— Я не ожидал, что внутри сознания мага есть ловушка. Она защищает не его тайны, — отвечает Андрей. — Сейчас я обнаружил её, обошел, больше мешать не должна. Маг еще жив, и с ним нужно вести себя аккуратнее.

— В его подсознании может произойти что-то более страшное? — уточняю.

Бросаю взгляд на Василису. Феечка не выглядит обеспокоенной и не кричит об опасности. Возможно, её способности никак не распространяются на ментальные вмешательства. После того, что случилось с Андреем, мне немного не по себе.

— Больше ничего не случится, — уверяет иллитид. — Теперь-то я готов. Если честно, до сих пор не могу понять, как так получилось, — пожимает плечами Андрей. — Не думал, что подобное могут сделать обычные человеческие маги. Всё-таки в ментальных практиках мы понимаем намного лучше.

Граф прокашливается.

— Извините, — замолкает иллитид. — Я понимаю, что времени не так много.

— Да ничего, ничего, ты продолжай, рассказывай, — усмехается Беннинг. — Такая информация всегда пригодится. Мы её больше ни от кого не узнаем.

Андрей беспомощно улыбается. Отрицать факт происхождения не получится.

— В общем, через пару минут буду готов продолжать, — предупреждает Андрей.

— В этот раз, наверное, пойдёт не Витя, — говорит Беннинг. — Виктор, ты понял, кем приходился спящему магу? Друг, товарищ, брат?

— Подождите, нужно же узнать… — останавливаю расспросы графа.

— Нет, не нужно, — говорит Беннинг. — Ты уже попытался целых три раза. Давай в четвертый мы доверим это дело мне, — предлагает Беннинг. — Смотри. Есть ли у тебя шанс выйти на тот же самый разговор? Только более качественный и с ответами?

Прикидываю. Теоретически такой шанс есть. Особенно если вспомнить старые навыки. Играть роль — не так сложно, но изображать человека, который облечен властью, мне до сих пор не приходилось. Именно с таким разговаривает в таверне спящий маг. В четвертый раз без подстраховки и с новыми данными, уверен, у меня получится лучше. С другой стороны, почему бы не дать возможность графу? Тем более, по словам иллитида попытки у нас не ограничены, да и спящий маг никуда не убегает. Вряд ли Беннинг со своим опытом проколется на мелочах.

Рассказываю о своих умозаключениях графу.

— Вот именно, — кивает он. — Давай попробую я. Какой у тебя список вопросов? — Беннинг не забывает о моих проблемах.

Граф трижды посмотрел на то, как происходит процесс. Никаких опасностей или рисков для себя не обнаружил. Выглядит собранным и сосредоточенным.

— Мне нужно знать, где находится замок Совета, и как туда попасть, — озвучиваю запрос. — Попасть желательно официально или незаметно.

— Понял, узнаем, — соглашается Беннинг. — Нужно будет скрепить договор. Ты сможешь в нужное время подгрузить второе сознание мага? — обращается к иллитиду.

— Пока не уверен, — с сомнением отвечает Андрей. — Попробую посмотреть ещё раз, что произошло. После этого скажу.

— Мы подождём, — говорит граф.

Стражники стараются даже не смотреть в нашу сторону. Они понимают, что происходящее не вписывается в норму. В таких случаях чем меньше знаешь, тем крепче спишь.

Иллитид задумывается, прикладывает пальцы к вискам спящего мага и замирает. Пару минут ничего не происходит. Граф не отводит глаза от иллитида. Видно, что в голове Его Сиятельства мысли сменяют друг друга.

Андрей глубоко вздыхает и просыпается.

— В общем, я всё понял, — произносит он.

Беннинг просит стражника подать стакан воды для иллитида. Тот делает глоток. Раздается еще один глубокий вздох. Феофан и Василиса сидят чуть поодаль, но наблюдают во все глаза.

— Что ты понял? — не выдерживает долгой паузы граф.

— Понял природу того, что меня атаковало, — объясняет Андрей. — Теперь понимаю, как это обойти. Ничего другого в сознании у этого человека больше нет. Но есть нюанс, — добавляет иллитид. — Второго человека я запустить не смогу. Так что вся надежда на Виктора.

— Почему? — спрашивает Беннинг.

— Эффект запечатления, — поясняет Андрей и ловит непонимающие взгляды. — Подобное случается у собак или, например, у птиц. Для сознания мага Виктор теперь важная фигура. Маг теперь сможет разговаривать только с ним. Добыть информацию другому человеку не получится. Маг просто не будет ему больше доверять.

— Можешь объяснить? — не успокаивается граф.

Видно, что он полон решимости. Можно сказать, только приготовился прыгнуть в неизвестность, и сразу все отменили.

— Подсознание мага само подобрало маску для Виктора, — объясняет Андрей. — В общем, сознание запомнило его как отпечаток. Любой другой не будет приниматься как настоящий. Могу еще попытаться разбудить мага и прочитать в его мыслях всё, что он будет готов показать.

— Какие риски? — сразу же задает вопрос Беннинг.

— Скорее всего, это будет менее результативно, — отвечает Андрей. — Но можно совместить оба подхода. Сначала вытащим нужные ответы, а потом уточним информацию по ним и проработаем вне его сознания, в более безопасной обстановке. Иначе есть риски.

— Это как? — уточняет Беннинг.

— Например, маг обязательно даст приказ на атаку своим подчинённым — молодым магам, — предупреждает Андрей. — Витя в последнем своем погружении задел определенный пласт информации, сейчас я это увидел.

— Да, этого нам не хотелось бы, и подобное мы предполагали, — качает головой Беннинг. — На магов у короля есть свои планы. Да и сами маги совершенно не горят желанием участвовать в мятеже.

— Я тоже так подумал, — соглашается Андрей. — Поэтому и предлагаю совместить оба варианта.

— Значит, работать с магом во сне нужно именно мне, — подытоживаю.

В глазах Беннинга мелькает вопрос.

Сейчас, в общем-то, всё очевидно. Если идти могу только я, то лучше продолжить тот же самый разговор. Задумываюсь. Пройти по тем же точкам, в принципе, смогу.

— Я теперь примерно понимаю, кого он видит на моём месте, — говорю. — Кого-то из руководства инквизиции. Не главного, наверное, но около того. Было бы неплохо понять структуру этого образования.

Слова «твои инквизиторы» наталкивают на определенные выводы.

— С этим я тебе помочь не смогу, — отвечает граф. — Технически они все равны. Начальства у них нет. Просто глава инквизиции — первый среди равных. Всё, что могу тебе сказать. Как у них всё устроено на самом деле — не знаю. Слишком они закрыты.

— Вы совсем ничего не знаете про инквизицию? — задаю вопрос.

— Обычным немагам вроде меня или короля эта информация недоступна, — качает головой Беннинг. — Да и сомневаюсь, что маги в курсе всей этой системы. Отдельных инквизиторов опросить не получается. Они сами по себе, и на разговор не выходят. При этом их служба необходима государствам.

— Понятно, — говорю. — Будем рассчитывать на то, что удастся обойтись без ошибок. Тогда нужно посмотреть, с кем мог контактировать спящий маг. Это возможно сделать? Ваша служба, например, могла бы дать такую сводку?

— Да, у меня есть подходящая подборка, — вспоминает Беннинг. — Только в ней нет мага, который занимал бы более важную должность, чем член Совета. То, что маг отчитывался перед кем-то, да еще и перед инквизитором, о чем ты нам сообщил после погружения — открытие для меня. За эти пару дней мы, естественно, успели выяснить имена приближенных мага. Выяснили, с кем виделся и общался.

Иллитид чувствует себя неважно. Мы с Беннингом оба понимаем, но не акцентируем. Включаемся в разговор. Чем больше сейчас получится узнать, тем быстрее мы получим от мага нужные ответы.

— Оказалось, что господин Климент — маг земли, — граф кивает на спящего мага. — Со времён окончания Академии больше ни разу не появлялся в столице. О том, что он стал членом Совета, мы, конечно, знали. Да и не только мы. Все девятнадцать членов совета — люди известные.

— И вы знаете, как они выглядят? — уточняю.

— Есть их общее описание, — подтверждает граф. — Несмотря на то что внутри государства работают и живут всего пятеро из них. Причём трое участвовали в заговоре. Одна женщина точно не участвовала, но я не уверен, что она об этом не знала. К ней никаких ниточек не ведёт. Да, ты её знаешь.