– Убить своего мужа? – любезно подсказал король. Анарбере хотелось вскочить и ударить его. А еще лучше расцарапать его наглое лицо. Но ей приходилось сидеть спокойно, делая вид, что она ошеломлена от таких новостей. – Да, она сделала это.

Анарбера распахнула глаза, изображая сильное удивление.

– Боже мой, – выдохнула она и, вскинув руки, прижала их к груди. – Какой ужас. Я совсем не знала об этом.

– Действительно? – поинтересовался король и под нервным взглядом Анарберы достал еще один листок. – Многие любят сохранять письма и вести дневник, – добавил он и усмехнулся. – Иногда это очень удобно.

– Я сделала это, – зачитал он после того, как оторвал насмешливый взгляд от лица Анарберы. – Его любовь ко мне была чудовищной. Он не гнушался ничем, чтобы сделать меня своей, не спрашивая при этом моего на то желания. С годами я смирилась, но потом один человек, моя дорогая подруга, сказала, что я не должна этого делать. Она была права. Он должен был ответить за все. И вот сегодня… Надеюсь, Господь простит меня. Я хотела лишь свободы.

Дочитав, король как-то задумчиво посмотрел на лист в своей руке. Кажется, его что-то внезапно обеспокоило, но Анарбера едва ли обратила на это внимание. Она была готова разорвать идиотку, которая посмела вылить все свои мысли на бумагу вместо того, чтобы навечно похоронить их вместе с собой в разуме.

– Что вы хотите сказать, ваше величество? – спросила она.

Король поднял на нее взгляд.

– Судя по другим записям, которые остались после второй жены моего отца, именно вы были той самой подругой, которая не только убедила ее убить своего мужа, но и предоставила оружие – сок определенного растения.

– Чушь! – мгновенно открестилась Анарбера, ощущая, как ее трясло.

Она не могла поверить, что дикарю удалось узнать даже об этом. А ведь они обыскали покои Мелисандры! Откуда он вытащил эти письма и дневник?!

– И знаете, что интересно? Когда она через некоторое время последовала за своим мужем, конечно же, от горя, вы находились в замке.

– Бывать при дворе не запрещено!

– За матерью вскоре от «несчастного случая на охоте» последовал и Айсграм, получивший в свое время хорошее образование, – продолжил он, не слушая никаких оправданий. – Это было неудобно.

– Что за намеки?! – В голосе Анарберы появились истерические нотки. Даже ее хладнокровие не могло вынести такого давления.

– Намеки? Нет, вы что-то не поняли, леди Вальдрог. Я не намекаю, а говорю прямо, что именно вы повинны в смерти всей моей семьи, – ледяным голосом произнес он. – И у меня есть этому доказательства.

– Но… – Анарбера почти задыхалась. Зрение по краям потемнело. Она ощутила тошноту. Ей нужно было придумать аргумент, который мог доказать, что она ничего подобного не делала. – Вижу, вы верите бредням, которые могла написать страдающая от безделья Мелисандра. Если… я действительно чудовище, которым вы пытаетесь меня выставить, то почему вы сами еще живы? – задала она вопрос, который, как ей виделось, должен был перечеркнуть всю теорию короля.

Эта мысль показалась Анарбере настолько удачной, что она даже слегка расслабилась.

– Кажется, для ваших планов я был более подходящим вариантом, – хмыкнул Хальстенмар, глядя ей прямо в глаза. – Неграмотный северный варвар, которого легко можно было обмануть. Удобный кандидат, не так ли?

Анарбера не выдержала и поднялась на ноги. Эмоции душили ее, отчего она никак не могла взять себя в руки.

Ей казалось, что она обо всем позаботилась. Все было тщательно проверено и скрыто. Но этому дикарю каким-то образом удалось что-то узнать.

Проклятая Мелисандра!

В такие моменты Анарбера жалела, что не может убить человека дважды за его или ее глупость и бесполезность.

– Кажется, вам передалось безумие королевы Мелисандры! – громче, чем следовало, бросила она, отворачиваясь.

– Осторожнее, – посоветовал король с угрозой в голосе. – Не забывайте, с кем говорите.

Анарбера стиснула зубы. В ее глазах вспыхнула ярость. С момента, когда ей сказали, что ее судьба стать королевой, она ненавидела, когда кто-то смел разговаривать с ней в таком тоне.

– Прошу прощения, ваше величество, – несмотря на желание разорвать ненавистного человека, повинилась она. – Но вы должны меня понять. Ваши речи наполнены абсурдом. Вы обвиняете меня в страшных вещах, имея на руках лишь догадки и какие-то бумажки, которые можно легко подделать.

Ей очень хотелось выхватить листы из рук короля и сжечь их, но она понимала, что у нее ничего не получится. Варвар был несоизмеримо сильнее.

– Вы не хуже меня знаете, что порой и меньшего достаточно.

О, она прекрасно понимала. Когда высший свет хотел чьей-то крови, то они вполне могли ухватиться даже за простой оговор без каких-либо доказательств.

– Вы не можете меня судить! – крикнула она, резко повернувшись к нему лицом.

Король выглядел так, будто они говорили не о преступлениях, а о погоде. Это только еще больше выводило ее из себя. Невыносимо хотелось стереть это самодовольство с его лица!

Ей нужно было успокоиться.

Анарбера пару раз вздохнула, пытаясь вернуть утраченное равновесие. Она была выше этого. Ей не следовало позволять королю управлять ее эмоциями. Волнение могло сыграть с ней злую шутку.

– Высший свет не примет подобных доказательств, – дрожащим голосом произнесла она, стараясь придать голосу уверенности.

Собственные слова немного успокоили ее, ведь в них имелся смысл.

Она долгие годы собирала «секреты» благородных домов Элендора. Если они позволят ее осудить, она не станет молчать! И те знали об этом.

Король правил всего пару лет. Этого времени было мало, чтобы обрести надежных союзников. Единственные, кто его поддерживал – это люди, которых он привел с собой с севера. У тех власти было еще меньше, чем у самого короля.

Судя по тому, что разговор проходил за закрытыми дверями, Хальстенмар и сам прекрасно осознавал, что суд над ней вызовет переполох среди знати. Из-за этого трон под ним может зашататься.

Кажется, он не был настолько беспросветно глуп, как она думала изначально.

– Я не собирался вас судить, – заверил король, возвращая Анарберу из собственных хаотичных мыслей.

– Что? – спросила она, не понимая, зачем тогда он вообще затеял этот разговор.

– Вы отправитесь в монастырь, как и было сказано ранее. И проведете там свои последние дни, – пояснил он.

Анарбера не собиралась спорить с этим решением. Она и сама стремилась как можно скорее выбраться из столицы, чтобы вновь обрести контроль над своей свободой.

Ни в какой монастырь она, конечно, не собиралась, но Хальстенмару знать об этом было не обязательно. В ближайшем будущем он горько пожалеет, что посмел напугать ее! Она позаботится об этом!

– Полагаю, на этом все, – закончил король и поднялся.

Анарбера не заметила, что он все это время наблюдал за ней с каким-то исследовательским интересом. Казалось, ее мысли не были для него тайной.

– Наша беседа доставила мне удовольствие, – солгала она, почти успокоившись.

– Да, это было занимательно, – согласился король и направился к двери, но прежде, чем выйти, он остановился и оглянулся. – Кажется, у вас была еще одна подруга, не так ли?

Анарбера нахмурилась, не понимая, к чему король вновь начал задавать странные вопросы. Разве они уже не все решили?

– Я была знакома со многими. О ком вы говорите?

– Я про Гиперею Тордвален, – пояснил король. – Единственную дочь герцога Тордвалена.

– К чему вы вспомнили о ней? – с легким напряжением в голосе спросила Анарбера. – Бедняжка давно погибла. Несчастный случай.

– Вы видели, как это произошло?

– Нет, – резко ответила она.

– Жаль, – выдал тот и прежде, чем выйти из комнаты, добавил: – Вы отбываете завтра. Будьте готовы. Спокойной ночи.

Анарбера могла поклясться, что в голосе короля звучала насмешка, но тот уже отвернулся, поэтому она не видела его лица.