Стихия отзывается на вопли зверюг и тут же ощущает их рядом с собой. Враги. Пламя, как и тогда на поле, рвется наружу. Сдерживаюсь, чтобы не сжечь обшивку корабля. Как контролировать ту стихию, которая из меня вырвется — не знаю.

— Сзади, Фео! — командует Василиса, когда одна из виверн заходит на крутой вираж.

Зверюги используют хитрость, но феечка их просчитывает на раз. При этом не сказать, что мы выигрываем бой. Скорее, постепенно проигрываем: у нас стремительно убывают силы, а виверны только набираются свирепости и ярости.

— Сейчас нужно держать сразу два сегмента, — объявляет Вася. — Слева и справа. Держать как можно дольше.

Феофан молча выполняет поручения. Сосредоточенно напрягает руки, сжимает кулаки. Держит.

Виверны постоянно разлетаются в разные стороны. Они будто чувствуют наши слабеющие щиты. И одна, и вторая атакуют всё яростнее. Более того, в какой-то момент они даже прорываются сквозь постоянный огонь дирижабля. Отогнать их удается только яркими удачными попаданиями молний.

Болотные зверюги заходят на новый круг.

— Усилить разряд! — командует капитан в переговорную трубу.

Разряд набирает мощи и становится толщиной с руку. Наш дирижабль раз за разом окутывается сеткой огромных молний. В эти моменты виверны пугаются и отлетают на небольшое расстояние.

Молнии бьют по зверюгам и вызывают у них крики ярости и боли.

— Ага, почувствовали! — констатирует кэп. — Значит, еще добавим.

По ощущениям бой идёт несколько часов, хотя на самом деле проходит не больше десяти-пятнадцати минут.

— Фео, будь готов через три секунды, — предупреждает феечка.

Она указывает точное время, чтобы сэкономить Феофану силы. Их остается не так много.

Обращаюсь к стихии. Пламя крестом вылетает в пустоту передо мной. Похоже на плазменный всплеск, но ощущение от этого всплеска совершенно небоевое. Будто стихия ставит точку, а, может быть, восклицательный знак. В этом всплеске огня целое море первобытной ярости.

Меня выжимает, как тряпку, и я теряю почти половину своего магического резерва. Огонь вырывается из меня и обретает форму.

Ситуация меняется кардинально. Восклицательный знак стихии закручивается яростным огнём. Из него вылетает знакомый феникс. Точно знаю, что я с ним однажды виделся.

Феофан открывает глаза и снова зажмуривается от ослепительно-яркой вспышки.

— Не наврала кофейная гуща, — восхищается фей.

Вспоминаю про кофейное предсказание в каморке ритуалиста. А ведь и правда: не обманула.

Раздается второй яростный крик, и этот крик меня очень сильно радует.

Виверны разлетаются в обе стороны.

— Это что такое⁈ — показывает на феникса капитан. — Еще одна тварь с границы!

— Нет, нет, это наш союзник, — останавливаю его. — Считайте, что он на нашей стороне.

— Точно? — переспрашивает кэп и хватается за переговорную трубу.

— Точно, — убеждаю его. — Верьте мне.

Кэп выдерживает недолгую паузу, кивает и дублирует всю информацию в переговорную трубу.

— Есть, капитан, — отвечает матрос.

Феникс расправляет крылья и нападает. Он целенаправленно летит на одну из виверн. Зверюга не может оторваться, разворачивает голову и немедленно изрыгает струю кислоты. В воздухе раздаются крики феникса и рычание виверн. Их дополняют звуки разрядов молний и запах гари. Всё вместе смешивается в тяжёлый коктейль, где я с удивлением нащупываю ощущения феникса.

Всего мгновение смотрю глазами огненной птицы. Вижу, как переливаются чешуйки на шкуре виверн. Сразу понятно — это те места, куда нужно их атаковать. И посильнее.

Глубоко погружаюсь в бой. Напалм струится из моих рук. Не чувствую самого себя, только стихию. Будто нахожусь не внутри, а немного над боем.

Виверны отвлекаются от дирижабля, чтобы вдвоём уничтожить феникса. Огненная птица противостоит сразу двум сильным монстрам.

— Капитан, мы должны ему помочь! — кричу что есть мочи. — Идём в атаку!

— Виктор, вы чего⁈ — удивляется кэп. — Может быть, они между собой пока разберутся? А нам как раз хватит времени уйти?

— Нет, капитан, мы должны ему помочь! — настаиваю и всем видом показываю, что это последнее слово.

— Другого такого шанса не будет! — пытается образумить меня кэп, но тут же понимает, что бесполезно.

— Да, господин капитан, — поддерживает меня иллитид и показывает кольцо. — Выполняйте.

— Слушаюсь, — со скрипом произносит капитан.

Мужик сжимает челюсть и берет переговорную трубу.

— Разворот, полный разворот, — повторяет он. — Идём в атаку.

— Капитан? — переспрашивает голос из трубы.

— Повторяю, идём в атаку! — чуть ли не по слогам произносит кэп.

Дирижабль мягко разворачивается на месте. Все это время бьет разрядами по одной из виверн. Идём в атаку на трёх сцепившихся между собой в жаркой схватке существ. Со стороны кажется, что мы выходим на таран.

— Ещё чуть-чуть, ещё ближе, — направляю капитана. — Нам нужно максимально сократить расстояние.

— Полный вперёд! — дублирует в переговорник капитан.

Корабль вздрагивает и форсировано прыгает на десятки метров вперёд.

— Всё! — кричит Андрей. — Я поймал разум одной из них! Вторая слишком сильная. Смогу держать только одну.

— Отлично! Капитан, отваливаем! — командую.

Мужик кивает, и мы пропускаем под брюхом дирижабля клубок боя не на жизнь, а насмерть.

Удар разрядами. Удар в одну и ту же виверну. Напалм…

Андрей заставляет замереть одну из виверн.

— Замри! — кричит он.

Вижу и отчетливо чувствую, как феникс пользуется секундной задержкой и сносит одной из болотных тварей голову. Раздаётся победный крик.

Вторая виверна пытается избежать атаки, но теперь ей вряд ли это удастся. Никакой подстраховки и усиления.

Ещё один удар — и на второй виверне вспыхивают огромные рваные раны. Шкура вокруг них пылает.

«Витя, можно мне?» — спрашивает котёнок из глубины подсознания.

— Да, вперёд! — говорю демону.

Возле меня мелькает чёрная тень. Виверна дрожит в протяжном крике, замирает и совершенно без движения падает вниз.

«Хорошо с тобой охотиться. Нежадный ты,» — довольно мурлычет котенок.

Феникс издаёт победный клич, делает круг вокруг нас, взвивается вверх как свеча и исчезает во вспышке.

— В рулевой: отмена боевого режима, проверить посты, проверить повреждения, — командует капитан. — После этого встаем на курс.

— Есть, капитан! — отзываются из переговорника.

— По каютам, — последнее, что говорит кэп перед тем, как уйти.

Больше всего этой команде рад Феофан. Он молча проходит в наше уже знакомое помещение. Видно, что напарник умаялся. Все сегодня за эти десять-двадцать минут вымотались вусмерть. Болотные драконы — это настоящие машины для убийства. Василиса растягивает для него фейский гамак. Сама ложится на кровать и наблюдает за мной.

— Хорошо сработали, — говорю ей и сажусь за стол.

Надо за оставшееся время полета зарядить капитану пару накопителей. Виверны сильно потратили все запасы дирижабля.

Не успеваю заметить, как подлетаем к столице. Зато успеваю отойти от боя и перестать задавать себе вопросы о том, кто же всё-таки стоит за вивернами?

Совершенно очевидно, что эти болотные чудища летели именно по наши души. А вот конкретно по чьи — это еще вопрос. Дирижабль-то Беннинга. Да и прилетали они уже далеко не в первый раз.

Если кто-то научился их дрессировать и нашел с ними общий язык, то это становится прямо-таки национальной опасностью. Государство одними вивернами сможет любую пограничную часть раскатать по брёвнышку. Обычные легионеры им не смогут противопоставить ничего. А если смогут, то с огромным количеством жертв и потерь.

Таинственный повелитель виверн — это большая проблема для всех. Пока он выступил всего два раза. Причём между выступлениями прошло не так много времени. Одну виверну мы тогда убили на поле. Вторая вроде бы смогла сбежать. Ну, хорошо, пусть даже так. Вполне возможно, что одна из убитых сегодня птичек — та самая, которая сбежала с поля. Откуда в таком случае вторая?