– Принеси пергамент, – уже повеселевшим голосом приказала она. – Я собираюсь написать тетушке. До свадьбы осталось совсем мало времени. Она должна помочь мне с платьями!

Услышав шум открывающейся двери, я невольно вздрогнула и подняла голову.

Это вернулся король.

Мне казалось, что в ближайшее время тот будет занят на пиру, но, судя по всему, у него имелись другие планы.

Я ощутила себя неловко, словно меня поймали за чем-то подозрительным.

– Прошу прощения, ваше величество, – на всякий случай повинилась, опасаясь, что король будет недоволен моим нахождением в этом месте. – Я собиралась отнести документы в архив.

– Конечно, – согласился тот.

Понимая, что мне не следовало и дальше здесь находиться, я свернула договоры и торопливо направилась к выходу, но, проходя мимо короля, невольно взглянула на него.

Все это время в моей голове крутился один вопрос. Я боролась с собой, понимая, что не следовало болтать лишнее, но все-таки не выдержала. Остановившись, я выпалила:

– Почему они просто не предложили вам союз?

Король пристально посмотрел на меня. Только тогда я осознала, что мне явно не стоило переходить черту.

– Прошу меня простить, – вновь извинилась. – Я позволила себе лишнее.

Договорив, я спрятала взгляд и торопливо бросилась к двери, надеясь при этом, что король не разозлится на мой болтливый язык.

– А вы как думаете? – внезапно задал он вопрос, заставив тем самым остановиться и замереть.

Я некоторое время смотрела невидящим взглядом на поверхность дубовой двери, а затем повернулась.

– Сколько бы я ни думала, у меня нет ответа на этот вопрос, – призналась я. – Брак между вами и принцессой Айронторна действительно очень выгоден Элендору, ведь если у короля Торбранда в будущем не появится наследника мужского пола, то обоими королевствами сможет править ваш сын. Уверена, они сами это понимают. Тогда зачем вся эта затея с подделкой договора? – договорив, я приподняла свиток, привлекая к нему внимание.

Король не ответил сразу. Он пару секунд рассматривал меня, чем заставлял нервничать, а после обошел стол и сел в кресло.

– Прошу вас, леди Данмрак, составьте мне компанию, – попросил он, указывая на ближайший стул.

По какой-то причине я разволновалась, но постаралась не показывать своего состояния. Вместо этого подошла и села, положив оба договора на стол.

– Вы спросили меня, почему они не прибегли к простому предложению. Я могу ответить вам, миледи: потому что в случае подобного шага их мог ждать только отказ с моей стороны.

Я нахмурилась, не понимая.

– Но почему?

Король улыбнулся. По крайней мере, так казалось, ведь его лицо практически не изменилось, если не считать едва заметно приподнятых уголков губ.

– Неужели вам так не терпится увидеть меня мужем Эроины Торбранд?

Услышав этот вопрос, я недоуменно нахмурилась, а потом вспыхнула, осознав, что моя настойчивость со стороны действительно могла выглядеть странной.

– Ничего подобного, ваше величество, – ответила ему. – На самом деле, я считаю, что... – я резко замолчала, решив, что мне нужно быть сдержанней в своих словах.

– Что? – подтолкнул меня король.

Но я покачала головой.

– Ничего, мысли вслух.

Хальстенмар целую минуту сверлил меня взглядом, словно пытаясь тем самым заставить продолжить прерванную речь. Но я молчала, опасаясь, что ему могло не понравиться, если о его будущей жене кто-то отзывается нелестно.

– Вернемся к прежней теме, – заговорил он, чем сильно удивил меня. Мне казалось, что после оговорки тот решит завершить наше общение. – Когда в королевской семье рождается лишь дочь, мужа для нее никогда не выбирают в соседних королевствах, ведь это равносильно тому, чтобы передать власть в стране чужакам. По этой причине подобное предложение могло вызвать во мне лишь подозрение.

Услышав его ответ, я поняла, что он был полностью прав.

В аристократических кругах имелись свои правила на случай, если у главы дома рождались лишь девочки. В таких случаях старшая (или единственная) должна была выйти за человека ниже себя по положению, при этом муж подписывал договор, в котором указывалось, что их старший сын возьмет фамилию матери и продолжит род.

В королевских семьях было все еще сложнее. Великие герцоги не могли позволить какой-то из четырех семей взять в руки столько власти, поэтому мужем королевы должен был стать человек, за плечами которого не стояла могущественная семья. При этом он отказывался от своей прошлой фамилии и становился принцем-консортом.

Королева при этом оставалась регентом новорожденного сына до момента его совершеннолетия, после чего она должна была передать корону ему.

Обработав эти знания, я поняла, почему король в случае открытого предложения о браке мог заподозрить ловушку и отказать. Видимо, заговорщики тоже это понимали, поэтому они пошли на риск с подложным договором. Судя по всему, им очень нужен был этот брак.

– Я уверен, вы хорошо изучали историю и знаете это, – произнес внезапно король тихим, протяжным голосом.

Услышав эти слова, я замерла, как мышь перед удавом.

– Да, конечно, – торопливо выпалила. – Просто… все это произошло так внезапно, что я растерялась.

– Несомненно, – согласился он.

Я осторожно взглянула на него. Тот смотрел в ответ, но на его лице не было видно ничего, что могло натолкнуть меня на мысль о раскрытии моего главного секрета.

Наверное, мне стоило все-таки уйти, но по какой-то причине я не могла сдвинуться с места. Взгляд короля приковал меня к стулу.

– Может быть, вы хотите узнать что-то еще? – поинтересовался он так, будто никакого напряжения, которое я ощущала так отчетливо, не было.

Я честно хотела промолчать, но что-то внутри меня словно не могло никак успокоиться.

– Раз вы осознаете, что это ловушка, то почему не отказали прямо?

Этот вопрос волновал меня больше всего. Мне не нравилось, что короля лишили права выбора. К тому же, я искренне считала, что принцесса совершенно не подходила ему. Именно об этом я едва не призналась совсем недавно, но вовремя придержала язык.

Король хмыкнул и подался вперед, словно желая быть ближе.

– А вы хотели, чтобы я отказался? – внезапно спросил он у меня тихим голосом.

По какой-то причине мое сердце забилось быстро.

На самом деле, мне действительно хотелось этого, но сказать об этом открыто я не могла.

– Я просто спросила, – ответила ему, ощущая, как по моему телу разливается жар.

Взгляд короля был пристальным, отчего я едва не ерзала на месте.

По какой-то причине мне казалось, что прямо сейчас что-то происходило. Но что именно, я никак не могла разобрать, и это меня сильно нервировало.

– Как, по-вашему, леди Данмрак, я должен поступить в этой ситуации? – поинтересовался Хальстенмар, явно осознавая, что более не добьется от меня ни слова.

– Отказаться, – ответила я прямо. – Обман – не лучшее начало для будущей совместной жизни, – добавила убежденно.

– Вы, несомненно, правы, – согласился он. – А теперь давайте представим, что я действительно отказал в союзе. Должен ли я после этого прогнать принцессу Айронторна? Или мне стоит выставить претензии самому королевству? В конце концов, они намеревались обвести меня вокруг пальца.

Услышав его вопрос, я задумалась. По идее, такой поступок нельзя было оставлять без ответных действий, иначе могла пострадать репутация короля. Но и применить к принцессе какие-либо жесткие меры было нельзя.

– Думаю, вам стоит позволить ее высочеству погостить некоторое время, одновременно с этим отправив в Айронторн гонца с протестом.

– Хороший вариант, – король кивнул. – Но что мы будем делать, если правитель Айронторна заявит, что никакого подлога не было?

Я нахмурилась, понимая, что подобное вполне могло произойти.

Король Торбранд явно не захочет брать на себя ответственность за обман. Ведь в таком случае остальные королевства посчитают его лжецом, способным на коварные поступки. Это ударит уже по его репутации. А значит, он будет стоять до последнего, заверяя, что никакого обмана не было, и ложь на самом деле исходит от короля Элендора.