- Приклад должен упираться в плечо, - она руками помогла Феронду понять, как это должно выглядеть. - Держи двумя руками и крепко... Отдача сильная. Перезаряжается автоматически. А так это несложно.
Сама Мика достала бластер и держала его наготове, однако стрелять не собиралась. Валинкарец постарался прицелиться, но толку из этого получилось мало: выпущенные пули не нашли свою цель, лишь спугнули каарксов, которые тут же принялись перегруппировываться. Феронд понял, что стрелять бесполезно, глядя, как враги ловко то исчезают, то появляются в немного другом месте.
- Давай наверх, - скомандовала друидка, и Феронд поспешил за ней.
Она ловко вскарабкалась на дерево, и валинкарец, закинув винтовку на плечо, тоже легко оказался на одной из толстых нижних веток. Листва на дереве была молодая, но уже вполне заметная, так что был шанс, что враги не сразу заметят сидящих в ветвях пришельцев.
- Так, сидим тихо, - сказала Мика. - Каарксы редко смотрят вверх, так что нас не должны заметить...
- Вы всегда так делаете? - чувствуя себя странно от того, что сидит на дереве в разгар битвы, осведомился Феронд.
- Нет. Первый раз, - ответила девушка и он недоумённо посмотрел на неё, на что она улыбнулась: - Я впервые пользуюсь ореливиевой йишилью, а этот металл делает йишиль неподвластной магии. Обычно мы накидывали её на каарксов путём телекинеза. Или с помощью рогатки, только на этой планетке немного другие поля, и техника лерриков здесь даёт сбои.
Феронд понимающе кивнул, и больше ни о чём не спрашивал, полностью полагаясь на знания Мики. Мужчина смотрел, как вдалеке бегают люди, отстреливаются от каарксов, а те, в свою очередь, нападают на них всем скопом, не отвлекаясь на то, что их обстреливают с других сторон. Эти обезьяноподобные твари успевали ловко телепортироваться с одного места на другое, едва убивали того, на кого наваливались. Они действовали методично, и их было трудно сбить с толку. Феронд не знал, долго ли придётся сидеть, поскольку каарксы как-то не стремились подходить к дереву и сбиваться в стайку прямо под кроной.
Зато вокруг продолжалось сражение, и при том получалось весьма скверно: люди обходили дерево, и за ними наступали каарксы. Дерево, на котором засели Феронд и Мика, оказывалось в центре событий, хоть пока это и не очень отражалось на их безопасности. И всё же валинкарец мог теперь точно сказать, что к магфлугу так просто будет не пробраться, поскольку именно в ту сторону и переместились воюющие люди и каарксы. В который раз мужчина посмотрел на друидку и покачал головой: она снова предложила глупый план, начиная с того, что не стоило пугать каарксов и заканчивая тем, что не стоило влезать на дерево. Сама девушка, наблюдая за происходящим, не считала всё это своим поражением.
- Надо подманить их, - констатировала Мика, доставая бластер.
- Но нам некуда отступать, - заметил Феронд.
- Это ничего. Каарксы ужасно пугаются того, чего не понимают. Йишиль, смявшая их товарищей, обескуражит их.
Мужчина спорить не стал, полагая, что теперь уже хуже не будет. Да и как-то в его сознании ещё теплилась надежда, будто Мика знает, что делает. Она всё-таки давно сражается с каарксами и при этом до сих пор жива. Это внушало некоторую уверенность в том, что всё происходящее, несмотря на видимость обратного, идёт по плану.
Феронд выстрелил первый раз, попав в мохнатую шею противника, несмотря на то, что тот располагался достаточно далеко. Валинкарец и сам подивился своей неожиданной меткости. Кааркс выгнулся и распахнул пасть в крике, однако из-за общего шума до валинкарца звук не долетел, а, может, его и вовсе не было. Рана получилась не смертельная, и Феронд продолжил стрелять. Это оказалось весьма захватывающим и интересным занятием, хотя противники постоянно перемещались.
У Мики дела шли лучше, поскольку её оружие было более быстрым, и не требовалось долго прицеливаться, да и каарксы, которых девушка выбрала своей целью, не сразу обнаружили источник энергетических лучей, и за это время троих противников удалось уничтожить. Умирали эти создания странно. Не корчились, а спокойно вытягивались во весь рост на земле и замирали. А вот на ранения реагировали весьма агрессивно. Однако больше никого Феронду зацепить не удалось, кроме того, в которого он случайно попал при первом выстреле. Каарксы принялись перемещаться посредством телепортации в ускоренном темпе. Мужчина поглядел на неподвижно лежащего мёртвого врага с интересом, даже прищурился, чтобы лучше разглядеть.
- Они что, не мучаются? – спросил Феронд у Мики.
Девушка ни на секунду не отвлекалась от попыток попасть в противников, но на вопрос ответила:
- Не знаю, но, похоже, у них принято умирать именно так. Если они чувствуют, что рана смертельная, то прекращают биться и вот так ложатся в ожидании смерти. Они словно обижаются, что их убили, и теряют интерес к бою.
Оставалось ждать и забираться на дерево выше, чтобы не так просто было достать их. Когда каарксов под деревом столпилось достаточно много – семь особей, и все они, не переставая, стреляли, едва успевая перезаряжать свои оружия, Мика вытащила из заплечного мешка круглый шар. Ударив им о дерево, она швырнула его вниз. Каарксы принялись палить по раскрывающемуся шару. Тот беззвучно трансформировался, причём так быстро, что Феронд даже не успел понять, как расколотый надвое шар превратился в плотную серую ткань с проблесками ультрамарина. Противники явно предприняли попытку ретироваться, но ореливий не позволил им телепортироваться. Мика улыбалась, глядя на происходящее. Ткань облепила всех семерых каарксов и принялась сжимать. Феронд поморщился от воплей и отвратительного звука ломающихся костей. Вопли, впрочем, стихли быстро, но йишиль продолжила сжиматься, и звуки стали ещё омерзительнее. Девушка закрыла ладошками уши, а валинкарец неотрывно смотрел, как ткань продолжает сжиматься. Но в какой-то момент сжатие прекратилось, и йишиль осталась неподвижно лежать на груде измятой плоти. Феронд смотрел на неё с ужасом и отвращением. Мика отняла ладони от ушей и призналась:
- Наверно, никогда не привыкну. Каждый раз воротит, - она достала из кармашка на своём жилете какую-то не то таблетку, не то конфету и протянула валинкарцу: - На, очень вкусная, и помогает избавиться от тошноты.
Феронд не ощущал тошноты, ему было просто противно, и это было скорее эмоциональное состояние, а не физическое. Поэтому он отрицательно помотал головой. Девушка пожала плечами и положила в рот конфету.
Пули продолжали лететь в дерево, но больше никто не приближался. Девушка оказалась права: действие йишили впечатлило каарксов.
- Знаешь, что самое паршивое? – спросила Мика, и мужчина отрицательно покачал головой. – Что ореливий очень ценен для нас, и потому йишиль нужно забрать. Её придётся расстелить на земле и сложить хоть как-нибудь, чтобы потом леррики привели её в порядок и собрали обратно в шар. Это можно сделать и самим, но я никогда не делала этого… И вообще… мне…
Феронд понимающе кивнул. Ему самому не очень хотелось смотреть на то, что осталось от сжатых и переломанных каарксов.
- Я всё сделаю, - вздохнул он, хотя не было ни малейшего желания ни прикасаться к йишили, ни лезть под пули.
- Погоди, - остановила его девушка, схватив за руку. - Скоро каарксы про нас забудут и продолжат убивать противников по прежней схеме. Тогда можно будет спокойно спуститься и забрать йишиль. Мы редко пользуемся ей в бою, зато, когда каарксы спят, это незаменимое оружие. Тем более, спят они обычно рядом друг с другом, так что одной йишилью можно уничтожить до десятка противников.
- Как вы подкрадываетесь? – поинтересовался валинкарец.
- Мы друиды, - улыбнулась Мика. - Лес – наш друг, и он помогает нам. В нём мы бесшумны, он скрывает все наши шаги и шорохи, когда это необходимо.
- Вы похожи на эльфов?
- Нет, - помотала головой девушка. - Эльфы – они дети леса, а мы просто его друзья. Они рождены в гармонии с природой, мы же сами пришли к этой гармонии и взаимопониманию. Эльф не может не любить лес и не может не слышать его, а друид может, если не хочет учиться этому и не открывает своё сердце окружающему миру.
