Позволив части нитей касаться меня, я прошел по комнате. Постоял возле дальних стеллажей, изучая корешки книг, снял с полок несколько учебников и наконец, избегая вездесущей паутины, направился к тем книгам, которые мне были действительно нужны. Изучив тома на предмет немагических возможностей заметить мой интерес, вроде потревоженной пыли на полках, аккуратно извлек их и добавил к уже удерживаемой мной стопке. После чего вернулся за стол. Все эти действия могли кому-то показаться перестраховкой или даже проявлением параноидального синдрома, но не стоило недооценивать мою маму и ее желание вылечить меня во что бы то ни стало. То, что я могу быть не болен или не согласен с ее мнением, в расчет не принималось.
Следующие полтора часа были потрачены на создание магических печатей и внедрение их в книги. Прежде чем приступать к каким-либо действиям, необходимо выяснить, чем именно занимаются горничные во время моего отсутствия в доме. Но не задавать же такой вопрос напрямую. Так что мне нужна была собственная следящая сеть. И я ее создавал. Мои печати несут в себе минимум энергии и настолько пассивны, что обнаружить их, не открыв книгу, невозможно. Сами по себе они ни на что не способны, но когда за них будут цепляться нити сторожевой паутины (а они будут цепляться, не зря же я так тщательно выбирал книги), то эти заклятия сыграют роль маленьких паучков, собирающих для меня информацию. Фактически я становился еще одним хозяином внутридомовой сигнальной сети. Осталось разбросать еще некоторое количество подобных печатей по дому, чтобы я всегда был в курсе перемещений обитателей и гостей особняка. После этого надо будет незаметно подключиться к заклятиям наблюдения в комнатах и по возможности добавить к ним несколько собственных следящих заклятий. Оставалось надеяться, что я успею все выполнить в течение недели. Работать, когда в доме появятся два новых жильца, станет сложнее.
— Господин Абель… — В библиотеку зашла Рикка и, судя по звуку шагов, направлялась к моему столу. — Карета прибыла.
— Спасибо, Рикка. Я уже иду. — Я встал навстречу горничной, даже не пытаясь заслонить стол. Благодаря привычке возвращать подозрительные книги на место сразу на нем лежало лишь несколько учебников. Я не знал, для кого из моей семьи шпионит эта милая девушка, но не собирался давать ей лишний шанс.
— Не спешите. Кучер будет ждать столько, сколько вам потребуется. — Она улыбнулась и легким движением поправила рукой прядку волос, нависшую над ее левым глазом. Какое-то странное чувство восхищения посетило меня, заставив сердце забиться сильнее. Я не понял, было ли это естественной реакцией моего организма или следствием некоего внешнего воздействия, но удержать на лице обычную рассеянную улыбку оказалось невероятно сложно.
Через десять минут я уже ехал в карете, размышляя о том, насколько смогу доверять новому доктору. Меня беспокоило собственное восприятие вроде бы невинных действий горничных. Подобное случалось со мной и раньше, но всего несколько раз. Хуже всего было то, что я не понимал, имеет ли такое поведение отношение к моему «ментальному расстройству» и соответственно насколько безопасно быть откровенным. Ведь почти наверняка новый личный доктор получает золото из того же кармана, что и предыдущий. Впрочем, меня ждала прогулка по городу, а все остальное можно было и отложить.
Лу Мелисанда Факаш, младшая наставница
Прогулка оказалась неожиданно приятной. Еще вчера Мелисанда думала, что ей придется, изображая из себя экскурсовода, таскаться по городу от дворца до храма Совершенства с обязательным посещением музея Битв, пройти мимо которого, похоже, не способен ни один мужчина, принадлежащий дому Крылатого Меча. Однако юноша ее удивил. От посещения дворца и музея он просто отказался, а посещение храма предложил перенести на другой день. В итоге они провели четыре часа, бродя по улицам, сидя в кафе и беседуя об архитектуре Солиано.
Еще лет двести назад был принят закон, ограничивающий высоту столичных построек четырьмя этажами, за исключением дворца и стратегических сооружений. Тот же закон обязывал соблюдать «красоту и чистоту внешнего вида зданий» под угрозой серьезных штрафов. Чуть позже утвержденное законом переросло в моду, и даже самые простые постройки обзавелись карнизами, барельефами, лепниной и прочими архитектурными излишествами. Ныне не украшенные ничем дома можно встретить лишь на дальней окраине — даже бойницы в городском арсенале имеют фигурные вырезы, а ангары для летающих кораблей «охраняют» статуи древних воинов. Про чистоту и упоминать не стоило: специальная бригада занимается мытьем общественных улиц и зданий, принадлежащих городу, в то время как об остальных постройках заботятся их хозяева. Солиано совсем не зря считался самым чистым городом империи. Это был ее город, место, в котором она жила, и Мелисанда рассказывала обо всем этом с затаенной гордостью.
Впрочем, где-то к концу третьего часа они перешли от архитектуры к обсуждению использования заклятий для работы фортификационных сооружений. И вот тогда Мелли понесло. Магия была ее страстью, и, увлекшись спором, она полностью забыла о разнице в положении между собой и оппонентом. Он поражал ее своим невежеством и одновременно своей осведомленностью. Он не знал элементарных вещей, но свободно оперировал терминами высшей магии и ссылался на неизвестные самой Мелисанде теории. Складывалось такое ощущение, что его совсем не учили, вместо этого запирая в хранилище с уровнем допуска «совершенно секретно».
— Ну как можно быть таким идиотом. — Мелли почти кричала, размахивая руками. — Даже если тебе удастся протолкнуть подобную конструкцию внутрь ячеистого купола, не потревожив его, Что уже само по себе бред, то это все равно ничего не даст. Заклятие будет настолько истощено, что никакого вреда причинить не сможет. Максимум, на что ему хватит сил, — связаться с другим заклятием. Причем исключительно на той стороне щита.
— А нам большего и не надо. — Абель улыбался, что раздражало ее еще сильнее. — Мы можем таким образом переслать несколько заклятий и заставить их соединиться в одно, уже вполне работоспособное.
— А ты представляешь, сколько потребуется энергии на такой комплекс заклятий? Не говоря уже о времени, необходимом на воспроизведение как минимум десятка различных, но способных к совместной работе структур. Да защиту подобного рода можно разбить с половиной имеющейся энергии и на порядок меньшими затратами времени. И ты все еще называешь подобную идею разумной? Ну же, ответь мне, господин гений. — Мелли уперла руки в бока, победно уставившись на юношу.
— Я согласен с твоими доводами, но…
— Какое еще «но»? — чуть не задохнулась от возмущения Мелисанда.
— Обычное «но». — Абель пожал плечами. — Иногда нужно не сломать защиту, привлекая к себе внимание, а просто что-то сделать. Скрытно. Вот в этом случае мой метод и должен помочь. Несмотря на то что он достаточно долгий и энергоемкий.
— Ну допустим, — начала медленно остывать Мелисанда. — Все равно, на мой взгляд, метод работать не будет, так как подобное заклятие просто не пройдет щит.
— Мы можем это проверить на практике. Тогда и вопросов больше не будет.
— Хочешь поспорить? — прищурилась Мелли. У нее появилась одна заманчивая идея.
— А на что?
— Как на что? Настоящий спор имеет только одну ставку — желание. — Только бы согласился. Все равно его идея не рабочая. Не с такими пробелами в образовании.
— Интересно, — пробормотал Абель. Он застыл на несколько секунд, словно что-то обдумывая. — Я согласен.
— Договорились! — Мелли ликовала. — Как только начнутся занятия, я смогу зарезервировать полигон. Так что не пройдет и двух недель, как мы узнаем, кто был прав! — Она широко улыбнулась, уже предвкушая победу.
— Две недели? — В голосе Абеля послышалось разочарование. — Слишком долго. Давай проверим сейчас.
— И где мы это сделаем? Полигоны закрыты.
— Ну и что? Да полным-полно домов, прикрытых подобными щитами. Поехали, я знаю, где можно попробовать.