Я, конечно, понимал, что мало кто готов следовать за скрывающимся от императорского «правосудия» преступником, но кадровый голод ужасно раздражал. Из всех имевшихся в моем распоряжении людей только двое были способны управлять воздушным кораблем. Причем один из них не только весил на сорок килограмм больше второго, но и имел практический опыт пилотирования «Рассекающей небеса». Так что вопрос о том, кого именно стоит прихватить с собой, даже не стоял. Оставалось надеяться на адекватность поведения Томаса. Официально никакими расстройствами психики он не страдал и уверял, что сорвался исключительно из‑за неожиданности и подобное больше не повториться. Вот только его натянутая улыбка не внушала доверия.
К сожалению, выбора не было, и теперь приходилось пробираться в родительское поместье с не самым лучшим напарником, надеясь, что в ответственный момент он не подведет. А поскольку мне совершенно не хотелось гадать, как именно не обладавший навыками скрытного проникновения Фосс поступит в тот или иной момент, пришлось его вырубить. Естественно, предупредив об этом заранее.
Растительный лабиринт кончился. Я осторожно обогнул пару хозяйственных построек и вплотную подобрался к посадочным площадкам воздушного транспорта. Грамотно расположенные яркие магические светильники освещали практически все поле, заставив ночные тени жаться к корабельным брюхам. Присев у угла конюшни, я принялся изучать маршруты движения бродивших меж судами бойцов.
Двадцать минут ушло на выявление некоторых закономерностей, заставив с ностальгией вспомнить стражей Летнего дворца, вышагивавших исключительно вперед — назад и не покидавших пределов пешеходных дорожек. Еще пятнадцать потребовалось потратить на осторожную передислокацию к расположенному на краю поля двухэтажному ремонтному складу и карабканье на его крышу. Высота здания и удачный наклон ската позволили мне остаться незамеченным для парящих в воздухе наблюдательных чар, большинство из которых отделяло от земли не более семи — восьми метров. Такое расположение преследовало сразу три цели: улучшение качества изображения, облегчение обслуживания заклятий и возможность использовать менее энергоемкий вариант колдовских конструкций. Открытое пространство выше них контролировалось более сложным узором, расположенным на стене охранной башенки, метрах в тридцати от меня.
Воздействовать на него со столь большого расстояния оказалось сложно, но окружавшая башенку открытая местность не оставила мне выбора. Пришлось потратить еще немного драгоценного времени. Отключать чары или заставлять их передавать статичную картинку было нельзя: не меняющийся на протяжении многих часов рисунок звездного неба и полное отсутствие в поле зрения изредка проходящих вдоль дальнего края поля патрульных рано или поздно вызвали бы подозрения. Так что пришлось приложить массу усилий, отцепляя узор от стены и перемещая его немного повыше, сохраняя прежний фокус обзора. Передаваемое заклинанием изображение практически не изменилось, зато между мной и охраняемым солдатами кораблем появилась небольшая слепая зона. Теперь у меня появилась возможность проскочить незамеченным над головами людей и расположенными в воздухе чарами наблюдения. Оставалось исполнить пару трюков и переходить ко второй части плана.
— Фосса надежней закрепи, — меланхолично произнесла Диана. — Или ты хочешь, чтобы он себе шею от неожиданного рывка поломал?
Я мысленно выругался. Вероятность упомянутого подругой несчастного случая была невысока, но и полностью игнорировать ее не стоило. Лишиться единственного пилота по нелепой случайности…
Пришлось творить защитное заклятье, мягко обволокшее висевшее за спиной тело и защитившее его от вероятных перегрузок. На простое действие ушла десятая часть имевшихся в моем распоряжении сил — чудовищный расход. Притом что от настоящих попыток причинить вред эта минимизированная версия колдовского доспеха все равно не предохраняла. Обидно. Вдвойне обидно, что я знал более сложные и менее затратные защитные чары, но совмещать их с заклятьем «тишины» не мог. И так пришлось «хамелеон» сбросить.
Короткий разбег. Четыре шага, Диана оттолкнулась от края крыши, я усилил прыжок порывом волшебного ветра, и, преодолев сорок с лишним метров открытого пространства, мы рухнули на палубу дедова корабля. Доски под моими ногами изрядно просели, покрылись трещинами, но обошлось без проломленной дыры. Тишина. Разрушения далеко не распространились, а в непосредственной близи шум подавил окутывавший нас сложный звукопоглощающий кокон.
Попасть в рубку управления оказалось очень легко. Снаружи дверь запиралась на примитивную задвижку, фиксируемую сверху простенькой колдовской печатью. И все. Один удар — и мы внутри. Аккуратно сняв со спины Фосса, я пристроил его на полу у стены и привел в чувство.
Ло Томас Фосс
Томас пришел в себя резко, рывком, и, вытаращив глаза, принялся хватать ртом воздух. Сидевший перед ним на корточках Абель поморщился. Немного придя в себя, Фосс осмотрелся, пытаясь понять, где именно находится. Окружение выглядело как мостик военного корабля. Молодой мужчина судорожно сглотнул. Он‑то думал, что, говоря о новом судне, Гнец имел в виду гражданский транспорт. Абель поднялся на ноги и сделал какой‑то странный жест, обведя рукой помещение, словно предлагал полюбоваться на обстановку.
— Да. Симпатично смотрится, — выдавил из себя Томас.
Гнец покосился на него и вздохнул. По крайней мере, именно так Фосс расценил движение плеч и грудной клетки юноши, потому как никаких звуков тот при этом не произвел.
— Простите, я не до конца понимаю…
Абель сокрушенно покачал головой.
— Располагайся, — буркнул он. — Готовься к взлету. Только осторожно. Имей в виду, что охрана никуда не делась. Мы ведь обсуждали ситуацию перед отправлением. Какого демона я вынужден снимать заклятье «тишины», чтобы снова повторять то же самое?
— Простите, — пробормотал пристыженный Томас, опуская голову.
— Хватит извиняться. — Гнец поморщился. — Теперь ты все вспомнил, или надо провести повторный инструктаж?
— Не надо. Хотя вы сказали, что корабль, на которым мы находимся, охраняется?
— Да.
— А если меня обнаружат во время вашего отсутствия?
— Не должны. Патрулируется только поле, на палубе никого нет. Дед не любит, когда по его кораблю бродят посторонние.
— Дед? — осторожно спросил Фосс. Ему никто не говорил, куда именно собирается проникнуть Гнец, ограничившись пояснением о необходимости угнать некий летающий транспорт, и услышанная оговорка мужчине очень не понравилась.
— Дед, — кивнул Абель. — Это его судно. Еще вопросы есть? Ночь не бесконечна.
— Н — нет.
Гнец кивнул, сотворил какое‑то заклятье и исчез за дверью. Фосс обхватил голову руками и тихо застонал. Не так, совсем не так он представлял свое искупительное служение. Вызываясь добровольцем, Томас думал, что отправляется совершать подвиг. Смерть не пугала, а возможность прослыть героем наполняла душу ликованием. На деле все оказалось гораздо прозаичнее. И страшнее. От него требовалось только управлять кораблем, то есть заниматься обычной работой, за которую не воспевают в веках. Вот только делать это приходилось в таких условиях…
Молодой мужчина поймал себя на мысли, что завидует братьям, исполнявшим сейчас функции кого‑то вроде доверенных курьеров дочери императора. Доставка секретных донесений, обеспечение безопасных переговоров — деятельность для торговцев привычная, но в то же время окутанная неким ореолом таинственности. Так эти негодяи еще имели наглость жаловаться на полученные поручения. Исключительно в своем кругу, но все же. Запихнуть бы кого‑нибудь из них в сопровождение Гнеца — трястись от страха и мучиться от неизвестности. Томас с удовольствием поменялся бы местами с любым из пятерки ворчащих братьев, но Абелю требовался пилот. Приходилось изображать из себя гордого воителя.