Лайгон слушал невнимательно, думая о своём. Эта девушка не была его Алисией и имела с ней лишь внешнее сходство, но отчего-то было странно думать, что она и Элдор любовники, более того, он является её женихом и, как следствие, претендентом на трон. Почему так вышло в этом странном мире? Элдор не был тщеславен и властолюбив, из этого выходило, что он и вправду любил эту противную эльфийку, которой даже внешнее сходство с Алисией не помогало не вызывать у мага негативных эмоций.

- Давно вы вместе? – спросил он, и она ответила охотно, поскольку ей думалось, что вопрос задан для того, чтобы оценить масштаб провала его планов:

- Он помог тебе бежать. Было глупо надеяться, что, когда гроза стихнет, мой народ не вычислит, кто причастен к твоему побегу – сам бы ты никогда не выбрался из нашей тюрьмы! И у тебя будет возможность убедиться в этом, раз ты снова сюда явился! Ты хотел подставить его, сделать предателем и изменщиком, но от меня не укрылось, что он находился под действием чар! Элдора хотели судить, и он, благородный и гордый, полностью признавал справедливость обвинения и готов был понести любое наказание, только я никому не позволила причинить ему вред. А потом выяснилось, что он давно любит меня, уже много лет. Стоило выяснить это, как стало очевидно – ты знал о его чувствах и желал не допустить, чтобы однажды Элдор, справедливый и великодушный, взошёл на трон! Я не знаю, кто прислал тебя, но уверяю, что найду способ вытянуть из тебя всю информацию!

Лайгон смотрел на неё скептически. Мало того, что она придумала целую историю, так ещё и собиралась выпытывать из него подробности. И особенно забавляло то, что она считала, будто он не желал допустить на трон Элдора, которого в своём мире он собственноручно на этот трон и утвердил. Пожалуй, маг мог бы поглумиться над создавшейся ситуацией, но одно ему не нравилось: Элдор любил Алисию давно, и этот факт вполне мог распространяться и на его мир, ведь Элдор, один из немногих в этом странном мире, оставался почти неотличимым от себя настоящего (настоящими Лайгон считал тех, кто жил в его мире, а странных двойников – лишь какой-то нелепой ошибкой мироздания).

За Элдора здешнего обидно сильно не было: судя по речам эльфийки, она его ценила и уважала, любила, наверно, даже... Любила. Элдора. Эта Алисия.

Они шли молча. Алисия гордо и легко шагала впереди, уверенная, что Лайгону ничего не светит, его схватят и, наконец-то он ответит за свои злодеяния. Лайгон шёл позади, задумчивый, но больше не растерянный. Этот мерзкий мир перестал его нервировать, только озадачил немного.

- Что-то ты нынче молчалив, - заметила девушка. - Где твои россказни о том, что мир в опасности? И что ты пришёл спасти Элдора? А, может, меня, а? От Элдора? - она насмехалась над ним, но Лайгон её не слушал. - В прошлый раз его - от моего отца, а теперь меня - от него, было бы забавно, нет?

- Прекрати болтать, - попросил маг, и Алисия гневно глянула на него, поскольку таким тоном с ней не разговаривали.

Она замерла, подошла к магу и хотела было залепить пощёчину, но Лайгона застать врасплох было не так-то просто.

- Ты вернёшь мне мой посох. Где он? - прошипел маг, хватая эльфийку за запястье так, что та вскрикнула.

На миг Лайгон даже отпустил её, испугавшись: он никогда не причинял боли своей Алисии, и её вскрик заставил его инстинктивно отдёрнуть руку. Это было ошибкой, поскольку он тут же получил удар под дых. Расслабляться не стоило: обманчивое сходство уже как-то сыграло с ним злую шутку, надо было раз и навсегда запомнить, что эта Алисия не имеет ничего общего с его.

В этот раз он не был безоружен, не имея при себе оружия. Магия помогла ему усмирить боль и снова схватить девушку, на этот раз сделав подсечку и завалив её на мох. Постарался удерживать её руки своими и при этом начать душить локтём.

- Где он? - повторил маг свой вопрос, приотпуская Алисию.

Та закашлялась, а потом ответила:

- Ты найдёшь здесь разве что смерть!

- Верни мне посох, и, возможно, я оставлю тебя в живых, - поставил своё условие маг.

Он хотел снова придавить ей горло, чтобы заставить говорить, но тут что-то холодное коснулось его шеи.

- Ну-ка отойди от неё, - этот спокойный голос нельзя было перепутать ни с одним другим.

Маг отпустил девушку и медленно поднялся на ноги, почувствовав, что приставивший к его шеи клинок не настаивает на кровавой разборке. Это радовало.

- Как же ты не вовремя, Элдор, - пожаловался маг, которому очень не хотелось обижать этого эльфа, но тот не оставлял выбора.

- Не нарывайся, - тихо посоветовал эльф, кивнув головой в сторону.

Маг огляделся и понял, что находится под прицелом не менее четырёх лучников. Только этого не хватало. И ведь мог бы убить их всех, только тогда никто уже не поможет отыскать этот проклятый посох. Да и, возможно, только Алисии и известно, где он, она ведь могла припрятать его, не показав никому, кроме Элдора.

- Мы должны убить его немедленно, - заявила Алисия, поднимаясь с земли и отряхивая одежду от мусора.

Она была зла и потому пнула мага ногой под коленку, как пнула бы, наверно, какую-нибудь огрызнувшуюся на неё собаку. Лайгон решил пока действительно не нарываться и обвёл взглядом лучников. Вроде исполнять приказ Алисии никто не спешил. Взглянув на Элдора, маг понял, что это благодаря ему он всё ещё жив: именно этот эльф поднял вверх руку с открытой ладонью, призывая стрелков повременить.

- Он явился в наши владения и напал на меня, - пояснила эльфийка, ненавидящими глазами глядя на мага.

Элдор нежно обнял ей, прижимая к себе и целуя в макушку:

- Я помню его, - сказал он, и девушка буркнула в ответ:

- Я тоже.

- Давай разберёмся и не станем рубить с плеча? - миролюбиво предложил эльф, но что эльфийка нехотя кивнула: она доверяла его мнению и поддержала его решение, которое правильным не считала.

Лайгон решил посмотреть, чем всё это обернётся, к тому же было весьма странно наблюдать за парочкой эльфов, явно влюблённых друг в друга. И чего Элдор в ней нашёл? Может, с этим эльфом она такая, какая его Алисия обычно с ним? Тогда есть шанс выведать, где Шарафатдин.

- Отведите его в камеру, - скомандовала Алисия. Она имела непривычно гордый и надменный вид. Маг подумал, что его Алисия ненавидит именно таких эльфов.

***

Маг не мог точно сказать, попал ли он в ту же или в другую камеру, настолько они все были похожи. Возможно, именно в этих стенах он когда-то испытывал самые паршивые в своей жизни эмоции. Сейчас всё казалось не так безнадёжно и, собственно, ничего неожиданного не произошло: с самого начала было ясно, что просто так ему Шарафатдин отдавать не станут.

Оставалось ждать, пока кто-то явится и пожелает поговорить с ним. Но никто не приходил. Спустя некоторое время маг потерял терпение. Сколько ему здесь торчать, предаваясь невесёлым воспоминаниям? Может, ему вообще готовят какую-нибудь красивую казнь? Лайгон, до этого сидящий на разбросанной по полу соломе, резко встал и решительно направился к решётчатой двери. Вышибить её магией он мог без труда, хоть на ней и чувствовалась защита. Всё-таки маги из светлых эльфов были так себе.

Стоило магу начать сосредотачиваться, как он услышал... или, скорее, почувствовал, что кто-то всё-таки к нему идёт. Решив подождать и повременить с агрессивным методами, маг замер у двери. Шёл определённо эльф, да и кто ещё мог идти в этом поселении. Лайгон ни за что бы не услышал столь мягкую и тихую поступь, не проживи в Заречье столь долгое время.

Он приготовился встретиться с Элдором, Алисией или каким-нибудь унылым стражником, пришедшим за ним или принёсшим какое-то послание. Но к нему явился тот, кого маг никак не ожидал увидеть: через решётку на него смотрели холодные и злые глаза Энфиля. Маг от неожиданности отпрянул: магия магией, но те, кого он убивал, никогда не попадались ему снова. При виде этого эльфа он живо вспомнил их единственный разговор и то, как убил его легко и просто. Здесь же этот властолюбивый эльф был жив и стоял теперь напротив мага, смотря на него с пренебрежением и какой-то брезгливостью.