— Если не нарушат, — бурчит под нос Феофан, но здесь я с ним согласен.

— Договор — это, конечно, хорошо, но всегда ли гоблины его соблюдают? — размышляю вслух.

Капитан ничего не отвечает. Делаю вывод, что он тоже не уверен в договоре с гоблинами. Существа не кажутся мне надежными. Да и смущает момент с гоблинскими наконечниками. Наверняка в пещере чуть больше различных копий и оружия, которое может пробить щит фея.

В общем, логистика складывается так, что мы можем приземлиться на дирижабле в городе, пересесть на байк и добраться до деревни. С другой стороны, возможно, имеет смысл рискнуть, сэкономить время и высадиться сразу возле гоблинских пещер. Оттуда путь в разы короче. Ладно, завтра утром еще раз подумаю. Капитан пообещал оперативно реагировать на мои указания по поводу посадки корабля. На оба варианта он согласен. Просто один полностью безопасный, другой более рискованный.

Пододвигаю карту ближе и накидываю два примерных пути. Пока без точных расчетов. Чувствую, как за полу тканевой брони меня теребит Феофан.

— Что ты хотел? — спрашиваю.

— Попроси, чтобы обед накрывали с десертами, — просит он.

Если бы не фей, я бы в лучшем случае ел раз в сутки. Голова занята совсем другим, так что не зря он меня дергает.

— Господин капитан, — обращаюсь к мужика. — У вас на корабле еда по определённым часам или у каждого свое расписание?

— У нас традиционное время. Отдаю должное вашей интуиции, — усмехается капитан. — Как раз минут через десять кок позовёт к обеду. Позвольте накрыть здесь? Как уберём все карты, накроем в кают-компании стол для офицерского персонала.

— Только для офицерского? — удивляюсь.

Феофан под шумок сворачивает нашу карту. Стоит ему услышать, что от этого зависит время обеда, стол сразу же оказывается идеально чистым.

— Мы обычно едим все вместе, только дежурные остаются на аппаратуре, — пожимает плечами капитан. — Другое дело, что мы ещё не легли на курс, поэтому половины команды с нами не будет.

— Да, я особо не расстраиваюсь. Сколько будет, столько будет, — улыбаюсь интуиции под именем Феофан.

К нам заходит повар, по обе стороны его сопровождают матросы. Все вместе они накрывают на стол. Вовремя Феофан подсуетился.

— Ну вот, как я вам говорил, — кивает капитан на мужика в белом халате. — Так и планировалось.

— Карту пока посмотреть не сможем, — кивает капитан в сторону свернутой трубочки.

Феофан заботливо откладывает её подальше и ждет, пока расставят все блюда.

— Ничего страшного, — отвечаю. — Всё, что нужно, я уже увидел.

Стол заполняется едой. Перед нами выставляют различные виды супов и вторых блюд. Не сказать чтобы здесь все боялись прикоснуться к чужой пище. Здесь, скорее, царит атмосфера семейного ужина. На стол выставляют салатики, закуски, горячее и напитки. Стол, как по волшебству зарастает рыбными и мясными блюдами. На край стола ставят десерты. Теперь понимаю, почему Феофан выбрал себе именно это место. Как знал.

Один из десертов стоит под охлаждающим щитом и буквально завораживает фея. Он притягивается к большой тарелке как магнитом. Под круглой и холодной полусферой щита стоит корзинка песочных пирожных и круглых шаров из ванильно-зеленого крема. Феофан практически прилипает языком к охлаждённой металлической ручке. Василиса подлетает к нему, чтобы спасти, но тоже зависает рядом.

— Разрешите теплой воды? — прошу одного из помощников кока.

Только с помощью воды получается отлепить язык Феофана от металлической ручки. При этом фей никак на меня не реагирует, смотрит на корзинку загипнотизированным взглядом.

— Фео, ты чего? — усмехаюсь. — Зачем ты решил так себя наказать?

Фео разминает челюсть. Проходит несколько минут, прежде чем он снова может говорить.

Василиса, между тем находит в себе силы самостоятельно оторваться от созерцания пирожных внутри закрытой полусферы.

— Витя, ты чего спрашиваешь? Разве сам не чувствуешь? — возмущённо спрашивает Феофан. — Это же мороженое из Лифаний. Я не знал, что такое вообще возможно. Мороженое ел один раз в жизни. И то во сне. А это мороженое из лифаний! — с придыханием повторяет Феофан, а его голова постоянно поворачивается в сторону корзинки с десертами.

— Не переживай, хотя бы один тебе сегодня точно достанется, — успокаиваю напарника.

— Не переживаю. Хотя нет. Переживаю теперь, что только один, — почти не слушая меня, говорит Фео.

Василиса ненамного легче переживает манящую еду.

Фейка сидит, уставившись на металлическую корзинку под щитом холода.

— Вить, а мы можем её спереть или как-нибудь так стащить, чтобы потом незаметно забрать? — спрашивает Феофан.

— Нет, не можем, — сразу же отвечаю. — Даже не думай.

— А может, мы сделаем вид, что у нас срочные дела, а я незаметно засуну её в сумку? — заговорщицки предлагает Фео, а Василиса кивает в такт его словам.

— Да перестаньте уже переживать, — говорю чуть серьезнее. — Всем достанется, я вас уверяю.

— Точно? — Феофан с трудом отводит взгляд от тарелки и смотрит на меня умоляющим взглядом.

То же самое делает феечка.

— Точно, — заверяю их и открываю крышку.

Феи едят так быстро, как будто у них внутри пожар, и тушат они его мороженым, а после мороженого из лифаней ведут себя непривычно тихо.

— Вить, ты точно всю порцию съешь? — уточняет Фео.

Сам я, кстати, не очень понимаю, в чём интерес, поскольку для меня этот десерт не больше, чем замороженная кисловато-сладкая масса. Особого отличия от другого фруктового мороженого для себя не нахожу.

Отдаю феям половину своей порции, и Феофан сразу же делит её с Василисой. Себе оставляет кусочек побольше, феечке — поменьше. Она не возмущается, наоборот, с блаженной улыбкой сметает с тарелки все до последней капли.

Доедать свой десерт не тороплюсь. Мне все же интересно разгадать, в чем его преимущество. Прислушиваюсь к ощущениям — тоже ничего. Даже печеные пирожки с лифанями получают больший ответ от моего организма, нежели мороженое. После пирожков я обычно чувствую сильный ответ магии, сейчас же: почти ничего. Внутри вспыхивает едва уловимое волнение огня. Видимо, в данном случае лифани либо слишком концентрированно работают, либо наоборот — приготовлены в более естественном вкусе. Пока непонятно, но очевидно, что люди после этого мороженого ничего, кроме приятного фруктового послевкусия не получают.

А вот феи молотят мороженое только в путь.

— У тебя не осталось? — спрашивает Вася у Феофана.

Феечка заглядывает к нему в тарелку, но посуда идеально чистая. Феофан точно так же проверяет тарелку Василисы. Оба смотрят на руки и поворачивают ладони, но там тоже ничего не находят. Украдкой смотрят на стол. Корзинка с мороженым пуста.

— Как же так, как же так, — приговаривает Феофан. — Почему все хорошее так быстро заканчивается?

— А прекрасное заканчивается еще быстрее! — вторит ему Василиса.

Выглядит это настолько уморительно, что капитан перемигивается с поваром, а тот понимающе кивает и уходит в сторону кухни. Думаю, феям сейчас снова повезёт, но радовать их заранее не буду.

Мои напарники сильно поглощены переживаниями по поводу десерта. Настолько сильно, что Феофан быстро находит на столе хоть что-нибудь съестное, чтобы заесть эту печаль. Василиса успокаивающе гладит его по плечу. Сама тоже выглядит жутко расстроенной. Просто настоящая фейская трагедия.

Капитан отправляет кока на кухню, а сам подсаживается ко мне.

— Виктор, всё в порядке? — интересуется он.

— Да, господин капитан, — отвечаю, — есть один вопрос. Что если мы не будем садиться надолго? У дирижабля есть возможность зависнуть в двух-трёх метрах от земли? Никакой долгой стоянки, просто высадка, и полетели дальше.

— Виктор, это умозрительный вопрос или практический? — интересуется капитан.

— Сначала умозрительный, а потом, возможно, практический, — говорю ему с легкой улыбкой.