— Договорились, — соглашаюсь. — Но тогда в любых непредвиденных стычках мы тоже пассажиры.

— Безусловно! — злобно улыбается Иван. — В любом случае, вплоть до пустошей никаких лишних встреч не планируется, не переживай. Ладно, в моем присутствии еще есть нужда? — спрашивает Катерину.

— Нет, — качает головой девушка.

— Ну вот и славно. — Иван встает и отодвигает пустую тарелку — от угощения отказываться все же не стал. — Оставлю вас. Как соберетесь — ждем во внутреннем периметре.

Мастер уходит в сторону каравана, насвистывая себе под нос навязчивый мотивчик.

— Виктор, — словно извиняясь говорит Катерина. — Он в своем праве. Караван не моя собственность.

— Кать, вообще не бери в голову, — спокойно отвечаю девушке. — Никаких обид. Ерунда это все, и деньги небольшие…

— Да? — удивляется Катерина. — Вроде совсем недавно было по-другому.

— Да, — серьезно киваю. — Недавно я не был графом.

— Ох. — Непритворно удивляется девушка. — Теперь могу обращаться к вам, не иначе, как Ваша Светлость? — с улыбкой спрашивает она.

— Нет. Это же герцоги, — смеюсь. — Я — Сиятельство, как и она. — Киваю на Алену. — Я в этом почти уверен. А вот Андрей у нас всего лишь наследник. Его можно звать «Ваша Милость», либо вообще не называть. Я серьезно, Кать. Алену нужно поселить так, чтобы ей не угрожала никакая опасность от людей. Сильно уж мне не понравился взгляд Ивана. Честно.

— Ну, твоя каюта как раз подходит, — размышляет Катерина. — Рядом моя — она проходная, а с другой стороны поселим Андрея. Никто не пройдет. Андрей, ты же не пустишь? — улыбается девушка.

— Я? Конечно нет, — не понимая контекста, отвечает иллитид.

А на меня барышня, кажется, имеет вполне определенные планы.

Через каюту Екатерины этой ночью точно никто не пробирался. Это я могу заявить со всей ответственностью. Проспать много не получается, так как все мои лёгкие опасения по поводу планов девушки сбылись полностью и даже немного сверху. До каюты, где я, по идее, должен был ночевать с Андреем, так и не добрался.

Фактически, мне понадобилось всего пять минут, чтобы заселить Алёну и рассказать девушке, где что находится. Да и феи практически сразу же разлеглись по гамакам и вырубились.

Не успел я расположиться, как Екатерина взяла меня за руку и повела показывать недавно приобретённые гравюры. До самих гравюр, конечно же, мы так и не дошли. Может и к лучшему.

Грузились мы довольно поздно. Как маг, в жизни поезда я не участвую, поэтому с главным магом каравана Ником ни с вечера, ни за всю ночь так ни разу не пересекаюсь. Да и нагретое место, собственно говоря, не покидаю.

Пока я стараюсь хоть ненадолго провалиться в сон, мои напарники завтракают. Всё, что Феофан не успеет доесть, отправится в его сумку. По крайней мере, тележку с едой за дверью слышно.

— А я тебе говорила, что это проходная каюта, — шепчет из-под одеяла Катерина.

Вздремнуть так и не получается.

Слышно каждый шаг и каждое движение в коридоре — будто специально так задумано. Высаживают нас ранним утром. Караван застывает буквально на пару минут, чтобы выгрузить наш байк и оставить нас посреди серых пустошей.

— Где ты был всё утро? — интересуется Феофан.

— Решал важные дела, — отвечаю без подробностей. — Пришлось встать пораньше.

Снова наблюдаю картину, как караван улетает в Зеркало перемещения. Каждый раз картинка как новая. Феи тоже во все глаза смотрят за исчезновением поезда.

— Кажется, мы тут совсем одни, — констатирует фей. — Посреди серых и безжизненных пустошей.

— Фео, не сгущай краски, не так тут страшно, — прошу Феофана.

— Ну что, из чего будем делать огонь? — уточняет Андрей.

— Да из чего угодно, — отвечаю. — Можно вообще без ничего. — Киваю на ладонь, где появляется небольшой горящий шар и тут же исчезает. — Но лучше бы найти дерево.

Вглядываюсь в сплошную серость, но ничего подходящего не вижу.

— Я прихватил вязанку дров из каравана за небольшую денежку. — Подлетает сзади Феофан, когда я пытаюсь колдовать над сухими редкими листьями.

— Чего же ты молчал? — удивляюсь. — Доставай!

— Я просто хотел подогреть мясо, подумал, нам тут три часа торчать… — оправдывается фей. — В общем, вот. — Вытаскивает из сумки необходимые нам деревяшки. — Мне Андрей помог. — Показывает на него пальцем.

— Мы взяли пару вязанок, — спокойно сообщает иллитид. — Пока ты занимался важными… разговорами.

— А вот это вы, ребята, отлично придумали, — ничуть не смущаюсь.

Кидаю на дрова негаснущее пламя. Разве что температуру намеренно сбавляю, а то ведь эта штука быстро прогорит.

Приглядываюсь к местности и замечаю — место здесь посещаемое. За пятачком, который создается перекрестком накатанных дорожек, и трава погуще, и сами дорожки начинаются ниоткуда и уходят в никуда. Трава вытоптана в разных направлениях, не только там, где прошел наш караван.

Стараюсь сосчитать, сколько всего этих бескрайних дорог. Они с явной выраженной колейностью, но определить все равно сложно. Минимум пять отрезков пути, протяженностью примерно по полкилометра.

Мы же находимся где-то посередине этих отрезков.

— Ребята, давайте отойдём в сторону, — предлагаю.

— В каком смысле? — спрашивает Андрей. — Вроде нормально стоим.

Беру одну из деревяшек, на которой пляшет огонь.

— Смотрите, мы сейчас находимся прямо посреди дороги, — объясняю. — Если тот же караван Марата вдруг выскочит вот оттуда или оттуда, — показываю рукой, — не факт, что успеет вовремя остановиться. Видите? — показываю. — Под нашими ногами колея от каравана.

— Витя, что же ты сразу не сказал! — Подлетает Феофан, внимательно всматриваясь в дорогу. — Я уже почти пожитки разложил. А если бы стол накрыли?

— А ведь правда — так сразу в глаза не бросается, — соглашается Андрей.

— Бросается как раз-таки сразу, — не соглашаюсь. — Просто нам всем сначала показалось, что это обычные дороги. Они же… вон, посмотри вперёд, — снова показываю рукой. Алена подходит ближе и тоже смотрит в ту сторону. — Вон там примерно начало колеи, а ближе к нам она заканчивается. Значит, тут тормозят.

— Давайте скорее, огонь я не утащу, — торопит Феофан. — Нельзя тут так просто сидеть. Караваны и правда не видят, куда выскакивают. Вот смеху бы потом по всей Академии было, — причитает фей. — Щитовика посреди глухой пустоши задавил поезд!

— Фео, не суетись, мы тоже не каждый день занимаемся пересадками, — успокаиваю его.

Собираю наш небольшой костер, и переходим на один из оставшихся островков пустоши.

— Ну, вот, здесь нас точно никто не собьёт, и точно заметят, — устраиваюсь рядом с дровами и снова их поджигаю.

Там, куда мы переместились, трава тоже примята — такое ощущение, что не так давно здесь что-то оставляли. Когда просто топчешься на пятачке — таких следов не остается. Проплешины сухой земли и сухая порванная трава говорят об одном. Интересно, что могло лежать прямо посреди пустоши?

— Вас тоже выбросили? — раздаётся голос сзади.

Разворачиваюсь. К нам подходит мелкое, не больше метра высотой, существо. Заметить его не успеваю — двигается почти беззвучно.

Нашу компанию изучает взглядом невысокий чудик, очевидно, дальний родственник гоблинам — разве что посуше и выглядит не так мерзко. Одежда у него странная — балахон, сшитый с выдумкой из обрывков оберточных мешков со стёклышками и кусками упаковок. Проще сказать, из остатков мусора. Просто сделано всё аккуратно, с фантазией и не без некоторой художественности. Поэтому балахон сразу не воспринимается, как мусорный мешок.

— А ты кто? — удивляюсь. Алёна не подходит, наблюдает за нашим разговором издалека. Василиса вроде спокойна, но иногда кидаю на нее быстрый взгляд — мало ли.

— Я-то? — переспрашивает существо. — Я-то настоящий людь. А вот вы кто? Дылды какие-то… — замечает с ноткой презрения.