- Ты видел его? Был в горах?

- Нет, я не был там, - ответил Мэггон. – И нечего там делать. Горы – бесплодные камни, холодные и величественные. Лишь издали они манят, но стоит подойти поближе, и вы увидите, что это просто камни…

- Ты не ответил, - одёрнул его Лайгон. - Что значит «Валинкар стал закрытым»?

- Это значит, никто не покидает его, - ответил отец, серьёзно посмотрев на сына и развернулся, бросив: - На сегодня магии хватит, - потом обернулся на опешивших Феронда и Лаивсену и улыбнулся им: - Ваш брат способен заставить думать кого угодно. Вы молодцы сегодня, развлекайтесь и не берите в голову то, что услышали.

Лайгон смотрел вслед удаляющемуся Мэггону с улыбкой. Получилось. Наконец получилось вытянуть из правителя хоть что-то любопытное. Он чувствовал, что ему недоговорили многого, но всё же это было лучше, чем ничего.

В единственной книге, где была описана история Валинкара, половина страниц была истлевшей. Как раз та самая, интересная часть. Чтобы узнать об отце чуть больше, как о маге. Но книга содержала лишь совсем древнюю историю, от знания которой, казалось, и смысла-то не было.

- Лайгон, - обратился к нему Феронд. – Ты чего прицепился к горам?

- Хочу побывать там, - отозвался маг. – Живём тридцать лет в этом небольшом мире, а в горы ни разу не совались…

- Отец же сказал, что они не интересны.

- А ещё он сказал, что наш мир «стал закрытым». А это значит, что некогда он был открытым, понимаете?

- Нет, - признался Феронд, и Лаивсена тоже отрицательно помотала головой.

Лайгон вздохнул, устало взъерошив рукой свои короткие волосы.

- Раньше валинкарцы могли покидать Валинкар. Но никто не говорит об этом. В чём причина?

- Опасность, - предположила сестра.

- Да, но, если есть опасность – почему не предупредить нас о ней? А главное – как валинкарцы покидали наш мир?

- А ещё: куда они его покидали и для чего? – добавила свои вопросы Лаивсена, вопросительно глянув на Феронда, словно тот мог знать ответ.

Мужчина заметил, что и Лайгон выжидающе смотрит на него.

- Ты же много читаешь, - сказал ему Феронд. - Скажи, правда, что есть другие миры?

Лайгон слегка улыбнулся. Брат считал, будто он знает всё, раз читает и смотрит по ночам в небо. Он ответил неопределённо:

- Не могу сказать точно, но, судя по книгам, да, есть. И немало.

Лаивсена заглянула ему в глаза, проверяя, не врёт ли. Видимо, решила, что не врёт, потому что спросила:

- А правда, что в тех мирах такие, как мы, называются богами? Помнишь, мать рассказывала?

- Да, правда, - кивнул Лайгон. - Чтобы тебя приняли за бога, в некоторых мирах достаточно уметь хоть что-то, чего не умеют другие, а так же иметь способность вовремя исчезать.

Девушка недоверчиво глянула на него:

- То есть ты или я смогли бы быть богами?

- Да, и весьма недурными, - усмехнулся Лайгон. – Только толку в этом нет. Какой смысл быть у руля тех, кто намного слабее тебя? Это как быть лучшим из худших – утешение для недалёких болванов.

- То есть все боги были болванами? – изогнула бровь сестра.

- Большинство, - ответил мужчина. – Были и те, кто следил за мирами, был пастырем людей или представителей других рас… Но представь, как это муторно… Или какой силой нужно обладать, чтобы это было не муторно… Нам с тобой такое не потянуть, - он широко улыбнулся. – Максимум: станешь божком, которому будут поклоняться…

Феронд пожал плечами, показывая, что его вся эта муть не интересует, но в принципе он не видит ничего плохого в том, чтобы быть божком, которому поклоняются. Он напомнил:

- Элара рассказывала, что некоторым богам приносят жертвы. Ты мог бы принимать подношения в виде старинных книг.

- И как я сам не додумался! – Лайгон наигранно хлопнул себя ладонью по колену и рассмеялся. – В таком случае, я уже чувствую себя богом – мне не хватит столетий, чтобы хотя бы пролистать все те книги, что пылятся в подвалах Валинкара.

Лайгону казалось, что каждое утро начинается одинаково. Чёткого распорядка дня не было, но после завтрака все валинкарцы занимались своими делами. У тех, кто прожил не одну сотню лет, было какое-то занятие, важное для общества, а вот юные валинкарцы предоставлялись практически самим себе. Если недавно проходило какое-нибудь состязание, то мужчины отходили от него несколько дней. А потом принимались готовиться к следующему. Скукота смертная, особенно для того, кому дела нет до физических тренировок.

Мужчина долго сидел в своей комнате, пытаясь познать тайны магии, но получалось бестолково. В итоге голова его разболелась, и он решил пройтись. Особенно много вариантов, куда направиться, у него не было. На улице шёл дождь, причём какой-то неприятный, под который совершенно не хотелось выходить. Страдая от безделья, маг поплёлся к брату. Он отлично знал, где его найти в такое время суток.

Идея прийти именно к нему оказалась не лучшей. Лайгон уже битый час наблюдал за Ферондом, который отрабатывал удары на специальном снаряде. Мужчина работал кулаками резко, быстро и хлёстко, при этом не забывая вкладывать силу в удары. Его длинные волосы выглядели грязными от пота, и рубашка тоже взмокла. Лайгон смотрел на брата с усмешкой, а потом, использовав все свои магические силы, сделал то, чего Феронд никак не ожидал, а именно: снаряд, установленный на мощной пружине, отклонился от удара мужчины, отчего тот чуть не упал, поскольку подался всем корпусом вперёд и на подвох не рассчитывал. Удержало его то, что он опёрся на снаряд, навалившись на него, но удержало ненадолго: тот тут же сбросил с себя валинкарца, при этом сделал это с силой и проворностью, так что мужчина оказался на полу.

Маг, хоть и потратил на этот фокус почти все свои силы, задорно рассмеялся. Феронд поднялся с пола, откидывая с лица налипшие на него пряди волос, и серьёзно спросил:

- Тебе смешно?

- Ага, - подтвердил Лайгон. - Как видишь. Не обижайся... Просто у тебя был такой сосредоточенный вид, будто ты занят важным делом. Я не удержался.

Феронд улыбнулся, видя, что маг не хотел обидеть его и предложил:

- Давай хоть потренируемся!

- Зачем? - удивился маг. - Я в состязаниях участвовать не собираюсь... А если и соберусь, то это будет точно не в ближайшую сотню лет.

- Это уж точно... - криво усмехнулся Феронд, оглядывая брата. - Но ты должен уметь защищаться!

- От кого? - спросил маг с неискренним удивлением. - От твоих друзей, когда они предложат мне помериться с ними силой? Или от вас с Лаивсеной, когда вы в очередной раз захотите пригласить меня созерцать весёлые рукопашные поединки?

Мужчина почесал затылок, но в голову, как назло, не лез ни один мало-мальски толковый аргумент. Наконец, он решил сказать хоть что-то, чтобы взгляд мага был не таким победным:

- А вдруг война? - на большее его не хватило.

Лайгон снова рассмеялся и даже привалился к стене. Смех после сотворения чар отнимал остатки сил, а попытка брата убедить его в необходимости тренировок весьма позабавила его. Он тепло смотрел на брата, который старался оставаться серьёзным, чтобы Лайгон проникся его доводами.

- Феронд... - простонал маг сквозь смех. - Эти слова можно подставить к чему угодно!

- В смысле?

Лайгон улыбнулся и стал приводить примеры:

- Надо успеть пообедать - а вдруг война? Надо быть единым с народом - вдруг война? Надо уметь сражаться... Ну, ты понял... Какая война, брат? Мэггону уже не одна тысяча лет, а на его памяти войн не было!

- Но... - хотел было возразить Феронд, но снова не смог придумать что-то убедительное и нахмурился.

- Слушай, нам подвластна магия! - напомнил Лайгон. - Множество миров и рас и мечтать об этом не могут. Они и не догадываются, что такое возможно. А у нас это есть. Но мы сражаемся железяками и используем свои возможности только для приготовления пищи, хранения этой пищи, изготовления барахла и поддержания дворца в идеальной чистоте. Но магия - это огромная сила! Если как следует изучить её, развить свои способности, то любые войны и состязания могли бы проходить совсем не так, как ты это себе сейчас представляешь!