- Алдан! – перебил его маг. - Ты подлец!

Тёмный покачал головой. Всё было не так драматично, как казалось Лайгону, и эльф никогда бы не предал его и не сделал что-то во зло ему. Алдан вложил в голос все чувства, которые могли убедить мага в этом, и заговорил:

- Лайгон, я увидел Феронда, и поверь мне, он сейчас выглядит лучше, чем тогда! – попытался оправдаться Алдан, поскольку всё же чувствовал, что поступил не совсем честно по отношению к другу. - И я полагал, что ты заберёшь его сюда, раз там ему плохо…

- Ладно, хватит! – остановил его Лайгон. - Он здесь, а ты – подлец, с этим разобрались… - он вздохнул и устало взъерошил свои волосы, проводя по ним рукой. - Плохо ему там! А он не рассказал тебе, почему ему там плохо?

- Рассказал… Сегодня он рассказал мне свою историю, - сочувственно глядя на мага, сказал эльф. – И я понимаю, почему ты хотел оставить его в Валинкаре, но это не выход… вы братья и вы нужны друг другу… Вас связывает не только родство крови Мэггона, но и общее прошлое…

- Паршивое прошлое, - заметил маг.

- Но ведь когда-то оно не было паршивым, - возразил Алдан. – Феронд всегда заботился о тебе, столько лет оставался на твоей стороне, даже если не понимал тебя, оберегал… Ты мог бы проявить снисходительность и…

- И простить предательство? – закончил за него Лайгон. - Простить, что он пытался сломать меня, а в результате сломался сам? Может, ещё пожалеть его? Посочувствовать и помочь начать новую, счастливую жизнь здесь, в этом мире? Ты этого от меня ждёшь? На это рассчитывал, приволакивая его сюда? Он предатель – ясно тебе? И не напоминай мне о светлом прошлом и о том, что он мой брат – именно поэтому он до сих пор жив! А это милость и, поверь, мне было трудно сдержаться, когда я узнал, что они с друидом со мной сделали!

- А что они сделали? – спросил эльф. - Они сохранили тебе и всем твоим близким жизнь и…

- И сделали из меня монстра, которого теперь Феронд сам боится! Хотя это всё его заслуга!

Алдан был не согласен. Не только Феронд виноват в том, что маг чуть не превратился в злодея. Эта была тёмная сторона его сущности, о которой просто никто не знал, и эльф был уверен, что Феронд не превратил Лайгона в чудовище, а лишь разбудил это чудовище, что спало внутри мага.

- Послушай, Лайгон, - попытался объяснить он. - Ты ведь понимаешь, что рвётся там, где тонко, а искра способна зажечь лишь то, что может гореть…

- Замолчи, Алдан! – рявкнул маг, понимая, что сейчас эльф начнёт разглагольствовать о том, что Феронд не корень всех проблем. - Ты тоже хорош – втихаря посетил Валинкар и поболтал с моим братом…

- Я тогда предлагал тебе отправиться, ты же сам отказался! – напомнил Тёмный.

- Алдан, - прошипел еле сдерживающийся Лайгон. - Этот проклятый друид вместе с Ферондом заставили меня озлобиться на мир. А благодаря тебе и твоему миру я начал думать, что был жесток, я чуть было не стал раскаиваться, а теперь выясняется, что это было частью их плана по спасению миров. Они хотели сделать меня таким, каким я им нужен. И не пытайся доказать мне, что я должен прощать и помогать им! Иди к Феронду и передай, что он зря заявился в этот мир!

Маг резко развернулся спиной к собеседнику и быстрыми шагами пошёл дальше, оставив Тёмного молча стоять и смотреть ему вслед. Вскоре маг добрался до своего жилища, взлетел по лестнице, наспех разделся и нырнул под одеяло. Крепко обнимая спящую эльфийку, он думал о том, что должен при первой же возможности рассказать ей обо всём в подробностях, пока кто-нибудь другой не опередил его и не позволил усомниться в том, что Феронд – жалкий предатель.

Лайгон начал с того, что изложил любимой план действий. Рассказал о необходимости удостовериться в том, что опасность действительно существует, и Эйдис не солгал им. Потом, если проверка будет пройдена успешно, отдать Друиду ореливий и попытаться вынудить Феронда вернуться в Валинкар.

Алисия лежала на плече мага и задумчиво выводила пальцем узоры на его обнажённой груди, чем изрядно отвлекала от мыслей, несмотря на то, что утро они и так провели бурно.

- А если друид прав, и кипит война, которая может коснуться и нашего мира... Мы отправимся в Эльхалон? - спросила эльфийка, поудобнее устраивая голову на плече валинкарца.

- Нет, - мягко улыбнувшись, Лайгон нежно поцеловал её в макушку и крепче прижал к себе. - Теперь каждый мир сам за себя...

Алисия посмотрела ему в глаза и осторожно спросила:

- Феронд отказался помогать тебе? - маг поморщился при упоминании имени своего брата так, как прежде морщился при упоминании Валинкара.

- Скорее, я отказался помогать ему, - усмехнулся Лайгон и вздохнул: - Я расскажу тебе всё, только не сейчас. Давненько у меня не было столь странного и столь отвратительного денька, каким оказался сегодняшний...

Эльфийка плохо понимала, что происходит. Что маг вернулся из Валинкара недовольным и расстроенным, её не очень удивило. Лайгон никогда не был трусом и не страдал угрызениями совести, но в свой мир на протяжении десяти лет соваться не решался. Это говорило о многом. Однако девушка понимала, что в том мире произошло что-то, чего Лайгон и сам не ожидал, и что вывело его из себя. Судя по тому, как маг реагировал на имя своего брата, тот был причастен к этому. Лайгон и сам говорил что-то об этом в гномьих копях, только воспоминания были туманны, да и маг толком ничего не разъяснил тогда. Алисия поцеловала мага в щёку, и тот широко улыбнулся ей. Любопытная. Он знал, что ей интересно, но рассказывать так не хотелось! Потому что, покидая Валинкар, он искренне надеялся больше не видеть и не вспоминать Феронда. Но он всё же кивнул эльфийке, показывая, что готов отвечать на вопросы. Следовало ответить на них самому, не позволив Алдану попытаться навязать своё мнение.

- Твой брат здесь? - спросила девушка, решив не называть Феронда по имени.

- Да, - вздохнув, ответил Лайгон. - Алдан притащил его сюда... Негодяй... Не удивлюсь ещё, если и на этот раз без Эйдиса не обошлось!

Алисия улыбнулась. Маг не растерял своей категоричности. Девушка мягко укорила его:

- Перестань, Алдан - наш друг и, даже если он привёл его сюда, не спросив тебя, наверняка, не со злым умыслом... И мне кажется, Эйдис не такой уж и плохой... - осторожно добавила она.

- Для тебя все неплохие, - усмехнулся маг. - Если уж тебя угораздило влюбиться в меня тогда, когда мы жили в твоей временной лачуге, то можно точно сказать, что ты склонна видеть во всех что-то хорошее.

- Ты к чему это сейчас вспомнил? - поинтересовалась Алисия.

- Да так, тут недавно меня об этом спрашивали... - туманно ответил маг, но тут же рассказал в подробностях: - Вернее, Эйдис пытался шантажировать меня, думал, я могу захотеть произвести на тебя впечатление, по доброте душевной помогая спасать его мир... Болван! Ты же не считаешь меня милосердным и великодушным? - наигранно строго спросил маг, и в глазах его запрыгали весёлые чёртики.

- Конечно, не считаю, как ты мог так подумать? - в тон ему ответила девушка.

Он улёгся на бок, пользуясь моментом, что эльфийка приподняла голову с его плеча, и, серьёзно посмотрев в серые глаза Алисии, сказал:

- Давай я попробую по порядку рассказать, что произошло в Валинкаре... - эльфийка кивнула, и маг принялся повествовать.

Лайгон постарался ничего не упустить, чтобы изложить всё подробно. Он не стал даже упускать те моменты, где проявлял жестокость по отношению к Феронду, поскольку полагал, что он поступал правильно, а так же надеялся, что Алисия поймёт его. Она слушала, и глаза её распахивались всё шире от удивления. Она никогда не слышала ничего подобного и тоже прежде, как и маг, считала, что на время влиять нельзя. Сам Лайгон пребывал в такой уверенности до того момента, как Эйдис вернул его в этот мир так, что никто и не заметил, что несчастному магу пришлось побывать в страшном для него мире. После того случая, он признался себе, что ошибался, и время не так просто, или, наоборот, не так сложно, как ему представлялось прежде.