— Что он говорит? — спрашивает Алёна.

— Тоже хотел бы знать, понять не могу, — соглашается Андрей. — Агрессии от него не чувствую. Ощущаю только общий интерес и любопытство.

— Спрашивает, выбросил ли нас кто из каравана, — поясняю. — Видимо, в этих местах в основном избавляются от мусора — вон, посмотрите на его одежду.

Существо недовольно морщится, когда показываю на него рукой.

— А что, вроде миленько? — замечает Василиса. — Я тоже не чувствую опасности.

— Тьфу ты, — фыркает Феофан. — Тоже мне, нашла. Он же вредитель! Ты что не в курсе? Мы с такими всегда за репу рубились.

— Наша семья никогда ни с кем не воевала, — пожимает плечами Вася.

— А кто это такой, знаешь? — спрашиваю Феофана.

— Конечно — это же гоблины, — снова фыркает фей. — Только это не те гоблины, которых мы видели в пещерах, эти другие.

К слову, в пещерах самих гоблинов я не видел, только то, что от них осталось. Но это уже формальности.

Мелкий людь смотрит на феев с еще большим пренебрежением, чем на нас.

— Вить, ты бы у него репу попросил. Они ее точно собирают. Я-то знаю, — потирая ручки, просит Феофан. — Если цену завернет, поторгуйся.

— Репу? Вы хотите репу? — удивляется голоногое существо. Оно сразу же понимает фея. — Репа у нас есть.

Что Андрей, что Алёна смотрят на наш разговор с удивлением — явно не понимают ни слова.

— Только зачем вам репа? — спрашивает людь. — У вас же эти паразиты сожрут её и не заметят, — кивает на феев. — Они же те еще проглоты!

— Сам ты проглот! — ругается со степняком Феофан. Кажется, некоторые слова он прекрасно понимает. — Я, может, у тебя её выменять хочу.

— Мена, мена, мена, мена, мена, мена! — существо быстро крутится на месте. — Мена, мена — это хорошо!

Людь делает руками пару странных, почти танцевальных, движений. Метрах в ста от нас, в одном из островков растительности, внезапно появляются ещё трое таких же голоногих гоблинов. Один чуть пониже, другой чуть потолще. Видно, что они очень похожи друг на друга, но всё же разные.

— Мена, мена — это мы любим! — повторяет людь. — Чем меняться будете? У нас есть репа!

— А что ещё у вас есть? — удивляюсь, снова осматривая внешний вид степняка.

Остальные его товарищи выглядят чуть проще. Тоже одеты в мусорные отходы, но без особых изысков.

— Репу бери, — подсказывает Феофан. — Нам надо много репы!

— Говорю же, проглоты, — ворчит существо и снова обращается ко мне. — А что вам еще надо?

Не сразу нахожусь, что ему назвать. Ни к какому обмену в пустоши я не готовился. Голова после бессонной ночи соображает очень средне. Вспоминаю троллей.

— Может быть, у вас есть необычные камни или редкие растения? — предполагаю.

Вообще, идея провести пару часов до прибытия каравана Матвея с этими товарищами — неплохая. Всяко интереснее, чем просто сидеть и смотреть на огонь или бродить по ближайшим пятачкам на свой страх и риск.

— Их надо опасаться? — на всякий случай спрашиваю у Феофана.

Василиса спокойно качает головой из стороны в сторону. Она и не может знать, чего можно ожидать от странных существ, только ориентируется на ощущения.

— Тебе? — удивляется моему вопросу фей. — Точно нет. Они и с нами-то сладить не всегда могут.

— Да потому что вы у нас всегда все воруете, — заявляет степняк. — Паразиты.

— Сам паразит, — ругается Феофан. — Это дикие воруют, а я готов поменяться — это другое. Надо понимать различия.

Существо в ответ только пожимает плечами.

— Давайте глянем, что у вас есть? — предлагаю.

— Смотря на что вы хотите поменяться? — сразу включается степняк. Его сородичи так и стоят возле высокой травы.

— Даже не знаю, — задумываюсь. — Назови, что вам надо?

— У вас вот палочки есть, — говорит существо и показывает на вязанку дров. — Нам такие надо.

— Эти? — удивляюсь, вытаскивая одну дровишку.

— Их, — кивает степняк. — Только для репы этого мало.

Феофан недолго думая достаёт пару завтраков из каравана, которые он успел притырить.

— О, это тоже возьмём, — у существа загораются глаза. — Это нам тоже надо.

Подозреваю, что этот товарищ к нам подошёл именно из-за вязанки дров, где прямо сейчас горит огонь. Здесь, в пустошах, кажется, с деревьями сложности. Тут же тушу пламя — заодно обращаю внимание на то, что чудик страшится открытого огня. Видно, как он переживает и отодвигается.

— А вот эта железяка вам нужна? — спрашивает существо и показывает на байк.

— Это моё, — резко отвечаю.

— Как твоё? — удивляется голоногий. — Такое большое и всё твоё? — Обычно такое большое принадлежит всем. Ну, ладно, жадный чужак…

Соплеменники выжидающе посматривают в нашу сторону и приподнимаются. Чудик оборачивается к ним.

— Тащите репу и дорогие вещи! — кричит. — Мена!

Феофан всё время потирает руки. Во взгляде читается нетерпение.

— Хорошая репа? — спрашиваю у него.

— Ой, Витя, ты такую репу даже ни разу видел! — Фей нетерпеливо летает из стороны в сторону. — Они в репе много понимают, разбираются.

— Ну что, чужак, мена? — Подходит ко мне степняк с мусорным мешком в руках.

— Мена, — отвечаю. — Выкладывай всё, что есть.

Трое соплеменников мусорного товарища непонятно откуда притаскивают ещё один мешок. Он побольше — связан сразу из нескольких.

— Там репа! — Принюхавшись, говорит Феофан.

Мешок с репой — тот, что побольше. В другом всякая мелочовка. Степняк вываливает все прямо на умятую траву. Высыпаются прозрачные камни и осколки бутылок. Рядом лежат красивые костяные фигурки — интересные, но совершенно бесполезные вещицы.

Ничего существенного, кроме двух мешков репы, которые Феофан умудряется запихнуть в свою сумку, у степных гоблинов не нахожу.

— Да что ж такое! — слышу ругательства фея. — Почему нельзя сделать нормальные фейские сумки? Почему вечно приходится выбирать, что оставить?

— У меня вообще никакой нет, — вздыхает Василиса.

— А вот это зря. Мы бы сейчас пироги и пирожные в одну, репу в другую — и никаких проблем! — возмущается фей. — Надо бы сделать запрос в Академии.

— Бесполезно. Ты — щитовик. Тебе одна сумка положена, — объясняет феечка.

— Откуда знаешь? — спрашивает Феофан. Он никак не может запихать последний клубень.

— Знаешь, сколько охотников до такой сумки? Мне другие феечки рассказывали, — снова вздыхает Вася. — Так что тебе повезло.

— На, съешь. — Фей нехотя протягивает пирог, который никак не входит. Потом недолго думает и разламывает на две неравные части. Большую забирает себе.

Рядом тут же возникает Алёна.

— Теперь ещё и с тобой делиться нужно? — негодует Феофан. — Ладно, зато точно всё поместится.

Мельком слежу за происходящим. В загрузку репой не вмешиваюсь — тут Фео разберется лучше всех. А что пришлось делиться — давно пора привыкать.

Репа, правда, на мой взгляд, довольно странная. Она точно чуть меньше, чем та, которой в своё время угощал Михай. Цвет и форма тоже отличаются. Что с не так овощем не спрашиваю. Вижу, как Феофан носится с этими мешками как с величайшей драгоценностью. Наверняка он понимает больше.

— Смотри ещё, — скрипит гоблин и двигает разноцветные стеклышки ближе ко мне.

За меной мы проводим часа два, не меньше. Успеваю рассмотреть досконально всё предложенное.

— Говори, что надо, мы поищем, — обещает степняк и кидает взгляд на соплеменников. Те согласно кивают.

В голову так сразу и не приходит, что можно у них выменять. У нас же степняки забирают всё, что не входит в сумку Феофана. К великому недовольству фея приходится попрощаться с некоторыми найденными по пути безделушками и частью еды.

— Не отдам! — вопит он и отлетает в сторону. После чего начинает тщательно утрамбовывать репу в поясную сумку.

— Что у вас самое ценное? — решаю зайти с другой стороны.

— Вот. — Гоблин аккуратно касается цветных стёклышек.