Мужчина поглядел на нас. Кажется, ему было обидно, что его заподозрили в чем-то плохом.

– Как хотите, – бросил он и, махнув рукой, отправился по своим делам.

Старушка проводила его прищуренным взглядом и посмотрела на меня.

– Идем, дочка, отведу тебя.

– Я сама…

– Не спорь, – настояла она. – Не дай Господь, споткнешься еще на лестнице, точно зашибешься насмерть.

В подъезд попасть оказалось весьма просто – кто-то подпер дверь камнем, а вот в квартиру зайти мы не смогли, ведь ключи остались внутри. Как и телефон.

Ощущая тошноту, я присела на корточки и закрыла голову руками. Происходящее, несмотря на боль, все еще казалось сном. Возможно, мне следовало отреагировать как-то острее, но все, что я сейчас ощущала, – это какое-то душевное онемение.

– Эк мы с тобой не подумали, – расстроенно пробормотала бабулька, когда мы с ней столкнулись с очередной проблемой. – Что же теперь делать-то?

Помощь не заставила себя ждать. Вернулись соседи – муж с женой. Старушка немедленно принялась объяснять им ситуацию.

Пока они разговаривали, я отстраненно наблюдала за сидящим на лестнице котом. Его окрас напоминал мне Осириса, покинувшего нас давным-давно.

В памяти всплыли воспоминания, как в своей первой жизни я время от времени подкармливала уличных котов. Эта мысль натолкнула на другую. Я вспомнила, кем была старушка. Ее звали Верой Матвеевной. Она жила в доме напротив и так же часто кормила бездомных животных, отчего иногда ей даже приходилось ругаться с соседями.

Пока я находилась в отрешенном состоянии, мою дверь каким-то образом открыли.

Я, не обратив никакого внимания на сломанный замок, прошла внутрь. Вера Матвеевна посеменила за мной.

– Кровь надо бы стереть, – бормотала она, принимаясь суетиться.

У меня не было сил сказать ей, что мне хочется побыть одной. Все, на что я была способна сейчас, – это рухнуть на кресло и откинуться на спинку.

Вскоре к моей голове приложили мокрое и холодное полотенце. Подняв руку, я придержала его.

– Спасибо, – поблагодарила я сердобольную бабушку.

Скорую она мне все-таки вызывала, хотя я до последнего сопротивлялась. Почему-то мне казалось, что приезд медиков окончательно заставит меня поверить, что происходящее сейчас со мной – реальность, а не сон.

Мне поставили сотрясение и велели соблюдать постельный режим и отдыхать.

Когда все, наконец, оставили меня одну, я какое-то время сидела на кровати неподвижно, а потом спрятала лицо в руках и расплакалась.

Не было сомнений – я вернулась в свою первую жизнь. Туда, где я не была королевой, которая спустя пару лет после замужества открыла по всему Элендору множество школ и библиотек. Я больше не была той, кого почитали как Хранительницу знаний, принесшую королевству просвещение.

Мои дети и внуки остались где-то там, за пределами этой реальности, как и моя история с Вальгорном, продлившаяся более пятидесяти лет.

Я вновь была простым библиотекарем из провинциального городка, о которой никто не знал и не беспокоился.

Понимая, что нужно было взять себя в руки, я попыталась подавить охватившее меня горе, но получалось плохо.

Я ужасно боялась.

Не смерти, а того, что Вальгорн, дети и внуки окажутся не более чем плодом моего воображения, решившего сыграть злую шутку после удара по голове.

Я маялась еще пару часов, но после все-таки уснула тревожным сном. Мне снились близкие. Они горевали, но потом их жизнь постепенно начала налаживаться. Спустя некоторое время на их лицах вновь стали появляться улыбки.

Утром я проснулась с более легким сердцем, будучи при этом полностью уверенной, что та жизнь не привиделась мне. Я на самом деле прожила там долгие годы, а после смерти вернулась.

После принятия стало немного легче.

К обеду меня потревожил звонок. Звук телефона, от которого я успела отвыкнуть, напугал меня.

– Ты почему не вышла? – требовательно спросили у меня.

Я нахмурилась. За годы жизни королевой мне удалось отвыкнуть от того, что люди могли так обращаться ко мне.

– Я хочу взять больничный, – сразу перешла я к делу.

– Что случилось? – женщина по ту сторону все еще была раздражена, но в ее голос пробрались нотки беспокойства.

У меня не получилось сразу вспомнить, кем та была.

– Упала сильно. Сотрясение. Скорая приезжала. Велели пару недель лежать и ничего не делать, – ответила ей.

– Ох, – выдохнули по ту сторону. – Ну ладно тогда… Лечись. Как будешь в порядке, позвони.

– Да, конечно.

Эти недели я заново привыкала к новому-старому миру. Все казалось необычным и в то же время таким знакомым. Квартира казалась ужасно маленькой и душной. По сравнению с целым замком это место было не более чем кладовкой, в которой служанки обычно хранили метлы и ведра.

Когда в холодильнике закончилась еда, я вышла на улицу. Первым делом встретила Веру Матвеевну. Та явно была рада, что со мной все в порядке.

– Слава Богу, оклемалась, – произнесла она, глядя на меня затянутыми старческой дымкой глазами. – В следующий раз будь осторожна.

– Обязательно, – заверила ее и отправилась дальше.

Когда боль в теле прошла, я осознала, какой молодой еще была. Да и внешность я имела не настолько безликую, как мне казалось когда-то. Между мной и Арианой было много схожих черт.

Около магазина я вновь увидела кота, который дремал на подоконнике при моем возвращении. Сейчас я видела, что он немного отличался от Осириса.

– Привет, – поздоровалась я с ним и подошла ближе. Кот сразу поднялся и принялся тереться о мои ноги. Я наклонилась и погладила его. – Пойдешь жить ко мне? – спросила у него.

Конечно, мне не ответили, но стоило мне отойти, как кот последовал за мной. До самой квартиры.

– Ну входи, – разрешила я, распахивая перед новым жильцом дверь.

Кот дернул хвостом и как ни в чем не бывало вошел.

Я назвала его Осирисом. По какой-то причине зверь откликался только на это имя. Мне оставалось только смириться.

Еще через время я вышла на работу.

Несмотря на то что я приняла свое возвращение, мне все еще было трудно. Мир вокруг иногда начинал казаться нереальным, но я не могла продолжать сидеть дома, закрывшись в себе.

Напарница, проработавшая без выходных все эти дни, встретила меня с радостью. После торопливо передала дела и упорхнула отдыхать.

Я проследила за ней взглядом, затем провела рукой по столу, осмотрела полки с книгами и села.

Вспомнилось, как мастер Аберион был недоволен, что ему вновь нужно работать. Тогда я предложила ему обучить всему Митрошку – рыжего мальчугана, который когда-то в самом начале встретил нас с Хэзель и проводил до архива.

Мастер поначалу отнесся к идее со скепсисом, но решил попробовать. Вскоре стало ясно, что мальчик обладал гибким умом и хорошей обучаемостью. Проблема с учеником разрешилась. Правда, мастеру пришлось еще долго работать, чему он был весьма не рад.

Дни потекли своим чередом. Я работала, заботилась об Осирисе, читала, спала, ела. Я выглядела нормально, но в душе зияла дыра, которую едва ли можно было чем-то заполнить.

Так продолжалось до тех пор, пока в один из дождливых дней в библиотеку не пришел новый читатель

Дверь открылась и закрылась. Я в этот момент приводила карточки читателей в порядок. Пусть у нас и появились электронные таблицы, но бумажные варианты пока никуда не делись.

– Доброго дня, – поздоровалась я, продолжая заниматься своим делом.

Шаги приблизились. Стало ясно, что человек подошел к столу, за которым я сидела.

– Простите, – услышала я мужской голос. Мое сердце екнуло. – Мне нужна одна книга. Не подскажите, где я могу ее найти?

– Да, конечно, – ответила я и подняла голову. В тот же момент я застыла, глядя на мужчину широко раскрытыми глазами. Все в душе перевернулось от вспыхнувшей, словно огромный костер, надежды.

Мужчина тоже замер.

– Вы… – начала я, но осеклась, осознав, что мой муж никак не мог оказаться здесь.