Гринор, высказав Лайгону, что хотел, потерял к нему всякий интерес и теперь с ревностным усердием пытался высвободиться. Он не раз старался приподнять сеть с пола, но она словно приросла к нему и ни за что не хотела отрываться от каменной поверхности. Феронд был в бешенстве, остервенело сражаясь с непокорными цепями и неистово низко рыча, словно зверь.

Маг смотрел, как эти двое впали в исступление, потеряв всякое самообладание и чувство меры. Они напрочь отказывались признавать, что они пойманы и из сети своими силами не выбраться. Ярость, столь присущая всем валинкарцам, захлёстывала их, но не подчиняла себе Лайгона.

- Хватит! – пытался докричаться до них маг. – Вы попусту тратите силы! Перестаньте же! – но его голос тонул в звоне цепей, рычании Феронда и шумном дыхании рассвирепевшего Гринора.

Наконец, силы стали покидать их, и в подземном зале постепенно стало заметно тише. Маг понял, что именно этого и ждал незнакомец, с довольным видом наблюдавший за отчаянными попытками пленников вырваться.

- Вы бросили нас! – прошипело скрюченное создание, и голос его прозвучал неожиданно громко и чётко. - Когда были так нужны! Отвернулись от нас, а теперь заявились к нам, когда мы на грани вымирания!

От его обвинительной речи пленники на некоторое время замерли в удивлении.

- О чём он говорит? – шёпотом спросил у Лайгона Феронд.

- Пока не знаю, но догадываюсь. Молчи и слушай, пусть побольше выскажется.

Неизвестный был не один, постепенно зал наполнялся ему подобными созданиями, а тяжёлая сетка, в которой бились пойманные валинкарцы, никак не хотела поддаваться.

- Прекратите дёргаться! – попросил Лайгон своих спутников. – Вы только раздражаете их!

Гринор одарил его презрительным взглядом, продолжая попытки высвободиться:

- Не все готовы так просто сдаться, как ты!

- Я и не собираюсь сдаваться – надо узнать, почему нас поймали! – попытался объяснить свою позицию в данном вопросе маг.

Но Гринор не успел ответить, а Феронд не успел заступиться за несправедливо заподозренного в слабости брата. Причиной тому стало то, что голоса загомонили со всех сторон, перебивая и заглушая друг друга:

- Это они!

- Вернулись! Но теперь им нечего ждать здесь!

- Вернулись, чтобы остаться здесь навсегда!

- Кануть в вечность, но остаться навсегда!

- Сеть удержит их? – обеспокоено вопрошал кто-то неуверенный.

- Сеть блокирует все их магические силы, теперь они всего лишь пленники… - уверенно и ехидно отвечал кто-то.

Вскоре выкрики и эхо от них слились в единый гвалт, оглушающий, пугающий, заставляющий понять: это враги и их много.

- Хватит!!! – прогремел мощный голос Феронда, и все крики разом стихли.

Валинкарцы и сами замерли. Феронд тяжело дышал, Гринор тоже. Лайгон чувствовал, как бешено колотится сердце в ожидании действий горных жителей. Молчание и наступившую тишину нарушили шаги.

Одно из существ приблизилось, и, напрочь игнорируя пленников, молча зацепило карабином толстый трос к сетке. Существо было близко, и Гринор с Ферондом попытались дотянуться до него протянутыми через сеть руками, но неприятель был готов к этому, отпрянул и усмехнулся:

- Мы ждали вас. Давно ждали… Мы давно уже не интересны вам, вы наигрались нами и бросили здесь! Но зато теперь всё будет по-другому: вы нужны нам.

Гринор достал кинжал и попытался проткнуть существо, стоило ему снова приблизиться. Но тонкие крючковатые пальцы противника оказались ловкими, сильными и с удивительно прочной серебристой кожей. Он схватил кинжал за лезвие и выдернул из рук валинкарца, так, что тот не сумел удержать его, а противник даже не поранился.

- Мы предусмотрели всё. Здесь вы беспомощны, и вам не удастся сбежать, использовав свои фокусы! – он обернулся на своих сородичей, которые издали согласный дружный вопль, и приказал: - Тащите к жёлобу!

Трос натянулся, увлекая за собой другой трос, который стал стягивать сеть у ног валинкарцев. Они повалились на холодный каменный пол.

- Ноги подтяните к себе! – крикнул Лайгон, и его товарищи едва успели выполнить это, иначе бы ноги их могли оказаться перетянуты тросом.

Существа, напавшие на них, оказались сильными и расторопными, несмотря на свой жалкий угнетённый вид. Они все вместе ухватились за трос и теперь тянули за собой сеть с достаточно быстрой скоростью, так что подняться на ноги у валинкарцев не получилось бы. Да они и не пытались: их сил не хватило бы, чтобы остановить этих странных созданий. Сеть была настолько толсто сплетённой, что по полу валинкарцы не волоклись, но это было предусмотрено злобными созданиями, которые явно не намеревались делать для пленников это перемещение комфортным. Все поверхности  звеньев цепей, из которых состояла сеть, были снабжены небольшими, но острыми и редкими шипами, которые пронзали одежду и царапали кожу. Не впивались глубоко, но доставляли противную, несильную, но досаждающую боль. Валинкарцы старались не шевелиться, но существа волокли их небрежно, а может, специально делали извилистый путь, постоянно ударяя сеть то об одну стену коридора, то о другую. Больно от этих ударов не было, зато шипы на звеньях впивались с новой силой.

Существа переговаривались о чём-то своём, используя какой-то неведомый валинкарцам язык.

- Откуда они знают наш язык? – спросил Феронд, поняв, что эти создания между собой общаются на каком-то ином наречии.

Лайгон лежал, подложив под голову руку, чтобы шипы не впивались в кожу головы. Он повернулся к брату и ответил:

- Это не они знают наш язык, а мы знаем их. У них два языка – один свой, а другой был создан специально для нас.

Гринор, не обращая внимания на шипы, переметнулся к магу и с силой вжал его в землю, заставляя зашипеть от того, что звенья цепи впечатались в его спину.

- Ты знал о них, но не рассказал нам?

Феронд резким движением отшвырнул Гринора к правой стене, отчего сеть увлекла пленников немного вправо.

- Я же предупреждал, что никогда не позволю тебе обращаться так с моим братом!

Гринор, тяжело дыша, посмотрел на мага и виновато покачал головой:

- Прости, Лайгон, это подземелье дурно на меня влияет…

Феронд сурово посмотрел на говорившего:

- Сейчас нельзя позволять себе ссориться!

- Именно поэтому забудем об этом, Гринор, - поддержал брата Лайгон. – У нас есть проблемы похуже выяснения отношений.

- Ты знаешь, кто эти создания? – спросил Гринор.

- Это недлы, жители гор, - кивнул маг. - Когда-то они были богатейшими и сильнейшими созданиями в своём мире… Но однажды им стало негде и некуда развиваться. И большинство жителей впало в депрессию и постепенно многие стали нигилистами: им казалось, что существование бессмысленно и они стали отрицать всё то, что раньше считалось важным. Когда их цивилизация стала угасать, те, кто ещё не потерял остатки разума, сумели предсказать гибель планеты. Помнишь, Феронд, я придлагал вам с Бравой посмотреть, как гибнет планета? Примерно так погиб и мир недлов. Но к тому времени, как это случилось, они сумели создать вещество ореливий, из которого сделана наша планета… Они воссоздали свой мир: горы, леса, поля, слои плодородных почв. Это вполне можно считать миром. Это и стало отдельным миром, который мы называем Валинкар.

- Откуда ты знаешь? – Гринор недоверчиво смотрел на мага.

- Много читаю, - улыбнулся тот. – Недлы создали наш мир, чтобы спастись. Ореливий дал возможность создать искусственную гравитацию, и обеспечить атмосферу, правда только на высоту гор… Плоских планет не бывает в природе… по крайней мере в нашей вселенной…

Феронд постарался принять услышанное и спросил после недолгих раздумий:

- Почему тогда они прячутся в горах?

- Они сперва жили на поверхности, но Валинкар постоянно движется. Это практически незаметно, но это так. Постепенно день становится длиннее, поскольку мы приближаемся по спирали к Светилу. Можно подумать, что однажды, через миллионы лет оно выжжет всё, что есть на нашей планете, но к тому времени Светило погаснет, так что бояться нечего. Валинкар приблизится к другому источнику света, и сперва будут тысячелетия сумрака, когда день будет несоизмеримо короче ночи, но наш мир не погибнет…