Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Может быть угроза, которую вы несете, опосредована? Как бы шатки ваши предположения ни были, излагайте, Ирина Константиновна.

— Сейчас мы доподлинно знаем, что Никифор в Светлоярске, я видела его своими глазами. Какое-то время он скрывается, не показываясь родной матери, стало быть, он тоже желает оставить в тайне свое пребывание в городе. Покрутив в голове, я прихожу к выводу, что прячется он, чтобы не выдать Гаврилова.

— Выглядит правдоподобно, — признал Александр Павлович, и я продолжила:

— Предположим, что и связь его с Коробковым существует, чтобы продолжать поддерживать легенду, что Петр Генрихович все еще в Петербурге. Я своими глазами видела, как Никифор с Коробковым чем-то обменивались в хранилище. По моему разумению, служащий за определенную мзду перехватывал письма Ариадны Пантелеевны к сыну еще до отправки, чтобы они не вскрывали отсутствия Гаврилова в Петербурге. Или даже сам камердинер передавал через Коробкова письма Петра Генриховича к матери так, будто они пришли из столицы.

— Что ж, хитро и вполне могло случиться, — Белозерский перестал нависать над столом, отошел к книжному шкафу и облокотился плечом о его благородный дубовый бок, сложа руки на груди.

— Вот для выяснения этого обстоятельства и мне самой пригодятся те журналы, которые я просила вас предоставить для расследования вашего дела… Но даже если подтвердится вся неприглядность этого обмана, то наказание грозило лишь Коробкову за подлог. Не он же меня душил…

— А если предположить, что Никифор вас на почте все-таки видел? И решил устранить свидетеля подкупа? — подкинул идею Александр Павлович.

— И поэтому придумал меня удавить? — я засомневалась. — Не слишком ли сурово? Мог бы попытаться для начала запугать… Это как если бы очевидца кражи баранки пытались зарезать, чтобы он не выдал преступника. Несоразмерно. К тому же, эта версия не объясняет первого нападения…

— Постойте, — прервал меня Белозерский. — Вы зря исключаете из общей картины тот удар по голове. Вы не помните, где вы находились, когда это произошло, но если я вам покажу это место, вы узнать его сможете?

Я удивилась, но сразу представила и саму улицу, и наличник, чуть не оставивший мне шрам на лбу.

— Пожалуй, — согласилась я. — С большой вероятностью, что узнаю. Но как вы найдете это место, если я и сама вам сказать ничего не смогу?

— Ирина Константиновна, — улыбнулся князь, — у нас кажется пари. Как же мы с вами будем соперничать, если я открою вам все карты?

— Но я же открыла! — возмутилась я.

— И я не обману ваше доверие. Если следствие покажет, что ход ваших мыслей верен, то победа останется за вами. Свои предположения я вам расскажу, но не раньше, чем вы изложите свои.

— Тогда подведем итоги. Я сгораю от нетерпения услышать, что думаете вы.

— Какие скучные у вас желания, Ирина Константиновна. Знали бы вы, от чего сгораю я…

Глава 32.2

— Если это не служебное рвение, то мне знать тонкости не обязательно, — отбрила я. — Сгорайте себе на здоровье.

Право слово, князь не оставляет попыток меня смутить. И чем упорнее я отказываюсь смущаться, тем ему интереснее. Наверняка в великосветских салонах он себе подобного не позволяет. Хотя… Я так и не дала ему пощечину, а ведь Белозерский неоднократно заслужил. Что мне мешало? Понимание, что его дерзость — это не способ оскорбить, а вызов на словесную дуэль? Или его проклятое обаяние?

— Как вы черствы, Ирина Константиновна, — наигранно вздохнул Александр Павлович.

— Вы обещали версию, князь, — напомнила я, заподозрив, что он опять увиливает.

— Обещал — исполняю, — лукавый блеск в глазах Белозерского исчез. — Отдаю вам должное, вы отменный сыщик, Ирина Константиновна, пусть часть ниточек сама легла в ваши руки случайным образом и благодаря стечению обстоятельств, а не в результате усилий. Однако это не отменяет того мастерства, с которым вы распорядились полученными сведениями. Более того, мне самому взять их было бы неоткуда. Так что здесь вы меня обошли… — Александр Павлович на мгновение сбился с мысли, — вы так улыбаетесь, Ирина Константиновна… Жаль не мне.

Я спохватилась: комплимент Белозерского меня излишне порадовал, и это отразилось на лице.

— А вы перестаньте ходить вокруг да около, и расскажите мне то, чего я не знаю. Вдруг мне понравится, — предложила я, неожиданно смутившись мечтательной нотке в голосе князя.

Белозерский, наконец, перестал давить на меня фактурой, придвинул стул и сел напротив, приготовившись излагать.

— Что ж, начнем с того, что оба нападения на вас, по-моему, не одинаковы.

— Способ определенно был разным, — согласилась я, подавив желание коснуться горла.

— Нет, речь о мотиве. Все говорит о том, что в первый раз вас убивать не собирались. Скорее, хотели что-то предотвратить, таким варварским способом выведя вас из игры в конкретном эпизоде.

— Вы так считаете? — изумилась я.

— Да, я так считаю. Это никоим образом не смягчает обстоятельств нападения. Оно могло иметь трагические последствия, однако я думаю, что в тот момент Никифор, если ваши воспоминания о сапогах верны, пытался вас отвлечь от чего-то, не раскрывая себя. Самым простым и быстрым средством был удар со спины. Вы упоминали, что какое-то время еще были в сознании, но преступник не попытался причинить вам более серьезного вреда, а просто скрылся.

— Выходит, я застала Никифора за каким-то делом? — принялась размышлять я на эту тему, чувствуя досаду, что самой мне в голову подобная идея не пришла, а я ведь долго пыталась понять, кому могла помешать такая серая мышь, как Басаргина. То, что она оказалась случайной свидетельницей, могло все объяснить.

— Если бы застали, боюсь, вы не отделались бы так легко, — покачал головой князь, и в углах его рта пролегли жесткие складки. — Я бы предположил, что вы были в одном шаге от того, чтобы действительно что-то увидеть. И раз Никифора вы в тот момент не заметили, ему проще было бы скрыться, однако пошел на подлость. Значит, дело было не в нем. Кого он мог бы защищать? Скрывать от вашего внимания?

— Петра Генриховича, — выдохнула я. — Если моя догадка верна, а она подтвердится, только когда его найдут или поймают Никифора, и Гаврилов в Светлоярск прибыл в середине января, то выходит, что именно его я не должна была увидеть в том месте…

Выглядело до отвращения правдоподобно и убедительно.

— Даже если до того, вы с Гавриловым не встречались, то рано или поздно вам пришлось бы столкнуться. И вот тогда вы могли бы вспомнить лишнего, — согласился князь. — Это мой первый вывод. Позвольте, я буду, не как вы, плести сюжет, а пойду другим путем. Не от характеров к событиям, а от фактов к связям, — снова напомнил мне о моей методе Александр Павлович, показывая, что он ничего не забыл.

— Как вам будет угодно, — буркнула я. — Надеюсь, сомнений в намерениях Никифора при втором нападении у вас нет?

— Ни малейших сомнений, — линии рта князя стала еще жестче. — И это указывает на то, что ставки возросли, что-то изменилось. Скажите, хорошо ли вы знаете этого Никифора. Предан ли он настолько душой своему хозяину, чтоб пойти на убийство?

Я растерялась.

— Совсем плохо знаю. Он отбыл с Гавриловым в Петербург до того, как я приехала в Светлоярск. Бывал у матери наездами или привозил что-то по поручению Петра Генриховича, наше с ним общение ограничивалось парой фраз да кивком головы. Ни разу дольше недели в доме не задержался. Но… — я замялась.

— Но? — подтолкнул меня к продолжению Белозерский.

— Это голословные утверждения, однако Никифор не производил впечатления преданного человека. Мне даже показалось, избыточного пиетета в его словах о Гаврилове не было.

— Стало быть, ради хозяина душегубствовать не стал бы. Выходит, самому Никифору вы стали угрозой.

— Ради бога, Александр Павлович! Да кому я могу угрожать? — поразилась я.

— Моему спокойствию, например, но сейчас не об этом. Вы рассказывали, что после того знаменательного дня, когда мы впервые встретились, а вы заметили Никифора и Коробкова в хранилище, вы видели первого из них еще однажды возле почтамта. Как раз в то время второй отсутствовал. А затем и наш трефовый валет перестал появляться, ровно с предполагаемого момента смерти Коробкова. Что дает нам основание выдвигать предположения, что эти события связаны. И на месте Никифора я бы не желал, чтобы об это связи кто-то знал, тем паче, что и присутствие свое в городе он скрывал достаточно усердно, стараясь не попасть на глаза знакомым.

41
{"b":"982689","o":1}