— Бесконечное оружие⁈ — не поверил я.

— Бесконечное оружие. Бесконечные патроны. Бесконечные гранаты. — уныло перечислила Скит. — Да, все так и есть. Каждые три дня ассортимент почти всех полок на складах обновляется, и становится таким же, каким он был пять лет назад в это же время. При этом если на полках что-то есть — оно просто исчезает, замещаясь новыми копиями все того же оружия. А если ничего нет — копии образуются на пустом месте.

— Это же бесконечные деньги. — я развел руками. — Теперь понятно, почему Ассамблея так держится за свои склады и почему они набрали такой вес под куполом.

— Ну да. — безрадостно произнесла Скит, обруливая Фаренгейт, выделяющийся даже на фоне растрескавшейся земли ярким горелым пятном. — Вот только эти бесконечные деньги настолько сорвали крышу у… У тех, кто после происшествия пришел к власти на территории складов. Настолько сорвали крышу, что там воцарилась полная анархия. Алкоголь, наркотики, постоянная пальба, в том числе по пьяной лавочке, в том числе с жертвами. В общем, там стало банально небезопасно находиться. И тогда я ушла от них. Я и… Все те, о ком я тебе рассказывала. Те, с кем я работала на Вивика.

— Но Вивик же не из голубого сектора?

— Вивик вообще нелегал. — усмехнулась Скит. — Он с самого начала был вне всей этой системы, над которой «Кронос» пытался обрести контроль. И до сих пор остается вне ее, если, конечно, то, что происходит здесь сейчас, вообще правомерно называть «системой».

— Ладно, а что со складами? Если там творилась такая вакханалия, то почему сейчас они все еще стоят? И почему на них заправляют все еще те же люди, что и тогда?

— А кто тебе сказал, что там заправляют те же люди, что и тогда? — грустно улыбнулась Скит. — Это ни хрена не так. Шальные деньги, которые вскружили головы всем обитателям складов, довольно быстро сошли на нет. Опьяненные бесконечной выгодой, ассамблейцы просто сгребали со стеллажей все оружие и кучами бросали на пол, а когда оно появлялось по-новой — повторяли этот процесс. Вот только очень быстро, буквально через полгода, получилось так, что все, кто хотел обзавестись стволами, уже ими обзавелись. Предложение превысило спрос, так сказать, и превысило его многократно. Ассамблея начала снижать цены на свое оружие, но этим уже ситуацию было не спасти — банально закончились клиенты.

— Погоди! — я остановил Скит, подняв ладонь. — Но это же не вяжется с тем, что мы видели на СС-13 например. У них же там вообще из оружия только картонные трубочки, чтобы плеваться через них жеваной бумагой! Почему они не закупятся у Ассамблеи?

— Крот, то, о чем я рассказываю, было четыре года назад! — Скит отняла руку от руля и помахала перед моим лицом четырьмя оттопыренными пальцами. — С тех пор до хрена всего изменилось! В том числе и цены на оружие — снова!

— Их снова подняли? После того, как обрушили на уровень нуля? В чем смысл?

— Смысл в том, чтобы не допускать кризисов. Кризисов недостатка и кризисов избытка. Первым кризисом для Ассамблеи стал кризис переизбытка — когда у них стало столько купонов, что в них можно было купатьсяю. Вторым кризисом для Ассамблеи стал кризис недостатка, когда купонов просто не стало. И второй кризис ударил по ней еще сильнее, чем первый. Если их считать отдельным народом, отдельной страной, то у них там была целая своя гражданская война. Странная, как и вся Ассамблея, как и весь Аномалион. Бои длились примерно два дня, после чего у сторон заканчивались патроны и они вынуждены были еще день сидеть просто так, ожидая, когда на полках обновится ассортимент, после чего все повторялось. Сами полки, кстати, тоже восстанавливались, если пострадали в процессе боевых действиях. Стены восстанавливались. Целые ангары и дома восстанавливались. Можно было почти всю территорию складов пустить под стадо спинорифов, а через три дня все снова будет стоять на своих местах, блестя новенькой краской. Люди только не восстанавливались.

— И поэтому к власти пришли другие люди? Те, кто смог остановить эту войну?

— Ну, как сказать. В общем-то да, уничтожение противника тоже приводит к тому, что война останавливается. Так что можно сказать, что ты прав.

— Судя по всему, ты не в восторге от тех, кто победил?

— А меня никто и не спрашивает. Говоря откровенно, нынешнее руководство Ассамблеи действует в их интересах. При нем они перестали сваливать оружие горами и берут только то, на что есть покупатели здесь и сейчас, или максимум — готовят большие партии под конкретный заказ. При нем на складах снова стало мирно и спокойно, хотя теперь попасть туда — целая история. Лион, который сейчас стоит во главе Ассамблеи — хороший руководитель, он всегда был хорошим руководителем. Именно в правильном понимании слова «руководитель» — он знает, как руководить. Знает, что кому велеть делать и кого куда направить, чтобы в итоге получить прибыль.

— Руководитель это хорошо. Но как человек, судя по всему, он тебе не очень нравится.

— Я не уполномочена обсуждать его личность. — ровным тоном произнесла Скит, не отрывая взгляда от дороги.

— Или просто не хочешь? Я же не заставляю тебя возвращаться к голубым, в конце концов. — я пожал плечами. — Просто я хочу знать, чего нам следует ждать, когда мы туда доберемся. Люди-то опасные все же. И теперь, после твоего рассказа, в моем представлении они стали выглядеть еще опаснее.

— Опасные — о да. — усмехнулась Скит. — Хладнокровные, беспринципные, расчетливые. Да, ты правильно сказал. И Лион, возможно, самый опасный из них. И, честно говоря, я не очень хорошо представляю себе его реакцию, если он увидит меня на складах снова.

— Ты думаешь, он тебя прямо помнит? Столько лет прошло.

— Помнит, еще как помнит. — Скит притормозила и взглянула мне в глаза. — Лион был моим личным наставником в голубом корпусе. Тем, кто меня тренировал.

После нескольких спонтанных откровений Скит замолчала и погрузилась в какие-то свои собственные скитовские мысли, и ничего больше не говорила. Я, в общем-то, выяснил у нее все, что хотел, и даже кое-что сверху, так что тоже не настаивал на разговоре, предпочитая вместо этого оглядывать окружение и запоминать, куда мы едем и сколько это займет.

А заняло это прилично — почти целый час. Учитывая, что Скит особенно не берегла машину, даже несмотря на недавнюю поломку, и гнала ее километров сорок в час, не меньше, получается, что до складов — не меньше тридцати. Пешком не дойти, а если и дойти — обратно потом не вернуться, если говорить кратко.

Да, без транспорта в условиях Аномалиона преодолеть подобное расстояние довольно проблематично… Да и с ним тоже не факт, что получится. Надо мне тоже разжиться каким-нибудь транспортом, что ли, особенно если я планирую продолжать выполнять задания от всяких там Шмелей, Жуков, Стрекоз и других представителей энтомологической энциклопедии. Ладно, в первый раз я умудрился сделать это на своих двоих — но сказать, что это было простой и приятной прогулкой… Ну такое.

Мне, по крайней мере, не очень понравилось.

Наконец на горизонте появилась тонкая полоска чего-то длинного и явно рукотворного — слишком уж ровной она была для природного объекта. Рев мотора багги, который последние минут двадцать был практически монотонным, внезапно стал потише. Скит явно сбросила скорость. Чуть-чуть, но достаточно для того, чтобы отметить падение оборотов.

И сделала она это явно не специально.

Я перевел взгляд на девушку. Она все так же глядела перед собой внимательным взглядом, сжимая в руках рулевое колесо, но побелевшие костяшки пальцев, видные в прорезях укороченных перчаток, явно выдавали ее волнение.

— Не хочешь там появляться? — понимающе спросил я.

— Не то чтобы не хочу… Если бы не хотела, то не ехала бы туда, даже несмотря на то, что должна тебе. Нашла бы способ как отмазаться, отвечать бы не стала на худой конец.

— Должна мне? — я улыбнулся. — Мне казалось, мы за все в расчете.