Снижаю скорость. Дорога всё-таки сильно разбита. Видимо, когда отсюда ушли войска, её перестали поддерживать. Ехать по ней быстро, конечно, можно, но лучше не стоит. Зато у нас появляется прекрасная возможность поговорить один на один. Без резвящейся рядом гидры.

— Аккуратнее! — предупреждает меня Андрей.

Это я вижу — мы объезжаем огромную яму, полную воды. Наверное, виноваты последние дожди. Мимо проносятся поля и леса. Всё кажется близким — считай, рукой подать. Но леса километрах в двух от дороги.

— Да, прижился, — соглашается иллитид. — Что ты, Витя, не делят меня барышни. Просто они между собой договориться не могут, — как только оборачиваюсь, Андрей густо краснеет. — Всё время происходит подобное. Как встречаются на улице, так сразу и начинаются скандалы, да выяснения. Причём ссоры эти ко мне отношения, вроде как, и вовсе не имеют.

— Боевые у вас в поселке барышни, — замечаю. — Не забалуешь.

— Вдобавок еще и громкие, — добавляет иллитид. — А встречаются они часто. Посёлок-то небольшой. Все ходят в одни и те же места. Когда дома у меня сидят, они тихие, — почти неслышно добавляет Андрей.

— Ну нервов тебе, — пожимаю плечами.

Мимо проносятся поля. Вникать в тонкости семейных отношений иллитида и двух валькирий, мне не особо хочется. Если решит — сам расскажет.

— В общем, отлично я устроился. Спасибо тебе за рекомендацию, — переводит тему Андрей. — Сначала, когда только приехал, ещё немного синеватым был, а потом всё сошло.

— А встретили как? — спрашиваю.

— С осторожностью встретили, — вспоминает иллитид. — Михай, когда узнал, что я от тебя, помог. Хороший он мужик, добрый, с большим сердцем.

Что есть, то есть.

— Я, к слову, удивился, что в поселке знают о твоей нечеловеческой природе, — озвучиваю свои мысли.

— Никто не знает, — качает головой иллитид. — Михай меня к охотникам пристроил. Вот так вот. А там нашу группу случайно вынесло на стаю мигрирующих волколаков. Там, если бы не я, все наши охотники и полегли бы.

— Даже так? — не скрываю удивления.

Феофан зевает и пытается пристроиться на руле. Чуть толкаю его в плечо, чтобы не уснул на ходу.

— Да тут я, Витя, тут, — отвечает фей. — Просто перехватился поудобнее.

— Всё-таки людям против волколаков вообще не справиться, даже опытным охотникам, — продолжает Андрей. — Но я смог замедлить целую стаю. Благо их немного было, и волколаков легко заморочить — с сопротивлением у них так себе.

— Получается, местные мужики тоже не испугались и не побежали? — задаю вопрос.

— Не то слово, — гордо рассказывает иллитид. — Наши охотники не сплоховали и всех перебили. В бою кое-кому пришлось продемонстрировать мою общую картинку боя, чтоб спасти мужиков. Все поняли, что это очень хорошее усиление. А там слово за слово — вот так и начали выяснять, что я могу.

— Ты их предупредил? — спрашиваю.

— Конечно! — отвечает иллитид. — Сразу сказал, что только с согласия. Без согласия не имею права. У меня клятва магическая. Ну и так, постепенно, мы придумали ограничения. Внутри этих ограничений до сих пор с охотниками так и сотрудничаю. Деревня теперь только охотой и живет.

— То есть они думают, что ты маг? — уточняю.

— Да, они думают, что я изгнанный маг, — кивает Андрей. — отчасти, так оно и есть, считай, без обмана, — усмехается он. — Без людей мне нельзя. Но если уйду за границу человеческого обитания, то опять стану совсем не тем, кем хочется. С людьми мне нравится.

Снова успеваю перехватить фея, когда он устраивается на руле.

— Вася, ты как там? Последи за своим товарищем, — прошу феечку.

Она молча кивает и заводит непринужденный фейский разговор. Хорошо, что у нас с собой запас лифаней. Быстро её Феофан с помощью них на ноги поставил. Надо бы при случае еще запастись.

— А как же твоя вторая форма? — возвращаюсь к разговору с Андреем.

— Вторая форма абсолютно полноценная, — отвечает он. — Просто раньше кожа красилась в синий, но это оттого, что плохо понимал людей. Чем больше понимаю, тем больше себя осознаю человеком, и тем больше на вас похожу. Скорее даже совсем становлюсь человеком.

— Понятно. А что с барышнями? — снова аккуратно возвращаюсь к недавней теме.

— Ну а что с барышнями? Это личное. Я им нравлюсь, они остальных отвадили, да и между собой как-то договорились, мне кажется, а это вроде как на общество. Положено так.

— А ты сам? Тебе они как?

— А я что? Мне они обе нравятся. Только устаю я от громких звуков, вот и бегу. Да и понимаешь… Охотники Сивого, благодаря мне, тут же стали самыми результативными добытчиками посёлка, — рассказывает Андрей. — А там и остальные постепенно подтянулись. У Михая — уважение. У Сивого — сила. А у меня и то и другое, получается. Так и занялись. Посёлок очень быстро перестроился. Пока здесь стояли войска барона… мы охотой занимались только для себя, для еды.

Изо всех сил не замечаю оговорку про нас и про войска барона. Андрей же точно попал в посёлок уже значительно позже.

— На сильных чудовищ старались не лезть. Старались отпугнуть, — рассказывает иллитид. — Или военных звали. А вот теперь, когда я тут, мы окрестные леса подвыбили. Теперь все здоровые мужики в охотники записались, так живется сытнее. Большой группой всё дальше заходим в поисках полезных посёлку животин.

Пока Андрей рассказывает про жизнь в поселке, мы въезжаем в лес, а я начинаю узнавать местность.

Василиса без остановки тараторит в ухо Феофану и он с глубокими вздохами слушает фейку. Зато не пытается прикорнуть, где непопадя.

— Витя, помнишь? — оборачивается ко мне Феофан, когда мы объезжаем знакомую гору.

— А чего не помнить? Помню, — подтверждаю.

Это действительно так. Мы проезжаем вокруг высокого холма. Там, похоже, появились новые гоблины. Еще через минуту вижу гоблинскую суету на склоне. Ага, точно, появились. Гоблины бегут к тому месту, где предположительно должна быть пещера. Прячутся обратно в дом. Видимо, заметили нас.

Выезжаем к небольшому лесному озеру. По первому впечатлению — такое же спокойное, красивое место, как и раньше. Вода прозрачная, синеватая…

— Голубая-голубая. И спокойная…— аккуратно проникает в мое подсознание убаюкивающий голос.

— Не-не-не, мысли прочь! — сзади тут же доносится голос Андрея.

Мгновенно прихожу в себя. В голове ощущаю, как нечто в ужасе одёргивается. От неожиданности останавливаю байк.

А, вообще, озеро не вызывает опасений даже сейчас. На берегу суетится немаленькая группа гоблинов.

Их примерно с дюжину. Гоблины занимаются чем-то вроде рыбной ловли. Судя по валяющимся крупным рыбам на берегу, вполне удачно. Что, конечно, удивительно — больно уж громкие и суетливые существа. Издалека кажется, что они обустроили многоэтапный конвейер. Половина гоблинов стоят по колено в воде и высматривают добычу в прозрачных водах. Остальные стоят на берегу с колотушками. Всё ещё стою и созерцаю странное зрелище. Андрею и феям тоже интересно все происходящее. Просто театр на свежем воздухе.

Гоблины громко ругаются. Стоять без дела они не могут в принципе. Вдруг один из них ныряет с головой в воду и выбрасывает оттуда блестящую рыбу. Её тут же перехватывают. Гоблины вразнобой перебрасываются крупной добычей. Но работают удивительно ловко. Рыба большая, наверное, в треть роста гоблинов, или даже чуть побольше. Рыбаки не тушуются — стараются выбросить её на берег. Рыба, естественно, не согласна с таким ходом событий. Она дёргается, бьёт хвостом и старается вернуться обратно в воду. Но суетливым гоблинам удается совладать и с ней.

Рыба, в конце концов, после долгих трудов, отправляется на берег. К ней тут же подбегают оставшиеся рыбаки с деревянными и каменными молотками. Не медля, стараются её оглушить.

Судя по уже оглушенным и лежащим без движения трём рыбинам, такой способ рыбной ловли вполне не случаен и себя оправдывает.

— Во дают, не знал, что они рыбалку освоили, — удивляется Феофан. — Они же в основном торгуются и посредничают, когда не ломают и не крадут все? что не прибито. Кому расскажу, что гоблины в рыбаков заделались — не поверят. А я всем расскажу.