Я была уверена, что благодаря этому король едва ли помнил одну из дочерей многочисленных баронов королевства.

Все время с момента моего попадания я стремилась увидеть его. Вполне возможно, что на меня влияло и желание самой Арианты, услышавшей что-то опасное перед смертью.

И вот я была тут, прямо перед ним. Казалось, можно было немедленно рассказать обо всех своих проблемах и подозрениях. Вот только, с большой долей вероятности, после подобного меня либо заключат под стражу, обвинив в клевете на одного из великих герцогов, либо вернут опекуну, повелев внимательней присматривать за подопечной.

Ни один из этих возможных вариантов меня не устраивал, поэтому я могла лишь затаиться, пытаясь найти шанс сделать беспроигрышный ход.

– Дело в том, ваше величество, – заговорил архивариус, возвращая меня из моих размышлений, – что сэр Гренор взял на себя смелость уволить мою помощницу, хотя он не имеет на это никакого права.

– Помощницу? – переспросил Хальстенмар.

– Да, – архивариус подтвердил. – Как вы знаете, ваше величество, недавно мой ученик почил. Я стар, и мне трудно заниматься многочисленными делами архива в одиночестве. Поэтому я взял на себя труд отыскать смышленого помощника. Сегодня она приступила к работе и несколько заплутала по дороге к мусорной телеге. Сэра Гренора возмутило ее появление около тренировочной площадки, и он решил уволить ее. Но сэр Гренор не имеет полномочий кого-либо увольнять, если этот человек не принадлежит замковой страже.

Названный рыцарь в этот момент продолжал отжиматься, как будто происходящее вокруг никак не касалось его. Это показалось мне странным, ведь рядом стоял король. Мужчина обязан был оставить свои дела и выказать его величеству должное уважение.

– Гренор, – король взглянул на рыцаря. Тот мгновенно остановился, а потом поднялся на ноги.

Он выглядел уставшим и вспотевшим.

– Да, ваше величество, – ответил мужчина, а затем шагнул ко мне. После этого он приложил руку к груди и поклонился. – Я был рассержен и неверно истолковал ситуацию. Это не уменьшает моей вины. Мое поведение было недопустимым, поэтому молю вас простить меня.

Он замолчал, но не выпрямился, словно ожидая, что я скажу.

Король взглянул на меня. Только тогда я поняла, что отжимания были наказанием. Вполне возможно, что не единственным. Судя по всему, его величеству совсем не понравилось, как один из его рыцарей вышел из себя при посторонних.

– Я прощаю вас, сэр Гренор, – ответила я, понимая, что другого сказать не могла.

Мне хотелось добавить что-нибудь наставительное, вроде «в следующий раз будьте внимательны» или «вам следует быть более сдержанным», но не стала этого делать, решив не накалять ситуацию сильнее, чем она была.

– Спасибо, вы очень щедры к моей несдержанной персоне, – самоуничижительно произнес рыцарь.

Только после этого он выпрямился и сделал шаг назад. Мужчина выглядел хмурым, но холодным и словно безразличным. Отстраненным. Вероятно, ему совсем не нравилось происходящее.

– Инцидент исчерпан? – спросил меня король.

Я не была готова к тому, что он обратиться ко мне, но его явно следовало поблагодарить за то, что он встал на мою сторону.

– Спасибо, ваше величество, – сказала я и на миг присела, склоняя голову.

– Если на этом все… – со значением обронил король.

Я продолжала ощущать его внимание, но упорно не смотрела в ответ.

– Да, да, ваше величество, вы очень великодушны. Благодарю вас еще раз. Мы не смеем более мешать вашим тренировкам, – откликнулся архивариус, а затем двинулся в сторону замка.

Я торопливо направилась следом, но еще долго чувствовала на себе давящий внимательный взгляд, от которого, казалось, некуда было деться.

Когда они добрались до кухни, архивариус направился не к двери, ведущей в замок, а к одному из работников кухни. Тот в этот момент что-то выговаривал стоящей перед ним девушке.

– Сколько раз я говорил тебе быть экономной? – услышала я его голос сквозь кухонный гул. – Неужто ты думаешь, раз работаешь в замке короля, то сдержанность тебе не к лицу? – Когда мы приблизились, мужчина сразу нас заметил. – Ступай и закончи работу, – велел он служанке, и полностью сосредоточился на нас. – Господин Аберион! Хотите что-то изменить в вашем ежедневном меню?

Судя по всему, это был повар. Возможно, даже главный.

– В какой-то мере, – ответил архивариус. – Дело в том, что не так давно я нанял помощницу, – объяснил он. – Я буду очень признателен, если вы станете готовить еды не на одного человека, а на трех.

– На трех?

– Верно, – старик кивнул. – Вместе с помощницей я нанял еще служанку.

– Хорошо, – согласился мужчина и посмотрел на меня.

– Это моя помощница, ее имя Лина. А это главный повар королевства, мастер Гильом, – представил нас друг другу архивариус.

– Приятно познакомиться, мастер Гильом, – немедленно отреагировала я и вежливо присела.

Повар скептическим взглядом осмотрел меня. Казалось, у него на уме что-то было, но он не стал этого высказывать.

– Желаете что-то еще, господин Аберион? – вместо этого спросил он.

На миг архивариус задумался, а затем кивнул:

– Да. Добавляйте к еде пару кусочков сырого мяса.

Эта просьба явно вызвала недоумение у повара.

Я с некоторым удивлением посмотрела на архивариуса. В отличие от повара, мне не трудно было догадаться, для кого именно предназначалось мясо.

Покончив с этим делом, мы продолжили путь обратно в архив.

– Спасибо, мастер, – поблагодарила старика, когда мы оказались наедине в коридоре.

– Не стоит благодарности, – откликнулся тот. – Крысолов в архиве действительно не помешает. Когда-то давно у меня был такой.

Что с ним случилось, старик не сказал, но можно было легко догадаться.

Когда мы вернулись, то нас встретила Хэзель с котом на руках. Она явно в какой-то момент вышла из комнаты и не нашла нас, а двери оказались заперты.

– Прости, – повинилась я.

Та покачала головой.

– Все в порядке, я только вышла, – заверила она.

Я взглянула на кота в ее руках. Тот уже успел высохнуть, и его шерстка стала пушистой. Он больше не выглядел настолько истощенным, хотя до полного выздоровления ему явно было еще далеко.

Кот то и дело принюхивался и осматривался по сторонам, его уши постоянно двигались.

– Можете оставить его со мной, – предложил внезапно архивариус и направился к своему столу.

Мы с Хэзель переглянулись.

– Вы уверены, мастер Аберион? – спросила я.

Старик уже сел и подтянул к себе книгу, которую читал до того, как я отвлекла его.

– Не будь я уверен, то не стал бы предлагать, – проворчал он, не глядя на нас.

Мы тут же принялись обустраивать место для кота. Для этого взяли одну из корзин, выгребли из нее половину соломы, а после сверху застелили ткань. Именно на нее Хэзель и положила кота. Корзину поставили прямо около кресла архивариуса, чтобы тот всегда мог наблюдать за питомцем.

– Что это у него? – мельком взглянув вниз, поинтересовался старик, явно имея в виду повязку.

– Он сломал лапу, – объяснила ему. – Мы выровняли кость и закрепили ее с помощью щепок, чтобы она не сдвинулась с места.

Старик наклонился и внимательно осмотрел повязку. Я не боялась, что меня обвинят в чем-либо, потому что подобные лечения здесь все-таки применялись, пусть и не повсеместно.

– Хорошая работа, – похвалил архивариус и, словно утратив к коту интерес, вновь взялся за книгу.

Это был знак, что нам с Хэзель можно было продолжить заниматься делами.

Убедившись, что кот, которому еще нужно было дать имя, никуда не собирался уходить, мы продолжили уборку уже вдвоем.

Первым делом отнесли все корзины с грязной соломой к телеге, затем там же узнали, где можно было взять новую. Прежде чем посыпать свежую, мы собирались очистить полы от грязи. Это была долгая и трудоемкая работа. Нам приходилось скрести камень за камнем, особенно в центральной части, где часто ходили. Кажется, полы в архиве не чистились долгое время.