Наконец, Феронд нашёл, что можно ответить и с чем брату будет трудно спорить.

- Я вообще-то всегда прихожу к Мэггону тренироваться в магии, хоть у меня и мало, что получается, - заметил он. - А вот ты наверно и не помнишь, когда последний раз пользовался кулаками или держал в руках меч.

Лайгон улыбнулся в ответ, но его было не так просто сбить со своих убеждений.

- Я бы, наверно, даже согласился с тобой... - задумчиво протянул он. - Если б твои тренировки не были столь бесполезны. Магия открывает множество возможностей - есть смысл развивать её. Физическая сила даёт лишь физическую силу: то есть, даёт то, что хорошие магические навыки способны заменить.

- Тогда не отвлекай меня, - ответил Феронд и отвернулся от брата, снова подходя к снаряду и ударяя по нему уверенно: он видел, что сейчас Лайгон ни на какую пакость не способен. - Видишь ли, физическая сила мне доступнее, чем магическая. И она больше ценится, если ты не заметил...

Маг усмехнулся. Его брат был слишком видным валинкарцем, чтобы тратить все свои силы на совершенствования того, что никто не оценит. Лайгон подумал, что, пожалуй, достаточно отдохнул от занятий магией. Энергия были истрачена, но зато голова больше не болела. Можно было вернуться в комнату и продолжить прерванное изучение магических премудростей. Что он и сделал, оставив Феронда одного.

Лайгон просидел в комнате долго. Он читал, пытался почувствовать в себе энергию, большую, чем обычно, двигал и расшвыривал предметы, стараясь отыскать грань между простыми лёгкими чарами и сложными, отнимающими все силы. Временами что-то даже получалось, но с непривычки мужчина быстро уставал, растрачивая все силы, и засыпал. Потом просыпался и принимался заново, только энергия не успевала восполняться, и в следующий раз он уставал и засыпал быстрее.

Он пропустил обед, совершенно потерявшись во времени. Уже близился ужин, а маг все изматывал себя, пока не пришёл к ощущению полной опустошённости. Он сидел в кресле, откинув голову на спинку и глядя в потолок. С магией было труднее, чем с физическими тренировками. Намного сложнее, чем приучить своё тело к нагрузкам. Тут нагрузка была и на тело, и на сознание, а это выматывало быстро и основательно.

В дверь постучали три раза. Лайгон даже не стал думать, кому и что от него понадобилось, и отозвался:

- Заходи!

Пришедшим оказался его брат, который справедливо решил зайти к Лайгону и предложить ему перед ужином вместе с его друзьями отправиться поразмяться.

- Чем ты занят? - поинтересовался Феронд, заходя в комнату брата и с усмешкой оглядывая хаотично валяющееся вокруг барахло.

Лайгон был слишком уставшим, чтобы искать достойный ответ и потому сказал правду:

- Пытаюсь создать в себе энергию, способную не только раскладывать вещи по полкам...

В отличие от уставшего мага, Феронд был отвратительно бодр и весел. Он усмехнулся уголком губ, оглядевшись по сторонам:

- Судя по бардаку, который тут царит ты и не пытался разложить вещи по полкам.

- Верно, потому что это недостойное применение магии! - парировал Лайгон, лениво поворачивая голову к собеседнику.

- И чего же ты ждёшь от неё? - поинтересовался Феронд.

- Ну не знаю, можно научиться влиять на живую материю, чтобы крушить врагов, например... раскидывать их по сторонам... - задумчиво перечислил он и, заметив посерьёзневший взгляд брата, передразнил его слова: - Ведь вдруг война?

Лайгон некоторое время смотрел на Феронда, ожидая от него соответствующего ответа, но тот снова утратил серьёзность взгляда и спросил совершенно не в тему. Вернее, для самого Феронда это было как раз темой, ради которой он и приходил: спросить о насущном вопросе:

- То есть ты с нами не идёшь? - поинтересовался он у старшего брата, который улыбнулся и ответил:

- Если вы в горы - то иду!

Феронд вздохнул: стремление Лайгона попасть в горы казалось ему глупым и никак не обоснованным. И хотя ответ был очевиден, мужчина всё же озвучил его:

- Нет, мы не в горы, мы...

- Тогда не иду, - не дал договорить маг, которому было безразлично, что снова удумали друзья его брата.

- Ладно... - не стал настаивать Феронд, который давно привык, что настаивать бесполезно. - Увидимся за ужином.

- Ага, - отозвался маг. - Но если твоя подруга снова станет спрашивать, как прошёл мой день, я просто проигнорирую её, и мне плевать на правила приличия и на то, оскорбит её это или нет! Я сегодня слишком устал, чтобы улыбаться и отвечать на вопросы.

Феронд посмотрел на него снисходительно и с оттенком жалости. Развалившийся в кресле, лениво разговаривающий и с закрывающимися от усталости глазами, маг действительно заслуживал сочувствия. Феронд вздохнул, глядя на него:

- Магия того не стоит, Лайгон.

- Стоит, - не согласился мужчина. - Я уверен, что она того стоит.

Лайгон проспал до ужина. Когда за ним пришла Лаивсена, у него даже не было желания отшучиваться, и потому он просто улыбался сестре. За ужином он молча ел, отвлёкшись лишь на ответ Браве, до которого всё же снизошёл, чтобы не обижать Феронда: День прошёл отлично, разве по мне это не видно?

Пища и хмельные напитки помогли ему немного прийти в себя. К концу ужина он снова мог с удовольствием раздражать Лаивсену своей манерой принимать пищу, не заботясь об эстетике. Он воспрянул духом, но решил, что на сегодня магии явно достаточно.

Так же он подумал и на следующий день, чувствуя, что всё ещё не готов продолжать обучение.

Лишь к исходу третьих суток он почувствовал себя полностью восстановившим силы. Но на ночь глядя решил не загружать голову, и потому перед сном отправился гулять. Из-за противного дождя в последние дни он гулял мало, и потому сейчас с удовольствием улёгся на влажную траву и долго всматривался в чистое ночное небо.

Мерцание звёзд и мягкий свет от далёких планет успокаивали и завораживали мага. Он ушёл довольно далеко от дворца и наслаждался тишиной, которая нарушалась лишь цикадами, но это не портило атмосферу ночной загадочности, а наоборот, дополняло и украшало её. Однажды он станет сильным магом и сумеет побывать в далёких мирах. Узнает, почему раньше Валинкар был открытым для походов в чужие миры, и что послужило истинной причиной того, что теперь никто не покидает эту планету. Ему было всё равно, к чему стремятся валинкарцы. У него были свои стремления. Впереди - целая жизнь, длинная и интересная. Лайгон точно знал, чего стоит достичь в первую очередь: высокого уровня магических способностей. Но спешить с этим не стоило. Маяться несколько дней головной болью и слабостью ему не понравилось. Возможно, Мэггон был прав, и пока они были слишком молоды и следовало довольствоваться малыми умениями. Но то, что маг не пытался больше постигнуть всё и сразу, не означало, что он был готов сдаться. Лайгон просто решил отдохнуть, обдумать, подождать. А потом взяться за дело с новыми силами. Так думал молодой мужчина, лёжа на лугу и глядя в ночное небо, пока посторонний шум не заставил его вернуться в реальность. Шаги. Шли двое и притом молчали.

Маг приподнялся, чтобы посмотреть, кто идёт. Феронд не спеша брёл по лугу, держа Браву за руку и что-то шепча ей на ухо. Лайгон улыбнулся: его брат сочетал в себе несокрушимую силу, внешность сурового мужчины и добродушную простоту и нежность к тем, кто ему дорог. Маг даже не мог отнести его к глупцам и примитивным валинкарцам - настолько трогательно младший брат относился к своей семье и к своей возлюбленной.

Заметив Лайгона, парочка хотела направиться в другую сторону, чтобы миновать его, но мужчина сам окликнул их:

- О, это вы! - его голос был приветливым, словно он ждал их здесь и был рад, что, наконец, дождался. - Идите-ка сюда!

Феронд, ведя Браву за руку, подошёл к брату. Рыжеволосая смотрела на мага с удивлением: никогда прежде она не замечала, что он любит лежать на земле, вглядываясь в небо. А сейчас он делал именно это и, судя по всему, собирался предложить присоединиться к нему.