– Не много ли на себя берёте? – взбунтовался Ермолин. – У нас тут монстры на людей бросаются, а вы всё в секреты играетесь. А если они к посёлку выйдут? Вы сами хоть представляете, что будет? Там старики, женщины, дети.

– Вот именно, – поддакнул ему Игорь. – Необходимо срочно поставить власть в известность.

– Кому надо, те уже в курсе, – жёстко припечатала аваронка.

Думаю, это был намёк на сбитый корабль пришельцев. Явно же, работала российская ПВО. Вот только, как я понял, местные были не в курсе. Чувствую, пора выходить из комы, пока дело не дошло до мордобоя.

Я пошевелился и открыл глаза. Как и предполагал, лежал я в доме лесника на его кровати. Вот только, как сюда попал, абсолютно не помнил. Да и в планах такого не было. В мозгах прочно отложилось, что я собирался умирать настигнутый взрывной волной от сбитого корабля «богомолов». И тут такой сюрприз. Приятный, отрицать не буду.

Спорщики заметили, что я пришёл в себя и слегка притихли.

– Очухался, – объявила Алина.

Прямо дежавю. Где-то я это уже слышал.

– Как самочувствие? – первым поинтересовался Степан Филиппович, подойдя к кровати.

– Как с похмелья, – признался я. – Всё болит, и сил нету.

– Ничего. До свадьбы заживёт, – подбодрил меня старик. – Тебе ещё повезло. Легко отделался.

Это он верно подметил.

– Как я здесь оказался?

То, что меня сюда притащили и так понятно. Не сам же дошёл. Вопрос в другом. Кто и откуда меня забрал? И нераскрыто ли месторасположение бункера?

– Алина тебя почти до дома дотащила, – взял слово «Призрак».

– Одна. Представляешь? – в голосе Игоря явственно скользило неподдельное восхищение.

Похоже, в актив девушки можно смело записать ещё одного поклонника.

– Потом уже мы с Иваном Дмитриевичем на вас вышли. Дело сразу пошло веселее, – завершил перебитую парнем фразу чистильщик.

– Спасибо, – поблагодарил я всех скопом. – Можно мне с Алиной поговорить? Наедине.

– Не вопрос, – тут же согласился «Призрак». – Мы как раз перекурить собирались.

То, что из всех присутствующих курили только мы с Алиной, было не суть важно. Мужчины потянулись к выходу не забыв прихватить с собой оружие. Такие вот времена настали, без гранаты в сортир не выйдешь.

Я заметил, что «Медведь» с трудом поднялся со стула, при этом скривившись от боли.

– Что с ним? – спросил я у подошедшей ко мне подруги.

– Спину ушиб, – усмехнулся «Медведь» расслышав мой вопрос.

– Напали на них, – пояснила аваронка. – Уже под утро. Чудом отбились.

– Досюда значит, добрались, – прокряхтел я. Хотя чему тут было удивляться? Расстояние не велико. – Сильно досталось?

Это я уже обратился к «Медведю».

– В основном обделались лёгким испугом. Это только я, увалень деревенский, удар пропустил. Чуть не помер, – честно признался чистильщик. – Но сейчас уже заметно лучше. За день отлежался. Ты же знаешь, наши медики на пару с генными инженерами хорошо поработали над тем, чтобы больничный мы не брали. Заживает, как на собаке.

Что есть, то есть. Даже нас, простых оперативников и то улучшили. Не зря же доктор Карский так удивлялся и руками разводил на феномен моего быстрого восстановления после аварии. А ведь по кускам собирали, если верить врачам.

– Останься, – разрешил я, чувствуя неловкость из-за того, что выгоняю раненого на улицу. – Ты нам не помешаешь.

– Я в уголке посижу, – обрадовался чистильщик. – Слушать не буду. Обещаю.

– Слушай. Мне не жалко. Это от людей секреты.

– Наговорились? – в своей излюбленной манере язвительно поинтересовалась Алина. – Что хотел?

Как всегда возникло нестерпимое желание ответить ей что-нибудь этакое, заковыристое, в её духе общения. Сдержался.

– Что с бункером? – Вот этот вопрос меня интересовал куда больше беспричинного хамства истинной аваронки.

– Забудь, – жёстко припечатала Алина. – Там сущий ад творился. Даже если он и уцелел, просто так к нему уже не подобраться.

Если быть откровенным, я и сам предполагал нечто подобное. Однако должен был удостовериться.

– Ты сама это видела?

Вместо чёткого ответа последовал очередной хамский выпад:

– Я похожа на клиническую дуру? Некогда мне было. Тебя спасала.

– Понятно, – задумчиво протянул я. Хочешь, не хочешь, а придётся возвращаться. Если есть хоть малейший шанс перезапустить спутник я должен им воспользоваться.

– Что тебе понятно?! – ещё больше завелась девушка. – Говорю тебе, там без вариантов. Я связалась с Русланом, он приказал возвращаться. Закрыть брешь в куполе теперь забота военных.

Вот значит как. Выходит я провалил задание, всё свалив на плечи Российской армии. Обидно, чёрт возьми. Какой тогда от Империи прок, если она не может защитить свои колонии? Что ни говори чувствительный удар по имиджу и Казанцев должен это прекрасно понимать. Разве что…

– А как ты с ним связалась? Если связи здесь нет, – подозрительно прищурившись, поинтересовался я и тут мой взгляд упал на дорожный баул чистильщиков. – Спутниковый телефон?

– Да, – подтвердила мою догадку Алина. – Зря думаешь, что я тебя обманываю. Просто ты должен признать, что в этот раз мы проиграли. И нашей вины в этом нет. Стечение обстоятельств было не в нашу пользу.

Тут она права, признавать поражение действительно тяжело. И дело даже не в моей рухнувшей самооценке, а в том, что я всех подставил. Мне даже страшно представить к каким жертвам это может привести. Несколько десантных кораблей сбить, не велика проблема, а вот если начнётся полноценное вторжение, тут уже не справиться ни одно ПВО в мире. Даже Российское. Боевые действия развернуться на земле с неминуемыми потерями среди людей. Но, как сказала Алина, от нас уже ничего не зависит.

– Когда выходим? – частично смирившись с суровой действительностью, спросил я.

– Если вы с «Медведем» сможете перенести дорогу, то утром.

Я посмотрел на чистильщика. Тот согласно кивнул.

– Тогда утром и решим.

Я устало прикрыл глаза, обдумывая, как можно исправить ситуацию. Ни одной разумной мысли мне в голову так и не пришло.

Даже у самых опытных и метких стрелков порой случаются промахи. Стивен Барнс был тому живым подтверждением. Семён пусть и являлся профессиональным убийцей, но рука дрогнула в тот момент, когда на небе прозвучал взрыв. Отвлекающий фактор, ничего не поделаешь. Это и спасло клону жизнь.

Пусть рана в боку была не столь серьёзна и жизненноважные органы не задеты, но Стивен потерял много крови. Что уже само по себе несло нешуточную угрозу для жизни даже искусственно созданного генномодифицированного существа.

Американец очнулся спустя каких-то несколько секунд после того как Семён покинул лагерь. Попробовал пошевелиться и тут же застонал от резкой, сильной боли. Левый бок резануло так, словно из него на живую вырвали кусок мяса. Даже для клона, с его высоким болевым порогом, это оказалось чертовски неприятно.

– Живы будем, не помрём. Как говорят эти поганые русские, – сквозь плотно стиснутые зубы прошипел Барнс и с трудом поднялся на ноги.

В глазах тут же всё поплыло от накатившей слабости. В голове зашумело, а искусственно выращенное сердце аритмично застучало. Кровь, та, что осталась, стремительно отлила от лица, отчего оно приобрело бледно-синюшный оттенок. Хоть сейчас на кастинг к фильму «Ожившие мертвецы» часть хрен знает какая.

Вот только Стивену было не до звёздных ролей. Живым бы выбраться из этих проклятых мест, уже хорошо. Хреново, что шансов на это, как встретить динозавра на Красной площади. Пятьдесят на пятьдесят. Либо встретишь, либо нет.

Значит, шансы надо увеличить, а для этого первым делом было бы неплохо осмотреть рану и её обработать. Но нечем. Хотя… Не могло такого быть чтобы опытные браконьеры отправились в тайгу без аптечки.