- Я пойду подышу воздухом, - шепнул он Браве. – Ты не торопись… У нас вся ночь впереди… Тысячи ночей… - он поцеловал её в щёку, поднялся из-за стола и бочком направился к выходу.

Лайгон проводил его тревожным взглядом. Что-то было не так, а главное, неясно, почему. Любитель пиров, застолий и посиделок смывался куда-то, как вор. Маг выждал, пока Брава и Лаивсена отвлекутся на болтовню и тишком покинул зал.

Если бы не Феронд, он бы всё равно вышел на улицу. Собственно, он и не собирался искать брата, поскольку понятия не имел, куда его могло понести. Было уже темно, и на небе уже появились звёзды, светила и пояса. Маг пошёл к своему излюбленному озеру и с удивление заметил, что Феронд сидит на траве и смотрит вдаль.

- Моё место, гляжу, занято! – усмехнулся Лайгон.

- Я могу уйти, если хочешь, - серьёзно ответил мужчина, не способный шутить или отвечать на шутки.

- Да нет, - растерянно отозвался маг. – Сиди… - он тоже уселся на траву, немного поодаль от Феронда.

Поглядев на брата и решив не лезть ему в душу, маг откинулся спиной на траву и устремил взгляд в небо. Тишина, спокойствие и прохлада – прекрасное сочетание для созерцания звёзд. Феронд некоторое время молчал, а потом тихо обратился к брату:

- Лайгон… Ты, кажется, не веришь в перемещения во времени.

- Ну да. Не верю, - ответил Лайгон и насмешливо спросил: - А что? Ты переместился?

Он не представлял, насколько попал в точку. Феронд нервно сглотнул, глядя на брата какими-то испуганными глазами, словно тот раскусил его и сумел открыть самую страшную тайну.

- Эй, ты чего? – обеспокоенно спросил Лайгон, глядя на побледневшего брата, и даже приподнялся на локте. - Не переживай, путешествовать во времени невозможно! Или ты натворил чего-то, и надеешься сбежать в прошлое?

- Натворил… - признался мужчина. – Только «сбежать в прошлое» не поможет… - он отвёл взгляд в сторону и еле слышно выпалил: - Я уже сбежал…

- Интересная мысль, - заметил маг. – То есть ты пришёл в прошлое, чтобы исправить то, что натворил.

- Можно и так сказать, - кивнул мужчина, срывая травинку и принимаясь рвать её на части.

- Допустим, - миролюбиво согласился маг. - И в чём проблема?

Он задавал вопросы насмешливо, но Феронд знал, что в любом случае его брат – тот единственный житель планеты, с которым можно поговорить об этом. Пусть в шутку, пусть не всерьёз, пусть он посмеётся над ним, но ему было необходимо поговорить об этом.

- Я не знаю, что мне делать… - честно ответил он.

- Исправлять, - логично посоветовал Лайгон. - Ты ж для этого пришёл, верно?

- Верно… - растерянно поддакнул мужчина, стряхивая ошмётки травинки, прилипшие к вспотевшим от волнения пальцам.

Маг следил за каждым его действием, и хмурился, а потом сказал:

- Знаешь, если тебе нужна моя помощь, то ты можешь попросить меня о ней прямо. Без этих вот «натворил», «переместился»… - но собеседник лишь горько усмехнулся в ответ: и этого доброжелательного валинкарца он должен обратить в своего недруга. -Феронд, да что с тобой?

- Я словно побывал в злой сказке… - прошептал мужчина, не уверенный в том, что всё произошедшее с ним за этот день действительно произошло.

- В смысле? – переспросил маг. - Ты сегодня к вечеру странно изъясняешься, и тебя трудно понять.

Феронд вздохнул. Ему и самому было трудно себя понять, что уж говорить про окружающих. И всё же он попытался объяснить:

- Сказки – истории, которых не было. Я побывал в плохой сказке. Я помню то, чего не было… и надеюсь, не будет.

Лайгон снова откинулся на спину, понимая, что разговор какой-то бестолковый. Он потратил несколько минут на поиск возможной причины столь неадекватного поведения брата, и вскоре одну более-менее правдоподобную нашёл. Феронд просто издевался над ним. Решил глупо пошутить. Раньше за ним подобное не замечалось, но Брава влияла на кареглазого мужчину не самым лучшим образом.

- Слушай, Феронд, - начал маг. - Ты прекрасно прикидываешься глупым, и, возможно, кому-то это нравится, но… Со мной-то ты можешь нормально себя вести?

- В смысле? – совершенно не понял, в чём его обвиняют мужчина, но по тону было ясно, что именно обвиняют, словно уличили в чём-то.

- В прямом смысле, - отозвался Лайгон. - Если я смотрю на звёзды, это не значит, что я сумасшедший и можно прийти и начать с видом страдальца рассказывать мне небылицы. Я не грежу о путешествиях во времени, ясно? Другие миры – это другое. Другие миры и время – это разные путешествия по своей сути. И одни реальны, а другие – нет!

- Прости, я не хотел обидеть… - пробормотал Феронд, и Лайгон нахмурился, поворачиваясь к нему и беспокойно всматриваясь в его по-прежнему бледное лицо.

Феронд почувствовал, что сейчас его начнут расспрашивать, и широко улыбнулся, хоть улыбка и вышла натянутой.

- Я неудачно пошутил, - сказал он. – Прости, Лайгон… Я сегодня невыносим.

- Ладно, всё нормально, - примирительно отозвался маг. – Смотри лучше вон туда – он указал пальцем в небо. – Видишь ту жёлтую планетку? Скоро от неё не останется и следа.

Феронд припомнил, что, кажется, что-то подобное уже было. Про погибающую планету и предложение подождать её гибель. Мужчина попытался припомнить тот день. Они гуляли с Бравой, и встретили Лайгона, который, как обычно, заподозрил их любовь в несостоятельности. Тогда Феронду действительно казалось глупым и странным лежать и смотреть в небо. Но сейчас он тоже улёгся, подложив руку под голову и стал ждать, когда жёлтая планета вспыхнет и небо озарится яркими всполохами. Жуткое, но красивое зрелище, в ожидании которого можно было думать ни о чём и обо всём на свете. Теперь Феронд, понимал, как это. Когда смотришь в бесконечный мир звёзд, а в голове столько мыслей и проблем, что она должна бы заболеть, но нет – лежишь и смотришь, и все мысли уходят куда-то на второй план. Именно это и было сейчас ему нужно, чтобы прийти в себя.

Феронд и думать забыл про Браву. Про то, что, следуя логике, он должен был прийти к ней и про то, что вообще-то так и собирался сделать, но мысли не давали ему жизни. Он постоянно думал о том, что ему предстояло сделать. А главное - как? Каким образом вдруг начать менять своё отношение к брату? И как потом с этим жить? Он быстро вызвал в памяти вчерашний день до своего перемещения. Чужой Валинкар, лица жителей, поединок, крики мага и обещание, данное друиду. Он обещал попытаться.

Мужчина лежал на своей постели и смотрел в потолок. Вспоминал, как прогнал Лайгона и как от этого на душе скреблись кошки. А ведь это было ничто по сравнению с тем, что ему предстояло провернуть. Нужно было стать циничным, вредным, отвратительным. Заставить мага ненавидеть, но при этом самому не проникнуться ненавистью к себе. Друид просил постараться не обезуметь до появления какого-то Тёмного Эльфа, а появится он лишь после изгнания мага. Эйдис, как казалось Феронду, переоценивал его возможности. Или просто не учитывал, что сохранённые воспоминания о возможном ужасном будущем будут тяготить его постоянно, не давая шансов вернуться к прежней жизни.

В дверь замысловато постучали. Феронд устало откликнулся:

- Заходи, Лайгон.

Маг открыл дверь, и зашёл в комнату. Огляделся, задерживаясь взглядом на брате, который лежал и безучастно смотрел в потолок. Лайгон на всякий случай проследил за его взглядом, поскольку Феронду было не свойственно наблюдать за чем-либо, особенно столь статичном, как потолок. Но ничего примечательного маг не увидел и потому сказал:

- Ты сегодня какой-то не такой. С Бравой поругался?

Феронд непроизвольно улыбнулся. Его брат полагал, что кроме мыслей о любимой девушки, никакие другие в его голове задерживаться не могут.

- Ну почему сразу Брава? - не удержался он от вопроса.

- Ну не знаю, - пожал плечами маг, проходя к столу и беря в руки местами проржавевший меч. - Ты вроде в состязаниях победил, брюхо едой набил... Кроме Бравы нет причин для твоего странно отрешённого поведения. Тем более, стучась к тебе, я полагал, что ты не один и прогонишь меня, - он разглядывал меч, и потому спросил: - Ты где это откопал?