Чистильщик мысленно усмехнулся, верно растолковав произнесённую фразу и начал спускаться вниз. Взгляд айтишника вдруг стал жёстким и колючим. Парень достал из-за пояса пистолет «Аверса» взятого в бардачке его машины и твёрдой рукой всадил аваронцу две пули в затылок.

Безжизненное тело имперского агента скатилось вниз по лестнице, а Влад убрал пистолет и, достав телефон, набрал нужный номер.

– Я на месте, – спокойным, ровным голосом произнёс айтишник. – Жду команду Болтона.

В тайгу выехали ещё затемно. На двух машинах. Я с «Призраком» трясся в «Хантере» Степана Филипповича, Алина с «Медведем» ехали в точно таком же УАЗике Игоря.

Племянник Филатова, кстати, оказался полицейским и вполне адекватным парнем. Мы нормально, спокойно поговорили и утрясли, так сказать, возникшие недоразумения.

Выяснилось, как впрочем, я и предполагал, что Игорь принял меня за одного из тех нехороших людей, которые вскрывают машины, и недолго думая решил задержать. К чему это привело, красочно говорил расплывшийся синяк под глазом полицейского, но претензий ко мне он не имел. Я принёс ему свои искренние извинения. С меня не убудет. Он в свою очередь признал, что вёл себя вызывающе и нагло. Словом понял, что был не прав. Да и как тут не понять, если тебе в нос сначала суют дуло пистолета, а потом корочки таких спецслужб, о существовании которых рядовому гражданину даже знать не положено. Спасибо Казанцеву, поспособствовал. Иначе с этим не в меру ретивым представителем власти так просто договориться не получилось бы.

– Степан Филиппович, остановите на пару минут, – попросил я, чувствуя, что мочевой начинает не в шутку подпирать. Две кружки кофе в дорогу был явный перебор. – По малой нужде сходить надо.

– Надо, так надо, – добродушно отозвался наш проводник, останавливая «козлика» прямо посреди дороги. Похоже, ей редко кто пользовался, раз старик был уверен, что никому не помешает.

За нами встал «Хантер» Игоря. Я вылез из машины и махнул ему рукой.

– Что случилось? – высунувшись в окно, озабоченно спросил парень.

– Всё нормально, – опередил меня с ответом вышедший следом «Призрак». – Кофе…

– Понятно, – хмыкнул Игорь.

Вот и хорошо, раз понятно. Тратить на тебя время мне уже невмоготу. Организм настойчиво требовал единения с природой.

Ломая тонкий наст и проваливаясь по щиколотку в остатки зимнего снега, я как мог быстро скрылся в лесу, слыша за спиной едкие замечания Алины. Слов не понял, но примерно представлял, что и в какой форме она могла сказать. По барабану. Хорошо смеётся тот, кто хорошо смеётся. Уверен пройдёт не так много времени и наши роли поменяются.

Да что же это такое?! Похоже, меня опять занесло не туда. В который раз замечаю, какие-то дурные мысли стали часто посещать мою многострадальную голову. Придумываю, сам не знаю что. Может шизофрения началась? Знать бы ещё как она выглядит.

Я облегчил себе жизнь и пошёл обратно к машинам. Почти тут же краем глаза уловил в кустах некое движение. Дернулся, потянувшись за пистолетом и облегчённо выдохнул.

– Свои, – произнёс «Призрак» подходя ко мне и тревожно оглядываясь по сторонам.

Я вновь напрягся. Успел уже выучить повадки товарища. Что-то его беспокоило, а это почти всегда гарантировало большие неприятности.

– Рассказывай, что случилось? – сдвинув брови к переносице, хмуро проворчал я. Хорошего настроения как не бывало. – Можно начинать паниковать?

– Пока рано, – «Призрак» отрицательно помотал головой. – Тревожно просто. Пока сам не пойму почему.

– Может, не выспался? – предположил я, сам понимая нелепость своих слов. Чистильщики, они как киборги. Я иногда думаю, им вообще сон не нужен.

– Нет. Тут другое. «Медведю» тоже не по себе.

Двое, это уже серьёзно. Нагнал жути, твою мать. Теперь и я думать начну. В придачу всякая чушь за каждым деревом мерещиться будет. Я ведь жуть, какой мнительный стал в последнее время. Аж самому тошно.

– Думай, что хочешь, но я отвечаю за вашу с Алиной безопасность и с этого момента все должны находиться друг у друга на виду. Даже в кусты ходить поодиночке, запрещаю, – категорично заявил чистильщик.

Разумно. Что-то подобное я и сам хотел предложить, но только позднее, когда мы бросим машины. Единственное, имелся в этом вопросе небольшой нюанс:

– Алине ты это сказал?

– Про тебя подумал. Ты вроде с ней как-то поближе, – обескуражил святой простотой «Призрак».

– Был когда-то, – кисло усмехнулся я. – А сейчас ещё пожить хочу.

– Я тоже не бессмертный, – признался аваронец. – Но исключений быть не может. Это даже не обсуждается.

Жёстко. Но тут я согласен, по-другому никак.

– Что с проводниками? Им тоже парами ходить?

Я как-то слабо представлял, чем можно им аргументировать такие предосторожности. Сибирские мужики люди суровые, беспричинный перепуг на ровном месте, не поймут.

– Они вне зоны моей ответственности. Пусть делают, что хотят.

Прозвучало цинично, но зато предельно честно. В какой-то мере я понимал «Призрака», распылять силы на охрану обычных людей было не разумно. С другой стороны бесчеловечно, скажем так. Мы же всё-таки не бездушные клоны тэрингов.

Видимо череда моих мыслей отразилась на выражении лица. Товарищ без труда их прочитал и, возмущённо сверкнув глазами жёстко припечатал:

– Михаил, ты меня знаешь. Если людям будет угрожать опасность я мимо не пройду. Но если встанет выбор, ты сам знаешь, кто будет в приоритете.

– Знаю, – глухо промолвил я.

– И ещё. Не забывай, кто мы такие и что здесь делаем. Сближаться и доверять посторонним мы не имеем права. Всегда есть риск, что они будут мешать выполнению задания. Пусть даже не по своей вине.

Отчитал, как сержант новобранца. Даже обидно, право слово. Но всё по делу, заслужено. Это признаю. Если уж я сам стал замечать за собой несвойственную мне ранее сентиментальность, то со стороны оно всегда виднее.

– Я понял.

– Значит договорились. Они сами по себе, мы сами.

Из леса я вышел хмурнее тучи. И причина крылась совсем не в разговоре с «Призраком», а в его предчувствие чего-то нехорошего. Сам я ничего подобного не ощущал, но интуиция моя была развита куда слабее, чем у прошедшего спецподготовку чистильщика, да ещё усиленная громадным опытом. Причин отмахиваться от тревожных предупреждений товарища у меня не было. Значит, готовиться надо к самому поганому развитию событий.

– Поговорим?! – игнорируя взгляд недовольного долгой задержкой Игоря, я отозвал Алину в сторону.

– Что хотел? – не очень любезно начала аваронка, как только мы отошли на обочину подальше от посторонних глаз и ушей.

– Соскучился, – против воли огрызнулся я. Ну, вот что за дурацкая манера общения?! С ней вроде по-хорошему, а она в штыки. И главное так только со мной. На дух не переносит, не смотря на всё что у нас было.

– Очень смешно, – подруга наградила меня уничтожающим взглядом. Знать, не зашло когда с ней таким же Макаром разговаривают. – Не тяни. Опаздываем.

Конечно, у нас же билеты куплены. Полчаса до рейса, а чемоданы не собраны. Так и хотелось сказать: «Да пошла ты лесом. Со своими тараканами». Но я аваронец шибко культурный и такой вольности позволить себе не мог.

– Чистильщики встревожены. Чувствуют опасность. С этого момента мы должны всегда находиться в поле зрения друг друга.

– Без проблем, – легко согласилась Алина, чем в очередной раз смогла меня удивить.

– Я говорю серьёзно. Это в том числе касается интимного уединения.

Вот так витиевато я попытался донести до девушки, что на ближайшие несколько дней личной жизни у неё не будет.

Она поняла.

– Потерплю, – сквозь зубы прошипела Алина. – В эти моменты охранять меня будешь ты.

Я удивлённо поднял брови. Неожиданная реплика. В последнее время казалось, она меня на дух не переносит и тут такой поворот.

– Ты единственный кто видел меня без цензуры, – пояснила Алина, заметив мою реакцию и решив, что разговор закончен, пошла к машинам.