– Конечно, – я кивнула, зная, на что именно намекал старик.

Дело в том, что на должность архивариуса всегда брали только мужчин.

– Ну так что? – вновь спросил меня старик. – Разве работа помощником в замке не лучше, чем прислуживание в таверне?

Это был слишком хороший шанс, чтобы его упускать, но стоило обговорить еще один момент, потому как будет выглядеть странно, если я не спрошу об этом.

Прежде чем задать вопрос, я замялась, сделав вид, что мне было неловко.

Старик мягко хмыкнул.

– Что еще тебя тревожит? – спросил он.

– Жалование, – ответила я, подумав, что такой вопрос от простой служанки должен быть закономерен. Все-таки это богатые люди могли не волноваться о финансах, а простой человек обязан был обсудить столь важный момент.

– Ах, деньги, – старик вздохнул. – Бренные железки. Конечно, как я мог забыть об этом, – он задумался, будто пытался понять, какая оплата для такой должности будет приемлемой, а потом ответил: – Пятнадцать серебряных монет в месяц.

Я изобразила на лице шок. Все-таки такие деньги для обычной служанки были огромной суммой. Обычно они получали что-то в районе трех серебрушек, что равнялось трем сотням медных монет.

– Я с радостью поработаю с вами, мастер, – мгновенно ответила я.

Старик улыбнулся, посчитав, что согласилась я исключительно из-за денег.

– Очень хорошо.

Он явно был в хорошем настроении, и я собиралась этим воспользоваться.

– Только у меня к вам одна просьба, – торопливо произнесла, решив ковать железо, пока горячо.

– Какая? – доброжелательно спросил архивариус.

– Дело в том, что со мной в столицу прибыла подруга. Я вам о ней говорила. Она не умеет читать, но очень расторопная. Она всегда была рядом, и я буду вам очень благодарна, если вы разрешите ей отправиться вместе со мной. Она может работать служанкой.

– Подруга? – Старик поднял руку и огладил бороду. Он выглядел задумчивым и не слишком довольным. Ему явно не особо понравилась моя просьба, но он не отказал сразу, что уже было хорошо. – Платить ей будешь сама, – скупо выдал он.

Я торопливо кивнула.

– Вы очень добры, мастер!

Судя по тому, как старик усмехнулся, ему очень нравилось, когда я его так называла.

Мне пришлось приложить усилия, чтобы не показать своего истинного отношения ко всей ситуации. Я продолжала улыбаться и выглядеть благодарной и восторженной. Все-таки, если посмотреть со стороны, то предложение архивариуса действительно было очень щедрым и эксклюзивным.

– Раз мы обо всем договорились, тогда мне пора, – произнес он и поднялся. – Завтра приходи со своей подругой к воротам замка. Скажешь стражам, что ты ко мне. Я предупрежу – тебя пропустят.

– Во сколько приходить?

– Как солнце встанет, так и приходи, – ответил старик и направился в сторону выхода.

Я последовала за ним. Когда мы спустились вниз, то трактирщик немедленно подошел к нам.

– Прости, мой друг, – произнес архивариус и виновато вздохнул, – придется тебе вновь искать разносчиц.

Хозяин таверны остановился и перевел недоуменный взгляд со старика на меня и обратно.

– Что вы имеете в виду, мастер Аберион?

– Я хочу нанять их служанками в замок.

По какой-то причине архивариус умолчал о том, кем именно я должна была там работать.

Трактирщик явно был очень удивлен. Он с некоторым ошеломлением посмотрел на меня, но быстро стер это выражение с лица.

– Раз вы хотите забрать их, мастер, то я не смею препятствовать, – торопливо произнес он, слегка кланяясь старику.

– Ты всегда меня понимал, мой друг, – заметил тот, а потом вытащил из-за пазухи небольшой мешочек и протянул его трактирщику. – Передай Хаберту, что пирог как обычно удался. Я остался доволен.

Трактирщик взял оплату обеими руками, затем вновь поклонился.

– Благодарю вас, мастер Аберион, – произнес он с еще большим подобострастием.

Архивариус милостиво кивнул, а затем все-таки ушел.

– Что случилось, госпожа? – прошептала мне на ухо Хэзель, подобравшись ближе.

– Потом расскажу, – тихо ответила я ей, потому как трактирщик все еще стоял рядом с нами.

– Я надеюсь, вы доработаете сегодня? – спросил он, хмурясь. Вся доброжелательность с его лица буквально испарилась.

Я кивнула, потому как время было уже поздним, и идти куда-либо все равно не было смысла.

На следующее утро еще до рассвета мы с Хэзель покинули таверну и первым делом отправились искать Брона. Я собиралась предупредить его о том, что нам удалось пробраться в замок.

– Недоброе это дело, – мгновенно решил он, когда я пересказала ему вчерашний разговор с архивариусом.

– Мне тоже все это показалось очень подозрительным, – согласилась я с ним.

– Вам нужно быть осторожнее, госпожа, – предупредил Брон. – Сдается мне, что не просто так его ученик недавно сгинул.

Хэзель еще вчера рассказала мне, что ученик архивариуса действительно не просто умер, его убили. Якобы в драке за пределами замка.

– Мы будем осторожны, – пообещала я, а потом заторопилась.

Все-таки солнце уже поднималось, а значит, нам нужно было спешить к замку.

Опоздать на столь важную работу в первый же день мне совсем не хотелось.

Накануне прошел дождь, улицы города стали более грязными, мне приходилось ступать осторожно, чтобы не прийти в замок испачканной до самых колен.

Было раннее утро, но люди уже суетились. В это время все очень ценили дневной свет и старались не тратить его праздно, валяясь в кроватях поутру.

Чем ближе мы подходили к замку, тем более оживленными становились улицы. Люди суетились, иногда ругались, толкались. Время от времени по дорогам проезжали телеги или вовсе всадники.

В какой-то момент я заметила, что в грязи по центру улицы лежал какой-то комок. Сначала я не придала этому значения, потому как мои мысли были заняты будущей работой и болтовней Хэзель.

– Вам следует быть осторожной, – тревожным голосом бормотала она. – Лучше никуда не ходить, иначе будет худо. Если вам что-то понадобится – позовите меня.

Я кивнула, а потом огляделась, высматривая место, где можно было без последствий перейти улицу. Краем глаза я заметила, что комок, который ранее привлек мое внимание, шевельнулся. Я остановилась и сосредоточилась на нем.

– Дорогу! – услышала я громкий голос и цокот копыт.

Взглянув в ту сторону, сразу поняла, что ехал кто-то важный. Карета была полностью черной, без опознавательных знаков. В таких явно должны были ездить высокопоставленные персоны.

Возница то и дело кричал о том, чтобы люди убрались с дороги; от его криков все шарахались в стороны, освобождая путь.

Я перевела взгляд от кареты до комка на дороге и поняла, что несчастное живое существо должно было вскоре оказаться под копытами. Недолго думая, я кинулась вперед.

– Куда вы, госпожа? – донесся до меня взволнованный голос Хэзель.

Отвечать я не стала, потому как времени оставалось мало. Подскочив к бедному животному, я торопливо наклонилась и подхватила его.

– С дороги! – снова закричали очень близко.

В следующий момент я услышала хлесткий щелчок кнута. Торопливо оглянувшись, поняла, что карета была уже совсем близко. Я едва успевала отскочить с пути. Возница скривился, а затем вновь поднял хлыст, словно собирался ударить меня. Не став ждать, пока он сделает это, я отскочила ближе к домам, прижимая к себе грязный комок.

– Вы в порядке? – встревоженно спросила меня подбежавшая Хэзель.

Я ничего не ответила, потому как в этот момент смотрела на проезжающую мимо карету. Одна из штор на окне дрогнула, будто человек изнутри не желал, чтобы его кто-то видел.

– Госпожа, – снова позвала меня служанка.

Я отвела взгляд от мрачного транспортного средства.

– Да, со мной все в порядке, – ответила ей и посмотрела на дрожащее существо в своих руках.

Меня встретил внимательный и болезненный взгляд желто-зеленых глаз с вытянутым зрачком.