Мика сидела и смотрела на Эйдиса во все глаза. Ей не верилось, что этот практически бессмертный друид может перестать возрождаться и навсегда покинуть её. К Эйдису она привязалась давно, и ей было больно от одной мысли, что можно потерять его. Она была так поражена услышанным, что не могла даже ничего толком сказать.

Феронд тоже молчал, поскольку, хоть и был удивлён, не считал, что Эйдису предстоит заплатить столь уж непомерную цену. Тем более, это был его выбор, его решение, и он, казалось, с готовностью ожидал, когда можно будет воплотить свои планы.

Но пытливый ум мага искал решение. Он не так уж и жаждал спасти друида, но ему было из принципа интересно, что можно сделать в такой ситуации.

- Память... - пробормотал Лайгон. - Я знаю, - он осёкся и сказал по-другому: -... вернее, предполагаю... Алдан может стереть тебе память! Заставить забыть о том, что ты себе напридумывал и о том, как возвращать время. Пройдёт ни одна твоя жизнь, пока ты снова обучишься этому, а о том, что ты общался с Ферондом ты и не вспомнишь... Ведь это был бы выход, верно?

Маг посмотрел на друида и тот не успел ничего ответить, как Лайгон сказал:

- Никуда не уходите, я скоро вернусь... - он снова глянул на друида и предложил: - Можете пока слёзно прощаться, эта часть мне всё равно не интересна.

Эйдис успел подумать, что маг всё-таки невыносим, и неважно, в хорошем он расположении духа или нет - его характер оставлял желать лучшего.

***

Алдан не мог понять, что от него хотят, пока маг не привёл его на место.

- Мика, ну как ты? - заботливо спросил эльф. - Моих сил недостаточно, чтобы срастить кости за один день, но думаю, завтра ты сможешь ходить, ведь я всё-таки лучший целитель... по крайней мере, в этом мире.

- Мне лучше... - растерянно ответила Мика, которая всё никак не могла свыкнуться с мыслью, что Эйдиса больше не будет.

Тёмный заметил, что все смотрят на него с надеждой, кроме Лайгона, который смотрел с простым любопытством.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Так… - вздохнул Алдан. – Что у вас на этот раз стряслось?

Лайгон решил, наконец, сказать эльфу, который итак всю дорогу мучился любопытством, правду:

- На этот раз нам нужно, чтобы ты стёр память друиду. Ту часть, в которой фигурирует мой братец.

- Что, прости? – переспросил Алдан, даже не спрашивая, для чего им могло это понадобиться. – Я не влезаю в чужие головы, и понятия не имею, как заставить забыть, тем более что-то конкретное… Да я даже теоретически не представляю…

- Алдан! – прервал его речь маг. - Ты умеешь, я знаю!

- Я? Да с чего ты это взял?! – маг впервые видел искреннее недоумение в тёмно-зелёных глазах этого эльфа. - Я никогда не делал ничего подобного и даже не задумывался о возможности этого. Я целитель, немного маг и могу телепортироваться на небольшие расстояния, чтобы покидать Элтарей и приводить в него друзей…

- Не заговаривай мне зубы! – снова оборвал его Лайгон, испытующе глядя в глаза собеседника и не желая признавать, что тот не лжёт.

- Лайгон, говорю же тебе – я не умею этого делать! – пытался доказать ему Алдан. - Почему ты всегда так уверен, что я постоянно тебе лгу? А главное: с чего ты вообще решил, что я могу стирать воспоминания? – эльф смотрел на мага, и Лайгон мог бы быть доволен собой: редко когда кому-то удавалось настолько удивить Тёмного.

Маг посмотрел на Эйдиса, и заметил, что тот догадался, в чём причина убеждённости мага. Он покачал головой, укоряя Лайгона в том, что тот не рассказал о своём путешествии даже самым близким. Маг вздохнул:

- Алдан… И Алисия… - он взъерошил свои волосы рукой, собираясь с мыслями и решаясь признаться, поскольку иначе было трудно прояснить ситуацию: - Когда мы спасали дракона… я на самом деле тоже оказался в портале, и… это долгая история, я расскажу вам потом, но суть в том, что я оказался в мире, похожем на этот… но ужасном… В общем, там тоже был Алдан, и он мог стирать память…хотя не мог путешествовать по мирам… и я подумал, что…

Но, казалось, Алисия, как обычно, ухватилась за не самое, казалось бы, значительное из рассказанного:

- Он стёр её тебе? – она напряжённо смотрела на любимого  валинкарца.

- Нет, - ответил Лайгон. - Он не захотел лишать меня светлых воспоминаний… - он увидел, что и Алисия, и Алдан готовы завалить его вопросами, и вздохнул: - Я потом объясню… Суть в том, что тот Алдан умел это делать…

- Но я не умею… - виновато посмотрел на Эйдиса эльф.

- Я знаю, - спокойно ответил друид. - Это сложная магия. И не боевая, и не целительная, не стихийная и не связанная с перемещениями… Мало, кто владеет ею… Лично я не знаю ни одного такого.

Эйдис смотрел спокойно и, казалось, его совершенно не расстроило то, что Алдан не может ему помочь. Но Тёмный смотрел на него как-то странно, как иногда смотрел на Лайгона, пытаясь принять для себя какое-то решение относительно него.

- То есть ты бы согласился? – прищурившись, осведомился Алдан.

- Ты же не умеешь, - напомнил Лайгон.

- Так согласился бы? – продолжал настаивать на ответе Тёмный, глядя на Эйдиса. - Если б я умел?

- Не знаю…  - честно ответил друид, устало опираясь на свой посох, словно старик. -Я вообще-то настроился погибать, но, с другой стороны… если бы от меня не было опасности и я бы ничего этого не помнил, я мог бы ещё прожить несколько жизней и совершить ещё много добрых дел…

- Ага, конечно, добрых, - фыркнул маг, кивнув в сторону Феронда. – Одно доброе дело тебе никогда не прощу.

- Говори уже, есть способ? – поторопила Алисия. – Предлагаешь отправиться к тому тебе, который может работать с памятью?

- Не знаю, что там насчёт другого меня, и что он там умеет, - улыбнулся Тёмный. - Но есть в Заречье один тип, способный на нечто подобное. Помните леррика, которого Мика с Ферондом приволокли сюда?

- Его зовут Уго, - напомнил Феронд, и маг вздохнул от этого его комментария.

- Без разницы, как его зовут, - заметил маг. – Алдан, с чего ты взял, что он умеет проделывать такое? Я полагал, леррики вообще к магии не приспособлены.

- Я не уверен, что это именно магия, - ответил Алдан. – Возможно, это просто их способности, или способности лично Уго. Да, леррики не обладают магическими навыками, но некий потенциал в них есть, - он видел, как недоверчиво смотрит на него Лайгон и вздохнул: - Не веришь мне – спроси у своего брата или у Мики: Уго было плохо рядом с Арлином, поскольку тот вытягивал его магические ресурсы.

- Тогда почему они конструируют столько всякой ерунды от оружия до космоболидов? – возмутился маг, и Феронд невольно вспомнил, как его брат вечно негодовал по поводу неверного применения магии в Валинкаре.

- Но то, что леррики не использую магию, как привыкли мы, не означает, что они не обладают ею вовсе! – парировал Алдан. – Да, умение работать с подсознанием – странное и неизведанное для нас, но так бывает. Он не использует гипноз, он действительно удаляет память.

- Откуда тебе знать? – прищурился маг.

- Потому что он удалил её себе, спросив перед этим, не против ли я и не нужна ли нам от него ещё какая-нибудь информация.

- И ты ему разрешил? – подивился Лайгон, и губы его исказились в усмешке.

- А почему нет? Это его жизнь. К тому же я не знаю их расу, может, они постоянно стирают себе память, когда решают начать жизнь заново.

Маг фыркнул:

- Только не говори мне, что он решил остаться в Заречье и стать одним из эльфов.

- И не скажу, - ответил Алдан. – Я понятия не имею, что он решил, но точно могу сказать одно: от воспоминаний о каарксах и плене он решил избавиться. Пояснил это тем, жизнь на Саталарисе заставила его потерять веру в добро и справедливость. Там все хотели выжить, и были готовы служить своим врагам… Уго молод, и ему действительно ни к чему забивать голову подобными мыслями, тем более, что наступает мирная эпоха…

- Ну а это ты с чего взял? – устало спросил Лайгон.