- Подождите здесь, - сказал недл, открывая дверь и предлагая валинкарцам располагаться в комнате для гостей. Феронд хорошо помнил это помещение – здесь в прошлый раз проживал Лайгон. Но для мага это помещение ничего не значило. Он зашёл в него вслед за Ферондом и не позволил недлам закрыть дверь. Те удивлённо воззрились на него своими голубыми глазищами со странными зрачками в форме полумесяцев.

- Мой брат не любит замкнутых пространств, - миролюбиво пояснил Феронд. – Мы из Валинкара, и там в каждом помещении есть окна… - он посмотрел на недлов и попросил: - Оставьте открытой дверь…

Те спорить не стали и пошли куда-то дальше по коридору.

- Феронд… - усмехнувшись, покачал головой маг. – Ты когда-нибудь прекратишь стремиться быть приятным для всех?

- Давно уже прекратил, если ты не заметил, - отозвался мужчина, присаживаясь на стул. – Потому что не получается нравиться кому-либо, когда противен сам себе.

Маг оглядел хмурого запущенного валинкарца и спросил с лёгкой издёвкой:

- Ты не пробовал мыться, стричься или носить чистую одежду? Может, валинкарцы бы к тебе потянулись?

Феронд глянул на него и вздохнул. Легко было говорить магу, который пока ничего не знал. Феронд боялся представить, какой будет его реакция на открывшуюся правду. И потому потупил взгляд, переводя его в пол. Маг подумал, что это начинает надоедать. Он пришёл в Валинкар не для того, чтобы разбираться в проблемах и душевных терзаниях своего брата, но тот всем своим видом, поведением и словами провоцировал на это. Лайгон решил не поддаваться, зная, что всё равно правды ему так просто не скажут.

Он подошёл к столу и уселся на него, разглядывая комнату. Действительно, отсутствие окон несколько угнетало, но не удивляло: Лайгон много путешествовал по мирам и чего только не встречал. Продолжая изучать помещение, маг отметил, что мебель в комнате была не новая, но добротная. Деревянные стулья, стол, резная кровать, двустворчатый шкаф, расставленные на полках каменные статуэтки, изображающие животных и птиц.

Маг услышал шаги издалека и перевёл взгляд на дверной проём. Вскоре в нём показался мужчина, весьма похожий на валинкарца, с тёмными, местами поседевшими волосами до плеч и приветливыми светло-карими глазами.

- Вы искали меня? – спросил он у гостей. Лайгон посмотрел на брата, предоставляя ему возможность начать разговор.

Феронд встал и, приложив правую руку к груди, слегка поклонился в приветствии. Аринго ответил ему тем же, а маг наблюдал за ними, продолжая восседать на столе и ждать, что будет дальше.

- Мы пришли к тебе… потому что однажды мы уже встречались… Я знаю, что ни ты, ни мой брат, - он кивнул в сторону Лайгона, - не можете помнить этого, но, тем не менее, мне известно многое… и… - он замолк и безнадёжно покачал головой, понимая, насколько нелепо звучит всё, что он говорит.

Аринго подошёл ближе к нему и всматривался в незнакомое лицо. Феронд ненадолго закрыл глаза, а после посмотрел на Аринго. Мужчина не узнавал валинкарца, и этому не следовало удивляться. Хотя бы принял мирно, и на том спасибо.

- Как твоё имя? – поинтересовался Аринго, пристально вглядываясь в гостя в надежде припомнить его, хоть ранее гость и сказал, что это невозможно.

- Феронд, - ответил валинкарец. – Однажды ты и твой народ спасли нам жизнь…

Маг приподнял брови, поражаясь тому, как много последнее время его брат говорил несусветных вещей, но промолчал, с интересом глядя за реакцией собеседника Феронда. Тот был удивлён и некоторое время молча продолжал разглядывать валинкарца.

- Зачем же вы снова пришли? Вам нужна защита? – предположил Аринго.

Маг не сдержал смешок. Да, учитывая внешний вид Феронда, версия была правдоподобной. Такому потрёпанному субъекту могла понадобиться помощь и защита. Лайгон заметил, как Феронд глянул на него с немым укором, и примирительно улыбнулся ему, но тот быстро перевёл взгляд обратно на Аринго.

- Ты показывал нам свою лабораторию, - прямо сказал Феронд, огорошив собеседника этим заявлением. - У тебя есть снадобья, чтобы делиться впечатлениями… - продолжил валинкарец. - Если ты позволишь воспользоваться ими, то всё поймёшь…

Лайгон не знал, кто из них двоих - он или Аринго – поражён больше. Кажется, Аринго, поскольку маг уже немного попривык к тому, что его брат сегодня чудит.

- И я тоже всё пойму? – уточнил Лайгон у него на всякий случай.

- И ты поймёшь, - кивнул Феронд и тихо добавил: - Всё объяснится…

Аринго посмотрел на потрёпанного собеседника, потом глянул на ухоженного озадаченного Лайгона и пришёл к выводу, что стоит поверить Феронду. Он действительно смотрелся довольно-таки жалким, и при взгляде на него в первую очередь бросалась в глаза не запущенная внешность и несвежая одежда, а отрешённость и боль во взгляде. Он смотрел на Аринго с надеждой, поскольку не представлял, как рассказать брату обо всём словами. Феронд понимал, что от этого воспоминания Аринго не будет толку, осознавал, что это нужно лишь ему самому, потому что в силу собственной слабости он не мог решиться поговорить с магом.

- Хорошо, - согласился Аринго, желая помочь этому валинкарцу. – Но я пока не создал универсальное снадобье. Так что придётся выбирать: изображение, звук, запахи…

- Изображение, - не стал слушать дальше Феронд. – Вы будете чувствовать то, что чувствовал я и видеть происходящее моими глазами?

- Да, именно так всё и будет, - кивнул Аринго. –  Только если воспоминание слишком большое, лучше выделить ключевые моменты и показать их, потому что иначе оно будет не в реальном времени, и мы не будем успевать воспринимать информацию… И учитывай, что без звуков мы мало поймём суть… Можно будет после этого поделиться слуховым воспоминанием…

- Вряд ли мне позволят… - пробормотал Феронд, предполагая, что Лайгону хватит и увиденного, чтобы примерно понять всё, что произошло на самом деле.

Аринго посмотрел на него с сочувствием и пригласил следовать за ним. Феронд отлично помнил путь к лаборатории, хоть и бывал в ней лишь однажды. Знакомая дверь с резными узорами и картинками отворилась перед ними, и Аринго зажёг факел, от которого по цепочке и под действием магии зажглись остальные. Лайгон пробежал взглядом по полочкам и расположился в кресле, не дожидаясь приглашения. Он сел, закинув ногу на ногу, и наблюдал за тем, как Феронд тревожно смотрит на него. Маг нахмурился. Это взгляд начинал нервировать его.

Пока Аринго отыскивал необходимую колбу, Феронд вспоминал своё прошлое посещение лаборатории. Он давно не чуял запаха, который однажды вспоминал здесь, но счёл время не уместным для того, чтобы просить у Аринго зелье, хотя снова ощутить присутствие покинувшего его спутника хотелось, пусть ненадолго и не по-настоящему.

Лайгон начинал строить неправдоподобные гипотезы относительно этой лаборатории, но счёл, что для столь сильного мага она не должна быть опасной, и потому остался сидеть на месте. Ему казалось, что сейчас выяснится, что просто часть памяти была стёрта в этой самой лаборатории. Такое могло быть, ведь когда-то Лайгон был слаб и не мог противостоять всяким снадобьям и влиянию на сознание.

- Я удивлюсь? – поинтересовался он у Феронда словно между прочим.

- Не знаю… - пробормотал он и честно предупредил: - Одно скажу точно – ты возненавидишь меня.

- Опять? – усмехнулся маг. – Что ж, нам ведь с тобой не привыкать к этому, верно?

- Не верно… Я так и не смог к этому привыкнуть, - ответил Феронд, и Аринго протянул ему колбу с бледно-серебристой жидкостью. – Пока мы не начали… - он взял колбу в руки, не решаясь открыть. – Лайгон… знай: я всегда хотел быть твоим другом… - он посмотрел в глаза мага, и тот фыркнул, отвернувшись.

Магу не нравилось то, что происходило с Ферондом. Он не мог найти этому объяснение, но чувствовал, что ещё немного, и он тоже проникнется к нему сочувствием и состраданием.

- Давай уже, пей! – поторопил Лайгон. – Сколько можно ныть!

Феронд кивнул. Действительно, всё, что он в последнее время говорил брату, смахивало на нытьё и наверняка раздражало мага. Феронд постарался припомнить что-то мирное, чтобы показать Лайгону, какими были их отношения раньше. Феронд надеялся, что где-то в глубине души маг помнит те давние времена, а это воспоминание лишь поможет ему понять, как дороги были эти моменты его брату. Феронд собрался с мыслями, воскрешая в памяти их непринуждённое общение за ужинами, и снял крышку с колбы. Последний раз он взглянул на любопытствующего не озлобленного мага, мысленно попрощался с ним, закрыл глаза и глотнул вяжущую язык жидкость. Лайгон и Аринго тоже закрыли глаза, чтобы видеть то, что вспоминал Феронд. Это не требовалось, поскольку вспоминать образы можно и с открытыми глазами, но всё же так было проще сосредоточиться.