Тукна особенно быстро понял новую систему. Он ходил между рабочими, почти не вмешивался в движения и только переставлял заготовки, если человек начинал путать стадии. В работе было особенно хорошо видно, за что Тукна когда-то получил своё имя. Тукна не мог придумать новый производственный процесс, зато прекрасно запоминал уже показанный порядок и замечал, где люди начинают его нарушать.

Шлемы мы тоже упростили до уровня, который можно было повторять сериями. Сплошной бронзовый купол требовал слишком много металла и хорошей ковки. Вместо него на кожаную основу ставили шесть выгнутых треугольных пластин. Три металлических обруча стягивали их вокруг головы. Если одна пластина трескалась, её можно было заменить отдельно. Наверху закрепляли перья или высокий султан. В бою он не защищал, зато человек казался выше, а своих командиров было видно издалека.

Первые недели прошли без нападения. Это беспокоило Вождя сильнее, чем постоянные разведчики. Сын Голоса потерял несколько групп и выработку, но не приходил. Значит, либо собирал людей, либо уже действовал так, что мы этого не видели.

На двадцать первый день одна охотничья десятка не вернулась. К вечеру Вождь остановил новые плавки, раздал всё готовое оружие и снял часть людей со строительства. Ночевали за стенами, не разводя лишних огней. Я ожидал нападения перед рассветом. Вместо этого утром на дальнем склоне появилась толпа, от которой первые сторожа начали кричать тревогу.

Людей было слишком много для боевого отряда и двигались они слишком медленно. Через несколько минут я увидел женщин, детей, стариков и понял раньше Вождя, что произошло. Гонцы не привели несколько бойцов. Они привели шесть групп целиком.

Вождь смотрел на приближающуюся массу и медленно растирал ладонью лоб. Рядом со мной стоял Тукна. Он тоже понял, что хозяин недоволен, и осторожно отошёл на несколько шагов.

— Я сказал привести людей, — произнёс Вождь.

— Они именно это и сделали: привели к тебе людей.

— Мне нужны были сильные мужчины, а не шесть групп целиком.

— Ты показал гонцам, что привести нужно именно мужчин?

Он молчал достаточно долго, потом признал: — Нет, этого я им не показал.

— Тогда они всё поняли правильно и выполнили именно то, что услышали.

Вождь выдохнул, потом неожиданно рассмеялся. Наказывать гонцов он не стал: на этот раз ошибся именно он. Более того, почти сразу выяснилось, что пропавшая охотничья десятка просто встретила эти группы и пошла вместе с ними. Ни один человек не счёл нужным вернуться на день раньше только ради сообщения.

В шести группах было примерно полторы сотни взрослых и много детей. Сильных мужчин среди них оказалось лишь несколько десятков, зато женщины и подростки мгновенно закрыли нашу главную проблему с простыми земляными работами. Канал стал расти в несколько раз быстрее. Камень к стене теперь носили непрерывно. Кто-то копал ров, кто-то таскал воду, кто-то собирал топливо. Из неожиданной ошибки получалось очень полезное подкрепление.

Потом я увидел Токбумаа. Отец шёл медленно, опираясь на копьё, но отказался от руки Топтрра. За ним двигались Тикна, Тррна и Попиик. Ккток увидел меня первым и побежал так быстро, что дважды упал. Я поймал его уже у стены. Через несколько мгновений рядом оказались остальные дети, и всё, что происходило в предыдущие недели, временно потеряло значение.

Вождь тоже перестал смотреть на строительство. Из толпы вышла невысокая старая женщина с седыми волосами и тяжёлой походкой. Мать-Кость — Мааклок была его матерью. Имя закрепилось за ней из-за возраста и необычно крепкого сложения: даже теперь руки и плечи оставались сильнее, чем у многих женщин вдвое моложе. Она подошла к сыну, осмотрела доспех, корону, стену, потом ударила его ладонью по плечу и заставила наклониться, чтобы проверить старый шрам на голове. Вождь, которого десятки вооружённых мужчин боялись перебивать, терпел осмотр молча.

Следом появилась его жена Плод-Рука — Попна. Она получила имя за привычку возвращаться со сбора с полной корзиной и ещё в молодости лучше других распределяла пищу между детьми. Сейчас Попна несла плоскую корзину с мясом и сразу попыталась накормить мужа. Вождь откусил кусок на ходу, показал, что должен проверить канал, и ушёл. Попна пошла за ним. Через полчаса я увидел их возле стены: Вождь спорил с рабочими, жена стояла рядом с той же корзиной и ждала, когда он снова обратит на неё внимание.

Младшая дочь Вождя, Глаз-Нога — Ииктоп, почти всё время держалась рядом с отцом и старательно повторяла его движения. Именно за эту привычку смотреть, идти следом и копировать взрослого она получила имя. В один из дней Ииктоп исчезла из поля зрения взрослых. Нашли её в слишком большом экспериментальном шлеме. Шлем сполз на нос, высокий султан качался над головой, а девочка ходила между детьми, копируя широкую походку отца. Несколько младших сначала отступили от непривычно высокой фигуры, и Вождь заметил их реакцию раньше, чем начал смеяться.

— Слишком высокий, — сказал он, снимая шлем с дочери. — Если султан цепляется за ветки, он будет мешать. Но дети заметили высоту сразу и сначала отступили.

Мы укоротили султаны так, чтобы они увеличивали рост, но не превращались в ловушку. Ииктоп потребовала вернуть ей шлем. Вождь вечером сделал ей маленькую кожаную основу и закрепил несколько коротких перьев. Девочка носила её потом почти каждый день.

Мааклок на второй день после прихода позвала сына и показала на воду. Вождь, не отрываясь от разговора со мной, подозвал ближайшего бету и отправил его с сосудом. Мааклок посмотрела на бету, потом на Вождя и ударила сына по затылку. После этого повторила жест: вода нужна ей от него. Несколько бет рядом старательно смотрели в другую сторону. Вождь замолчал, взял сосуд и сам пошёл к каналу.

— Великий правитель пятнадцати групп, — сказал я, когда он вернулся.

— Попробуй объяснить Мааклок, что великий правитель не носит воду.

— Я даже пробовать не хочу. После первой попытки уже понятно, чем это закончится.

Он хмыкнул и отдал Мааклок полный сосуд. Она попробовала воду, одобрительно кивнула и больше ничего не потребовала. Для неё власть сына заканчивалась там, где начиналось простое семейное распоряжение.

Ещё одна полезная вещь появилась из детской игры. Натикам и Иикпоп таскали из мастерской куски охры, угля и светлой глины. Я уже собирался отогнать их, когда увидел, что на трёх одинаковых корзинах появились разные пятна. Работники перестали путать их почти сразу. Вождь тоже обратил на это внимание. На следующий день сырьё для разных операций начали отмечать цветом. Красная корзина шла к красному знаку, белая — к белому, чёрная — к чёрному. Смысл инструкции теперь можно было понять, не удерживая в голове несколько жестов.

За следующие две недели лагерь изменился сильнее, чем за первые три. Внешняя стена выросла почти до двух метров. Перед ней углубили ров примерно на метр и заполнили водой из уже законченного канала. Две деревянные вышки поднялись выше стены; на них заранее сложили камни. Третью строили, брёвна для четвёртой лежали рядом. Женщин научили одной задаче: в случае нападения подняться наверх, втянуть лестницы и бросать камни вниз. Сложнее им было не нужно.

Металлургический двор работал почти без остановки. Несколько печей позволяли плавить партии параллельно. Готовых бронзовых наконечников стало достаточно для всех боеспособных мужчин. Беты получили нагрудники и секционные шлемы. Мне Вождь выделил металл на собственную защиту. Я сделал наголенники, наручи и двухслойный шлем, в котором стыки наружных пластин перекрывались внутренними. Получилось тяжелее массового варианта, зато случайный удар в щель уже не попадал прямо в голову.

К концу тридцать шестого дня после захвата меди у нас был не временный лагерь, а укреплённая производственная база, которую несколько сотен обычных людей не могли взять простой атакой. Именно тогда охотники привели первых новых людей Сына Голоса.

Часть IV