- Что ты сделал с тем, чей это был посох? – спросил Феронд, напряжённо глядя на мага.

- Не хотелось бы тебя разочаровывать, - хмыкнул Лайгон в ответ. – Но ничего я с ним не сделал. Забрал посох, который он, кстати говоря, сам мне отдал, и покинул его жалкий мирок.

У Феронда отлегло от сердца. Это было глупо, ведь он знал, что Лайгон убивал за свою жизнь много и не всегда заслуженно, и всё же было приятно, что хотя бы в тот раз он не стал разделываться со ставшим ненужным мудрецом.

- Ты что, не знал, что у него есть внучка? – задал он следующий пришедший в голову вопрос.

- Не знал… - пробормотал маг несколько раздражённо.

- Но как ты мог не знать? – поразился промаху вечно прозорливого и расчётливого мага Феронд.

Лайгон посмотрел на него как-то обиженно, словно тот уличил его в чём-то, и это было ему досадно. Маг вздохнул и раздражённо ответил:

- Ну ладно: я знал.

- В те времена для тебя убийство не было проблемой, так почему ты оставил её в живых? – прямо спросил Феронд. - Неужели не подумал о последствиях?

- Подумал, - нехотя ответил маг. – Поэтому и берёг этот проклятый посох, только теперь это не имеет значения, потому что его у меня всё равно нет!

- Не уходи от ответа, - Феронд глядел на брата серьёзно. - Почему ты не убил её?

Маг снова вздохнул: он научился быть искренним и настоящим теперь, но признавать свои слабости в прошлом, когда искренность и доброта считались им именно слабостями, он до сих пор не любил.

- Потому что ей не было и десяти! – ответил он резко и добавил: - Да, Феронд, у тебя так и не получилось сделать из меня беспощадного монстра, и я не смог убить ребёнка! Даже догадываясь, что она вырастет и решит отыскать меня, ведь она больше старика бесилась, когда я упёр этот посох! Хотя, тогда я не верил, что это у неё получится… а потом и вовсе забыл и о ней, и о Шарафатдине...

Феронд отвёл взгляд, укорённый напоминанием о том, что, вообще-то, это он сделал мага злодеем, впрочем, как и магом. Желая замять неприятную тему, он спросил:

- Жалеешь, что поступил так?

- Пока нет, - честно ответил Лайгон. - Пока ничего страшного не происходит. У меня выдался не самый удачный день, но за те годы, что мне везло, один день – не так уж и много. И неясно, имеет ли она к этому отношение… Она просто заявилась в этот мир, и мы можем её отсюда выдворить… или заманить к Янтарной Горе, и посмотреть, как изменится её магия защиты, найти слабое место и ударить по нему… Вариантов полно! Проблема только в Алисии… и в том, что в последние дни мне не везёт…

- А ты не думал, что это взаимосвязано? – спросил Феронд, поскольку ему казалось очевидным, что один факт – следствие другого.

- Думал, - отозвался маг. – Но на меня не воздействовала ни она, ни какой-либо другой маг… Так что приходится всё списывать на неудачную полосу в жизни… Или какое-то очень сильное и замысловатое проклятье…

- Спроси у этой колдуньи, что с тобой происходит, - посоветовал Феронд.

- Если она знает, то и сама мне расскажет, - почему-то в этом Лайгон был уверен. - Они притащилась сюда за посохом и отказалась поверить, что его нет. Если мы с ней ещё встретимся, она расскажет всё, чтобы выманить у меня его, ещё и приврёт с три короба, чтоб убедить вернуть.

Феронд не нашёл, что возразить, учитывая упрямство брата. Этот маг должен был сам дойти до решения отправиться и поговорить с колдуньей, иначе его никак не заставишь, ни уговорами, ни угрозами, ни доводами.

Весь следующий день что-то мешало магу жить. Этим чем-то были то мешающиеся под ногами лесные зверьки. так редко забредающие в Заречье, но по весне отчего-то совсем потерявшие страх, то залетающие в глаза мелкие мошки, которых тоже прежде не водилось в этих местах или же они просто лучше умели управляться своими крыльями и не попадали в лицо мага. Помимо мелких неприятностей природного характера, Лайгону не везло и в быту. К вечеру он откровенно устал злиться и был несказанно рад оказаться в своей постели и отдохнуть от долгого безрадостного дня..

- Ты какой-то напряжённый... - заметила Алисия, зарываясь пальцами в короткие волосы мага.

Лайгон вымученно улыбнулся: врать эльфийке было бесполезно, давно прошли те времена, когда она верила в его ложь, и теперь маг не питал иллюзий, что сможет отшутиться или же что-нибудь придумать, чтобы уйти от ответа.

- Я пока не разобрался, - ответил он и ласково потёрся носом о её щёку. - Возможно, всё хорошо, а, может, очень плохо... Так не хочется ничего выяснять...

Маг крепко обнял Алисию, думая о том, что рутина не всегда плохо, и лучше бы никто не приходил, не врывался в его размеренную жизнь и не напоминал о потерянном Шарафатдине.

- Как насчёт распить бутылочку вина? - предложила эльфийка, которую маг, сам того не замечая, сильно сжал в своих руках, и она почувствовала, что ещё немного, и он её просто раздавит.

- Да, вино не помешает, - согласно кивнул Лайгон, отпуская её.

- Ты можешь подождать здесь, я принесу, - улыбнулась эльфийка, накидывая на плечи плащ: вечерами всё ещё бывало холодно.

Предложение было неплохим, но маг тоже пошёл к двери:

- Вместе прогуляемся.

Идти за вином предстояло довольно далеко, но поздний вечер встретил приятной прохладой, отрезвляющей голову и прекрасным небом с россыпью звёзд. Небо было чистое-чистое, ни одного облачка не видно, и листья на деревьях только начали появляться из набухших почек, так что светло было и красиво. Да ещё и цветы, названия которых Лайгон не знал, цвели вдоль дорожек и светились слабеньким белым цветом. Алисия как-то рассказывала магу легенду об этих цветах, только он не запомнил. Понял только, что они зацветают, стоит только сойти снегу и выбирают для цветения три самые холодные ночи, а потом всё лето стоят без цветов и только под осень снова выжидают холодных ночей и цветут. Подумав о холодных ночах. он улыбнулся уголками губ: наверняка ведьме надоест караулить его. Он прикрыл глаза, пытаясь сосредоточиться и почувствовать, бродит ли ещё по окрестным лесам его незваная гостья или уже нет. Однако для мага, который в основном использовал магию для ведения боя, да и то давно не практиковался, это оказалось слишком сложной задачей. Будь он один в Заречье, наверняка бы получилось, а так - нет, слишком много народу вокруг.

Алисия повернула к невысокому сооружению, слившему наземной частью входа в погреба. Прошептав что-то и сделав несколько пассов руками, она отворила дверь и потянула мага за руку следом за собой. Эльфийка дунула, что-то шепнула, и в тёмном небольшом помещении вспыхнули факелы, осветившие тёсанную из камней лестницу, ведущую вниз. Лайгон пропустил Алисию вперёд - она, в отличии от него, знала, где что лежит и какое вино лучше подойдёт для этого вечера.

Пройдя первые четыре ступени - а они были довольно удобные, хоть и частые - Лайгон чуть не оступился, пробормотал ругательства себе под нос, и благополучно завершил спуск по лестнице. Однако в самом подполе здорово ударился головой о потолок, что было как-то неожиданно и до обидного больно.

- Проклятье! - прошипел Лайгон, потирая ушибленную голову. - Здесь всегда такие низкие потолки?

- Да... - растерянно ответила Алисия, глядя на негодующего мага. - Не расстраивайся так, просто неудачно вышло, с кем не бывает?

- Со мной... не бывало... - отозвался Лайгон, припоминая, сколько раз приходил в эти погреба за вином и ни разу не ударялся о потолок в этом коридоре.

Следовало срочно что-то решать. Больше так жить было невыносимо.

***

Благородное эльфийское вино всё ещё согревало изнутри, когда маг стоял около последнего дома на окраине Заречья и напряжённо вглядывался во тьму, гадая, есть ли там ведьма, ожидает ли его, и, если ожидает, то заметила ли уже или пока нет и есть шанс напугать её неожиданным появлением.

- Ты далеко? - спросила Алисия, подходя сбоку.

Мага давно не пугали её внезапные появления, и он только улыбнулся.