При ближайшем рассмотрении расщелина оказалась пещерой, просто от её верха по скале шла трещина, так что издалека это смотрелось, как нечто естественное. Вблизи же было очевидно, что это творение разумных существ. И маг поёжился отчего-то. Хотя ещё недавно его манила тропа и мысли о том, что когда-то по ней ходили древние жители гор. Теперь же в душе Лайгона засела холодящая жуть, замешанная на дурном предчувствии.

Тёмная пещера была таинственной и заманчивой, но трое валинкарцев стояли перед входом и каждый осознавал, что не хочет познавать её тайны. Каждый в глубине души желал поскорее уйти, но привычка валинкарцев не отступать, ярость в стремлениях и гордость не давали им признаться друг другу в этом. Лайгон смотрел в неприветливое тёмное нутро пещеры, от которого веяло холодом и какой-то угрозой, и, первым нарушив молчание, предложил:

- Может, пора повернуть к дворцу? - это было идеальной формулировкой, на которую два его спутника могли ответить утвердительно, не расписываясь в собственном малодушии.

Но шансом никто не воспользовался, а Гринор посмотрел на Лайгона презрительно и осведомился:

- Устал? Или болит нога? Или боишься не успеть посмотреть на ночное небо с сытым желудком?

- Там опасно, - спокойно ответил маг. - Раньше горы были населены, и от прежних обитателей могли остаться ловушки или...

- Или ты просто боишься темноты и каменных мешков, - закончил за него Гринор.

- Не смей обвинять его в трусости! - воскликнул Феронд, но маг остановил его гневную речь:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Не стоит путать трусость с благоразумием. Одно дело идти в горы, собираясь лазать по ним, и совсем другое – сунуться внутрь.

- Вы оба ничего не понимаете! – заметил Гринор, глядя на своих спутников. – Лайгон сказал, что прежде горы были населены, но нынче они пусты и безжизненны. Из этого следует, что там могло остаться много полезных вещиц…

- И опасных, - добавил маг. – Мы не можем утверждать, что там есть что-то полезное, но что там опасно – это очевидно.

Феронд задумчиво смотрел на тёмную пещеру, которая так и манила зайти и посмотреть, что же там внутри. Гринор был прав. Там могли оказаться богатства, артефакты и много полезностей. Он посмотрел на Лайгона и подумал, что, если судить объективно, его брат всегда был излишне осторожен и, возможно, даже трусоват. И сейчас зелёные глаза обеспокоенно смотрели на брата, надеясь, что он примет верное решение. Мужчина вздохнул: Лайгон, хоть и был старше, всё равно всегда признавал его авторитет и сейчас ждал от него вердикта относительно вопроса, идти или нет внутрь гор.

- Мы пожалеем, если не сходим туда, - как бы оправдываясь перед магом, сказал Феронд.

- Если сходим, то тоже наверняка пожалеем, - буркнул Лайгон, хотя по карим глазам, загоревшимся азартом, было ясно, что решение уже принято и заставить мужчину изменить его никто теперь не в силах.

- Феронд, как всегда, прав, - поддержал своего друга Гринор и посмотрел на мага с усмешкой: - Тебя никто не заставляет идти с нами.

Лайгон покачал головой, глядя на брата. Тот отлично знал, что маг не позволит ему идти одному. Феронд ободряюще улыбнулся и направился первым в темноту. Гринор последовал за ним, а Лайгон потрудился наспех соорудить факел, отломав от какого-то полузасохшего низкорослого горного деревца сук, обмотав его бинтами, снятыми со своей ноги и прошептав несколько заклинаний.

Он вошёл в пещеру последним, но спутники его недалеко ушли: они стояли около развилки и не знали, в какую сторону лучше направиться. Феронд улыбнулся брату, завидев его с горящим факелом, и тот укоризненно покачал головой: не стоило соваться в пещеру не подготовленными. И этого жалкого подобия факела тоже не могло хватить надолго, сколько над ним ни колдуй.

- Что ж, Феронд, выбор за тобой, - легко и ненавязчиво переложил на него ответственность Гринор.

- Ещё не поздно повернуть назад, - напомнил Лайгон, но брат с улыбкой посмотрел на него:

- Ты же хотел в горы. Вот они, изнутри, так сказать. Это совсем не то, что просто созерцать их или карабкаться вверх по уступам. Тут действительно жутковато, но в этом вся прелесть! – Феронд выбрал направление и повёл товарищей вправо.

Маг посмотрел на стремительно пожираемые пламенем бинты и подумал, что зря во всё это ввязался. Инстинкты и предчувствия молили повернуть назад, но нежелание бросать брата было сильнее.

Они шли по пустому туннелю с довольно низкими потолками. Впрочем, пригибать голову не приходилось, но стены и потолок словно давили на мага, и он ощущал себя в западне, из которой нет выхода. Он обернулся назад, так как ему почудилось, что кто-то тихий и невидимый смотрит ему в спину. Но позади была лишь темнота и небольшой участок света от факела. Преследователя не было. Или не было видно. Лайгон почувствовал, что ему становится не по себе. Он не мог пока понять, что именно не так, но что-то с ним происходило, и это было нечто нехорошее. Лайгон попытался взять себя в руки и не поддаваться страху. Самым мерзким было то, что этот страх он не мог объяснить себе. Это ожидание опасности, чувство, что позади, там, в темноте, кто-то есть и он следит за ними, было хуже, чем если бы эта опасность была явной.

Феронд и Гринор тоже притихли. Маг чувствовал их волнение, но эти двое были слишком горды, чтобы показать его и слишком упрямы, чтобы повернуть назад. Магу стало решительно плевать, что его сочтут слабаком и трусом, и он попытался ещё раз вразумить своих товарищей:

- Пока выход недалеко, мы ещё можем вернуться. И прийти потом, с хорошими факелами и...

- Тихо! - шикнул на него Гринор, и Лайгон замолк.

Но тот лишь рассмеялся, правда, неестественно и нервно:

- Что, боишься?

- Да, - честно ответил маг, не видящий ничего постыдного в своём инстинкте самосохранения.

Гринор не успел ответить, так как факел догорел и погас. Это подействовало на всех удручающе и несколько мгновений все трое молчали. Лайгон ждал, что хотя бы один из его товарищей сообразит, что идти в темноте искать сокровища - это глупо, но внезапно вдалеке забрезжил свет. Маг нахмурился.

- Там кто-то есть... - прошептал он, но Гринор ответил бодро:

- Вот и выясним, кому ещё не сидится во дворце, и не дадим им найти наши артефакты! - голос его прозвучал уверенно, и маг с ужасом осознал, что его спутники просто не понимают, что там может быть кто угодно, а вовсе не валинкарцы.

Однако свет в глубине гор показался Феронду и Гринору добрым знаком. Они приободрились и смело пошли вперёд. Лайгону ничего не оставалось, как последовать за ними, хотя теперь он уже точно знал, что за ними кто-то наблюдает, но решил не говорить об этом, чтобы идущие с ним валинкарцы не подумали, что он снова отговаривает их от опасной затеи.

Однако свет был от факелов, и ни одной живой души поблизости не было. Просто туннель, в который вышли путники, оказался освещён факелами, равномерно воткнутыми в специальные углубления в стенах. Факелы были самые обыкновенные, без каких-либо следов магии. Это означало, что их постоянно поддерживали в рабочем состоянии.

- Нам лучше уйти, - не выдержал маг. - Такое количество факелов требует обслуживания не одним существом. Эти горы кем-то населены, и здесь нам точно нечего ловить.

- Он прав, - согласился Феронд. - Это не брошенные горы и не одинокий рыщущий в них валинкарец. Здесь кто-то живёт, и вполне возможно, не обрадуется встрече с нами.

Гринор нехотя кивнул, глядя на освещённый загибающийся туннель, стены которого расширялись к потолку. Где-то раздался скрежет, но эхо так разносило по переходам этот звук, что хотя бы примерное расположение его источника определить было невозможно. Феронд и Лайгон переглянулись. Оба начинали паниковать, но младший брат старался сохранять спокойствие, однако меч свой он тут же обнажил. Гринор посмотрел на него, и стало ясно, что он тоже напуган.