- В любом случае, я рад, что ты с нами! – скромно улыбнувшись, ответил друид, словно поняв, что не стоит продолжать этот разговор, и будет лучше позволить магу заняться тем, ради чего он, собственно, прибыл.

Маг фыркнул. Однажды такие слова говорил ему Элдор, и тогда Лайгон хотя бы разделял его чувства. Сейчас же он вовсе не был рад тому, что он находится здесь и снова оказывается втянутым в чужую игру.

- Признавайся, ты знал, что я сюда приду? – решил всё же вызнать Лайгон. - Тогда, когда приходил к Феронду в подземелья Валинкара – знал?

Эйдис в который раз поразился тому, как многие считают его всезнающим и ведающим будущее. Он покачал головой и ответил:

- Нет, Лайгон, не знал. Я рассчитывал лишь на то, что ты поможешь добыть ореливий. С ним у нас все козыри были, но я не знал про ореливиевого кааркса. Теперь, когда его нет, всё стало ещё проще.

Маг широко улыбнулся и ехидно переспросил:

- То есть, хочешь сказать: «Лайгон, мы бы справились и без всяких полубожков»?

- Нет, - отрицательно мотнул головой друид. - Я же сказал уже: я рад, что ты с нами. Смотрю, силы ты порастратил…- он оглядел мага, который улыбался, но дышал тяжело. - Ну как, полегчало? – спросил Эйдис, кивая на испепелённых каарксов.

- Да, мне намного лучше, - ответил Лайгон, глядя, как вдалеке, почти на горизонте, драконы своим огненным дыханием испепеляют врагов и направляются дальше, искать следующих.

- Тогда, может, вернёмся в Заречье? – предложил Эйдис.

- Тебе что, заняться нечем? – удивился маг. - Или ты решил навестить спасённую Мику и по-дружески признаться ей, что она самый бестолковый воин всех миров?

Эйдис усмехнулся и согласно кивнул.

- Тут ты прав: воин она никудышный, - признался друид. – Не было ни одного случая, чтобы её не ранили… Именно поэтому я и взял её в помощники, чтобы наблюдать за Ферондом – хотел уберечь её от путешествий по мирам…

- Но она и тут не растерялась и влюбилась в моего брата, да? – ехидно заметил маг.

- Да, - улыбнулся друид.

Лайгон огляделся по сторонам. Кажется, здесь и вправду больше нечего было делать, да и вообще он понял, что друиды и драконы отлично справятся и без него, а пар он уже выпустил.

- Так зачем ты идёшь в Заречье? – напомнил свой вопрос маг.

- Ты совсем не внимателен к судьбам тех, кто тебе не дорог, - укорил его Эйдис. – Я же говорил: смерть каарксов – это и моя смерть… Я хочу попрощаться с Микой, и с твоим братом… Всё-таки спасение миров – это их заслуга.

Маг задумчиво кивал, делая вид, что понимает друида, а потом неожиданно спросил.

- Разрешишь поприсутствовать?

- Если тебе нравится смотреть, как кто-то навсегда прощается, то конечно, - ответил Эйдис, намекая на то, что разговор будет не из приятных.

- Очень нравится, - фыркнул маг, хотя на самом деле он просто хотел послушать разговор Эйдиса с Микой и Ферондом, чтобы попытаться как-то решить эту проблему.

Не то, чтобы смерть этого друида расстроила его, но и особенного смысла в ней он не видел. Была слишком мала вероятность того, что однажды какой-то злоумышленник решит заставить Эйдиса вернуть время к тому моменту, когда Феронд сидел в подземелье Валинкара, и потом не позволить им победить каарксов. Лайгону казалось глупым решение Верховного Друида расстаться с жизнью из-за такой ерунды. Зато друиду так не казалось: он отлично знал, как часто какая-нибудь неучтённая мелочь со временем становилась огромной проблемой, с которой трудно справиться. Он знал это и не хотел рисковать, проживая одну за другой жизни, перерождаясь, но каждый раз опасаясь, что кто-то может узнать и воспользоваться его навыком. Эйдис не хотел подвергать опасности миры, которые с таким трудом уберёг от гибели.

Верховный Друид принялся вычерчивать в воздухе силуэт портала своим посохом. При этом он бормотал нечто неразборчивое, да маг и не особенно вслушивался. Он смотрел, как постепенно образуется светящийся тоннель, и потом услышал голос Эйдиса:

- Воспользуешься им или обратишься к кристаллу?

Лайгон глянул на него исподлобья: ему показалось, что друид намекает на плохие воспоминания мага, связанные с тем единственным разом, когда он пользовался этим способом перемещения, оказавшись в мире-двойнике. Но неприятных воспоминаний у мага от этого на самом деле не было: он тогда был несказанно счастлив возможности вернуться домой и с радостью бросился в портал. В этот раз он тоже бросился в него, не ожидая приглашения, только без особой радости: он порядком подустал, а такого с ним давненько не случалось.

Маг в компании друида шёл по тропе на территории Заречья. Он молчал, выискивая взглядом Алисию, так как полагал, что она обидится, если потом узнает, что маг без неё общался и с друидом, и с Микой и с Ферондом, причём одновременно и на весьма любопытную тему. Лайгон так и не нашёл её и был готов даже попросить Эйдиса подождать его, но, когда они подошли к жилищу Феронда, маг услышал знакомый девичий смех. Лайгон улыбнулся: эльфийка находилась внутри, и это радовало. Он знал, что она умеет задавать верные вопросы и помогает его мыслям направляться в правильном направлении, когда они заходят в тупик.

Эйдис поднялся по ступеням первым и постучался. Ему не успели ответить, как поднявшийся по лестнице маг бесцеремонно распахнул дверь. Алисия подбежала к нему и обиженно спросила, несильно ударяя кулачком ему в грудь:

- Куда ты пропал?

- Приводил в порядок мысли, - ответил маг, улыбаясь.

Друид поприветствовал Феронда, а затем крепко обнял сидящую на кровати Мику, замечая:

- Я очень рад, что ты жива... и что ты, наконец, сняла с себя эти ужасные кристаллы, - он улыбнулся ей, но она не ответила ему улыбкой, поскольку видела, как странно он смотрит на неё.

- Что-то случилось, да? - обеспокоенно спросила Мика, заглядывая в чёрные глаза.

- Нет, - постарался успокоить он, но признался: - Я прибыл в Заречье попрощаться, - признался Эйдис.

- Ты куда-то собираешься? - постаралась угадать Мика.

- Можно сказать и так... - пробормотал друид и рассказал ей: - Я не говорил тебе, но возможность возвращаться к тому моменту, когда Феронд находится в темнице Валинкара, должен быть оплачен моей жизнью.

Феронд, друидка и эльфийка ошарашенно уставились на него. Маг с интересом ждал, кто из них первый придёт в себя и прокомментирует ситуацию. Он догадывался, кто это будет. Он не ошибся в эльфийке.

- И ты погибнешь? - уточнила Алисия, глядя на друида сочувственно, словно он был её другом или хотя бы близким знакомым.

- Да...- кивнул друид и тут же постарался бодро добавить: - Но это не плохо, верно?

- Это ужасно! - воскликнула эльфийка. - Ты столько сделал ради спасения этих миров!

Алисия посмотрела на мага, ища поддержки, но тот лишь пожал плечами: он не считал друида героем, хоть и злодеем тоже не считал. Ему было интересно послушать дальше, и он пока не смешивался в разговор.

- Алисия, всё не так просто, - постарался объяснить ей друид. - Я не могу жить, потому что это условие должно быть выполнено...

- Но кому должно? - возмутилась эльфийка, и Лайгон довольно улыбнулся: она оправдывала его ожидания своими попытками докопаться до истины. - Кому в целой вселенной нужна твоя смерть?

- Мне, Алисия, - терпеливо ответил Эйдис. - Я поставил это условие. Пожертвовал своей жизнью ради возможности возвращать время к моменту, когда Феронд ещё может всё исправить... Представляешь, насколько опасно моё умение сейчас?

- То есть это всё в твоей голове? - переспросила Алисия. - Все эти должно и условие - это лишь в твоей голове?

- Да, - ответил друид. - Сила мысли и убеждение в чём-то - очень сильная вещь. Поэтому я должен уйти из жизни. В целях безопасности и потому, что другого выхода у меня просто нет: невозможно перехитрить свою голову, своё сознание и свою память...

Алисия вздохнула: она не знала традиций друидов и всегда считала их слишком эгоистичными, но этот друид вместе с Микой заставил её понять, что она относилась к ним предвзято. Она также не знала, как у них обстоят дела со своими обещаниями и прочим, и потому решила помолчать. Действительно, возможно Эйдис не смог бы продолжать жить, обманув самого себя, даже если бы ей удалось убедить его в необходимости отказаться от смерти.