– За четыре месяца до твоей аварии началось, – Руслан отпустил Алину и сел на край кровати. – Пойдём. Ей нужно отдохнуть.

– С ней точно всё нормально? Повторного приступа не будет?

– Не будет. Минут через двадцать полностью придёт в себя. Как будто и не было ничего.

Мне оставалось только поверить на слово. Мы вышли из комнаты, и я плотно притворил за собой дверь.

– Теперь рассказывай.

На мой требовательный тон Руслан резко развернулся и ударил меня в живот. От боли я согнулся пополам и привалился к стене. Дыхание перехватило. А в горле, будто тугой ком застрял. Давно мне так не прилетало.

– Должок вернул, – усмехнулся разбитой губой Казанцев. – Ничего личного.

Мне-то как раз на личное перейти кулаки чесались. С трудом отдышавшись, я медленно разогнул спину. И в этот момент из коридора послышался скрежет ключа в дверном замке. Оказывается, всё это время Степана Филипповича не было дома. А я даже не заметил.

– Потом поговорим, – предупредил Руслан.

– Как скажешь, – согласился я, на негнущихся ногах ковыляя до дивана. – Когда Алина придёт в себя, выйдем, покурим.

– Без проблем.

***

Илья Иванович грузно откинулся на спинку кресла и, сняв очки, устало прикрыл веки. Воспалённые натруженные глаза тут же откликнулись неприятным жжением. Виски уже давно сковало тупой, ноющей болью. Отчего мысли в голове никак не могли сконцентрироваться на работе, постоянно норовя внести путаницу и вообще разбежаться в разные стороны.

Ничего не поделаешь. Возраст. Как-никак седьмой десяток разменял. Не выдерживает уже организм подобных нагрузок. На пенсию давно пора, а генерал всё никак не соберётся освободить место для более молодых и активных. Всё цепляется за работу, старается доказать, что ещё не ослабла хватка, что опыт с годами не растерять, что без него никак не обойтись. И сам же прекрасно понимал, что незаменимых нет. Даже в его конторе.

Порой Стоцкий ловил себя на мысли, что готов всё бросить и поддавшись настойчивым уговорам жены уйти на заслуженный покой. Заняться здоровьем, которое было уже совсем не то, что в молодости. Уделить время семье и любимой даче. И в тоже время понимал, что без настоящего дела не сможет. Вот и тянул лямку из последних сил. А уж теперь, когда в стране и мире творятся такие дела, то написать рапорт и вовсе рука не поднимется.

Илья Иванович посмотрел на часы. Вновь засиделся допоздна. Супруга опять обидится, возможно, даже разговаривать не будет. Обещал ведь прийти пораньше и помочь ляпать пельмени. Любила, а главное умела, его Галина готовить домашнюю еду. Да и сам генерал не променял бы уютную атмосферу кухни на бездушный столик в ресторане. Юбилеи, праздники и особые даты не в счёт, это дань традициям и признак хорошего тона. Принято так, понимаешь ли.

Стоило только вспомнить о еде, как проснулся аппетит и чувство голода. Всё, теперь точно пора домой. Ужинать и спать. Отдых нужен даже генералам. Завтра опять много работы требующей собранности и ясности ума.

Накинув пальто и выключив свет, Стоцкий вышел из кабинета. На улице его ждала служебная машина с личным водителем.

– Домой, Илья Иванович? – уточнил Виталий, по опыту зная, что даже в такой поздний час у начальства могут быть совсем другие планы.

– Домой, – устало кивнул генерал. – Завтра в шесть за мной заедешь.

– Вы бы отдохнули, Илья Иванович. Лица на вас нет, – посочувствовал Виталий, заводя двигатель.

– Отдохну, – пообещал старый разведчик. – Как только всё наладится.

– А наладится? – усомнился водитель.

– Обязательно, – уверенно ответил генерал, хотя сам такой уверенности не испытывал.

Коллективный Запад всерьёз взялся за Россию-матушку, приблизив мир к войне поистине планетарного масштаба. Блок НАТО проводит одно учение за другим. На базах альянса проходит боевое слаживание различных соединений, а на компьютерном моделировании даже целых родов войск. Склады каждый день пополняются новым вооружением и боекомплектом взамен старья с истёкшим сроком годности, переданным Украине. Участились попытки диверсионно-разведывательных групп вероятного противника пересечь границы Российской Федерации. А после недавних провокаций в Калининградской области и союзной Белоруссии вооружённое столкновение со странами НАТО стало вопросом времени. Просто так подобные вещи не устраивают. Кому-то нужен повод для войны. И Стоцкий владея точной информацией, прекрасно знал кому.

Клоны тэрингов мутят воду. Даже невзирая на то, что экспедиционный корпус их хозяев постыдно бежали, поджав хвост, после первого же боя. Не иначе надеются на возвращение рептилий или просто понравилось считать себя повелителями мира и вершителями судеб. Вот и захотели подмять все страны под себя. Теневое правительство, мать их.

– Кишка тонка с Россией тягаться, – проворчал себе поднос Илья Иванович. – Так и пупок развязаться может.

Виталий деликатно промолчал, лишь встревоженно покосился в зеркало заднего вида на своего пассажира. Совсем нечасто всегда спокойный и уравновешенный генерал позволял волю эмоциям. Видно и в самом деле всё настолько хреново.

Старый разведчик и сам уже понял, что не сдержался. Тревожный сигнал. Потеря самообладания для разведчика первый признак нервного перенапряжения. По-хорошему отдохнуть бы пару деньков. Только где на это время найти?!

Спустя десять минут служебный автомобиль остановился возле большого многоэтажного дома, где жил Стоцкий.

– Спасибо, Виталий, – пообыкновеннию поблагодарил водителя Илья Иванович и вышел из машины.

– Спокойной ночи, – успел пожелать мужчина, прежде чем захлопнулась дверь.

– Покой нам только снится, – глухо посетовал разведчик, провожая взглядом отъезжающий автомобиль.

Идти домой не хотелось. После духоты кабинета прохладный воздух ночной Москвы бодрил и дарил чувство покоя. И это здесь, в центре большого мегаполиса. Что же должен чувствовать человек наедине с природой, вдали от города с его вечной суетой? А может ну её эту работу? Собраться и уехать с женой на дачу. Отдыхать, сажать огурцы с помидорами и делать соленья. Встречать утро в беседке с чашкой ароматного кофе, утолять полуденную жажду холодным квасом где-нибудь в теньке, а вечерами сидеть на лавочке и наслаждаться закатом. Прожить остаток дней в своё удовольствие.

Илья Иванович криво усмехнулся своим мыслям и прогнал их прочь. Это усталость даёт о себе знать. Пробила на минутную слабость. Срикошетила в самое уязвимое место. Ничего, вытянем. Президент вон вообще двадцать четыре на семь трудится. И ничего. Всю страну на своих плечах тащит. А ведь тоже не молодой уже.

Генерал зябко поёжился, как-никак на улице был, хоть и небольшой, но минус, и пошёл к подъезду. Вынул из кармана связку ключей, и уже собирался было приложить ключ от домофона к замку, как возле него, словно из ниоткуда, выросли две мужские фигуры.

– Здравствуйте, Илья Иванович, – вполне вежливо обратился к генералу один из незнакомцев. – Уделите нам немного своего времени. Разговор есть.

Стоцкий холодно смерил подозрительным взглядом подошедших мужчин. Обоим лет по сорок, может с хвостиком. Гладко выбритые, ухоженные, со стойким запахом дорого парфюма. Одеты прилично, держаться уверенно, но не нагло. Эти себе цену знают и она, судя по всему, не маленькая.

– Для начала представьтесь, – потребовал генерал. – Я в подворотне с кем попало не разговариваю.

– Нет ничего проще, – отозвался мужчина. – Клос Этингер. Это мой товарищ Винфрид Лэнг. Мы сотрудники МАД.

– Коллеги значит. В какой-то степени, – неопределённо проворчал Илья Иванович, гадая, что от него понадобилось немецкой контрразведке. – Чем могу?

– У нашего руководства есть к вам серьёзное предложение по поводу сотрудничества двух наших ведомств, – сразу перешёл к сути дела Этингер. – На неофициальном уровне, разумеется.

– Звучит интригующе, – признался Стоцкий. Смешно будет, если окажется, что эта парочка решила его завербовать. Да к тому же тёмной ночью во дворе. Совсем ребята берега потеряли. – Я вас внимательно слушаю.