Сил хватает только кивнуть. Ощущение, что меня выжали как тряпку. Эмоционально моё физическое состояние перекрывается радостью от очередного соединения со стихией. Глубоко в душе остается ощущение, что я повстречал очень старого друга, а, может быть, даже родственника.

Резерв, за счет истощения, наполняется не так быстро, как раньше. С трудом пересаживаюсь поближе к стене дирижабля. Опираюсь и откидываюсь. Пару минут хочется побыть в спокойствии и ни о чем не думать.

— Всё произошло так быстро! — Ко мне сразу подлетает Василиса. — Напрямую виверны нам не угрожали. Они угрожали дирижаблю. Может, поэтому я не почувствовал заранее?

— Возможно, — почти безразлично выдыхаю. — Уже не страшно. Всё хорошо, что хорошо кончается.

В противоположный иллюминатор немного видно, как дирижабль облетает замок и летит совсем не в сторону города. И это заметно, поскольку город появляется на горизонте сильно в стороне. Кидаю взгляд на иллитида. Андрей разговаривает с капитаном и показывает небезызвестное кольцо на пальце. Капитан морщится — ему совершенно не улыбается лететь непонятно куда, но ослушаться приказа не смеет.

Корабль скрипит, стучит, но тянет. Мы медленно движемся в сторону знакомой нам поляны. Пролетаем над узнаваемыми даже отсюда джунглями. Аппарель полуоткрыта, летим низко, и внутрь корабля забирается легкий ветер, и он сейчас мне очень помогает. Остужает лицо и приводит мысли в порядок.

— Каф, милый Виктор? — неожиданно предлагает Алена.

Некоторое время не понимаю, что она имеет ввиду. Переключиться после боя немного сложно. Как только мысль до меня доходит, сразу же киваю. А что? Предложение Алёны к месту и очень вовремя.

— Да, — соглашаюсь и получаю чашку божественного напитка.

Краем глаза вижу что и остальные, включая капитана, не остаются обделенными. Феи, не долго думая, достают остатки репы и задумчиво грызут ее в компании иллитида и Залмана.

Задумчивыми выглядят все. Разве что кроме капитана — он четко выполняет тихие команды Андрея. И не закрывает аппарель. За что я ему отдельно благодарен. Под нами безумно красиво. Издалека форт выглядит как игрушечный. Только тонкие струйки черного дыма говорят о том, что там до сих пор идут бои.

Путь до поляны вместе со снижением потрескивающего корабля занимает минут десять. Место находится неподалёку оттуда, где нас высадили в первый раз. Благо, эти несколько километров мы преодолеваем без каких-либо проблем. Кажется, весь резерв неприятностей исчерпан вивернами.

Ветра снаружи практически нет, и дирижабль спокойно зависает там, где нам надо.

— Буди! — говорит Алёна, показывая на бывшего возлюбленного. Тот валяется у противоположной стены.

— Чуть позже, — отвечаю.

Девушка всю дорогу не сводит с него взгляд, будто боится, что парень исчезнет или сбежит. Хотя что первый, что второй вариант в его положении даже рассматривать смешно.

— Выпускай! — говорю капитану.

Аппарель дирижабля откидывается теперь уже до конца и повисает в полуметре над землей.

— Это всё, что я могу, — пожимает плечами кэп. — Трап мы так просто не развернем. Надо время.

— Не надо, — останавливаю его. — Мы справимся.

«Ты на месте?» — обращаюсь к котёнку.

«Ни слова больше, всё сделаю», — отвечает довольный сытый демон, и трап касается знакомого ядовито-зелёного луга.

— Мы возьмём, — говорит гном, подхватывая тело Антуана. Иллитид берется с другой стороны.

Подносим тело Антуана к краю аппарели.

«Поможешь снять с него магическое оцепенение?» — обращаюсь к котёнку.

«Могу его тоже съесть, если тебе не жалко», — предлагает демон.

«Нет уж, просто сними оцепенение, он нужен живым. Не мне», — уточняю.

Пару секунд на осознание — и Антуан делает судорожный вдох.

Техника успевает его подлечить. Сознание возвращается слишком быстро — как с помощью выключателя.

— Что?.. Где я?.. — удивляется парень. Залман и Андрей отпускают его на землю. Сами остаются на трапе. Антуан делает неловкий шаг назад, не удерживается и падает на траву.

Проходят считанные мгновения, но у парня уже нет сил вырвать ноги из зелёных ростков. Они ловко оплетают лодыжки и движутся вверх. Антуан дергается, но всё попусту, и его раны тут абсолютно ни при чем. Даже абсолютно здоровый человек навряд ли сможет так просто вырваться из такого контроля.

— Что⁈ Как это⁈ — Кажется, парень прямо сейчас понимает, где находится.

Отчаяние буквально затапливает молодого, но очень опасного наёмника. Он кричит и зовет на помощь. Но ноги сами продвигают его медленными шагами к центру поляны.

— Неееет! — Антуан издает очередной вопль.

Смотреть на это всё неприятно. Но и осуждать Алёну никак не могу — это её решение, созревшее не за один год. Слишком страшно наёмник обошелся с девушкой. Да и не только с нашей Алёной — на его счету много загубленных жизней. Парень и сам так сразу всех не вспомнит. Хотя теперь у него, наверное, будет достаточно времени.

Бывшая нежить застывшим изваянием стоит на открытой аппарели. Всего шаг или два отделяют девушку от зелёной поляны. Алёна, не отрываясь, следит, как наёмник приближается к центру чудовища. Шаг за шагом. Контролировать тело Антуан уже не может.

Пасть монстра открывается. Антуан с ужасом в глазах делает последний шаг.

С лёгким хлопком Алёна на секунду исчезает, а наемник, зависнув в воздухе, осыпается пеплом в развёрнутую пасть. Ещё через секунду девушка появляется рядом со мной, на том же самом месте. Боевой облик сменяется человеческим.

Удивлённо, но очень тепло смотрю на девушку. Никаких слов больше не надо.

Алёна садится рядом со мной, кладёт голову мне на плечо, и слезы текут по ее щекам.

— Что со мной? — всхлипывает девушка.

— Кажется, ты научилась чувствовать…

В город мы прибываем довольно поздно. Капитан наотрез отказывается лететь в заданную точку на карте. И я его понимаю — ночью этот корабль не просто рискует пролететь мимо нужного места, скорее, он может развалиться на ходу после недостаточно точного приземления. А на освещенное причальное поле дирижабль худо-бедно заходит на посадку, несмотря на темноту.

Усталые, мы заваливаемся в ближайшую гостиницу. Практически не разговариваем друг с другом во время ужина. Все под легким впечатлением от чересчур длинного и суматошного дня.

Даже Фео не просит набрать побольше еды в таверне. Он вытаскивает из своей необъятной сумки один из последних десертов и незаметно подкладывает его Алене в тарелку, когда та ненадолго отворачивается.

Тут Феофан точно знает, что делает: нет таких размышлений, которые нельзя улучшить вкусным тортиком с королевского стола. Похоже, фей приберегал угощение для особого случая.

Алена не сразу замечает кусок торта. Девушка целиком погружена в свои мысли и только механически орудует ложкой.

— Ага. — Бывшая нежить замечает подложенный десерт и не может удержаться от улыбки. Она сразу понимает, чьих это рук дело.

Фео делает абсолютно непричастный вид. Мол, всё так и было: ничего не знаю, никого не видел.

Иллитид задумчиво ковыряется в тарелке. Гном же расправляется со своим ужином намного быстрее, и даже успевает заказать пару кружек пенного, вот только его легкое настроение никто не поддерживает.

Долго не засиживаемся. Опустошив тарелки, сразу поднимаемся в свои комнаты.

Утром выходим с рассветом — ехать прилично, а кролов еще нужно найти. Хотя с некоторых пор в этом городе это перестает быть проблемой. Бери хоть в аренду, хоть в собственность.

Вся стража расхаживает в новых мундирах и делает свою работу на совесть, а не спустя рукава, как раньше. В общем-то, всё на улицах выглядит узнаваемо, но в то же время немного по-новому.

Ни в ратушу, ни к знакомым мы заходить не собираемся. Может быть, на обратном пути. Но сейчас… Сейчас едем прямиком в нужное нам место.

— Можно было бы и на дирижабле добраться, — замечает Алёна. — Мне нравится летать.