего достоинства.

Тем не менее в её движениях чувствовалась легкая скованность. У неё, очевидно, не было опыта в таких делах. Может быть что-то посмотрела или почитала в интернете.

Однако с каждой секундой её движения становились увереннее и отточеннее. Нейросеть обучалась очень быстро. Чую, скоро они отберут работу не только у программистов, художников и писателей, но и у любовниц тоже…

— Фафой оф у фаф фофой, фофяиф… — внезапно произнесла Нейди. Но с полным ртом получилось неразборчиво.

— Не соси с набитым ртом, — хмыкнул я, — Точнее, не говори. А то подавишься…

— Уфе фофяфа…

Кончил я на удивление быстро. Напряжение и жар наполнили мою промежность, я схватил Нейди за волосы и плотно-плотно прижал к себе, не давая пошевелиться. Нейди подавилась и закашлялась — я выдал серию мощных залпов прямо ей в горло.

Нейди послушно проглотила всё. Даже вылизала мой член, очистив его до блеска.

— Спасибо, хозяин, за это чудесное белковое угощение, — сказала Нейди, облизав губы, — Можно сегодня чуть-чуть сэкономить на белках и калориях.

— Хозяюшка ты моя, — улыбнулся я.

Я вновь опрокинул её на спину, навалился сверху. Она смотрела мне в глаза, тяжело дыша. Наши тела плотно прижались друг к другу. Мой член уперся в её киску, я чувствовал, как по моему стволу струятся её любовные соки…

— Хозяин…