– Извини, – Алина отложила телефон в сторону. – Просто накопилось.

В это легко поверю.

– Ты чем-то болеешь? – обеспокоено предположил я, хотя в это верилось с большим трудом.

Я не знаю такой земной болезни, от которой у нас не было бы лекарства. То над чем борются лучшие умы человечества, нашими учёными уже давно открыто. Империя, правда, не спешит делиться этими знаниями с людьми, оставив их в качестве бонуса за правильное решение войти в её состав по итогам референдума. В противном случае пусть болезни лечат тэринги. Что они, само собой, делать не будут. Население Земли им нужно только в качестве дешёвой рабочей силы при освоении ресурсов планеты и дополнительного рациона. Ожидать иного от ящеров было трудно. А вот подобное равнодушие со стороны родной страны мне было непонятно и неприятно. Ведь на Земле каждый день от болезней и их последствий умирали люди, которых можно было спасти. Но такова большая политика императорского двора и не нам простым аваронцам её оспаривать.

– Почти, – прикусив губу, глухо произнесла Алина. – В моём организме яд, созданный на основе Гршкара. И теперь каждые два месяца мне нужна доза противоядия.

Ни хрена себе приплыли. В какой-то момент я растерялся, не зная, что и сказать. Единственное, что смог выдавить:

– Как?

Алина нервно поправила чёлку и потянулась к сумочке.

– Закурю?

– Да, конечно.

Я принёс с кухни пепельницу.

Алина благодарно кивнула, неспешно закурила и сделав несколько глубоких затяжек, наконец, заговорила:

– В прошлом году, ещё до твоего исчезновения, меня схватили клоны Фокса и сделали укол какой-то дряни. Я сразу отключилась и пришла в сознание спустя пару часов уже в собственной кровати. Рядом на подушке лежала записка объясняющая, что мне вкололи, для чего и как часто нужно вводить противоядие.

Я почувствовал, как мои кулаки сами собой сжимаются в слепой ярости. Вот ведь сволочи. По грязному решили играть.

– Предложили тебе работать на них? – почти уверенный в своём предположении прохрипел я.

– Нет, – не согласилась с моими догадками Алина. – Какой им смысл связываться с простым оперативником? Они предложили это Георгу.

Однако. Довольно неожиданно и глупо. Плохо они просчитали покойного главу разведки Аварона. Ромашов никогда не поддался бы на шантаж. Не в его это было правилах.

– Ты прав, – ответила Алина на мои высказанные вслух мысли. – Он не пошёл на сотрудничество с клонами. Вместо этого поручил Руслану напрячь учёных для поиска антидота. И заранее передо мной извинился.

В этом месте голос суровой аваронки дрогнул. Я с болью представил, каково это знать, что обречён на смерть и единственный шанс на спасение находится в руках аваронца, который променял твою жизнь на свои принципы и служение империи.

– Руслан справился. Почти, – после небольшой паузы продолжила Алина. – Меня больше месяца продержали в нашем научном центре. Постоянные обследования, анализы, опыты. В итоге специалисты нашли чем можно на небольшой промежуток времени купировать действие яда. Вот такая история, Миша. Я теперь каждый день живу, как свой последний.

Вот теперь стало понятно, зачем Казанцев прибыл в Туру, когда его присутствие там совсем не требовалось. Он привёз очередную дозу антидота для Алины.

Я сочувствующе посмотрел на подругу. То, что ей досталось, врагу не пожелаешь. Я видел её приступы во время инъекции. Жуть. И так каждые два месяца. Лично мне одного раза хватило испытать на себе всю прелесть действия Гршкара, чтобы запомнить это на всю жизнь. Тогда меня тоже здорово ломало. Не хуже чем Алину на квартире у Филатова.

– Что говорят учёные? – мне до зуда на кончике языка хотелось пожалеть любимую девушку, прижать к груди, но зная крутой нрав гордой аваронки, это её только бы разозлило. – Надежда есть, что они найдут лекарство?

– Руслан говорит, что работают над этим. Есть продвижение. И больше никакой информации не даёт.

– Понятно, – сухо отреагировал я. И не соврал. Кусочки пазла, кажется, начали складываться в общую картину. Оставалось только подтвердить свои догадки. – Мне нужно уйти на несколько часов. Ужинай без меня.

– Куда собрался? – тоном сварливой жены поинтересовалась Алина. И куда только делась минутная слабость и женственность?!

– Хочу встретиться с генералом Стоцким. Надо передать весточку от клонов.

– Ты им веришь? – искренне удивилась девушка.

– Пятьдесят на пятьдесят, – неопределённо пожал я плечами, вынимая из шкафа новую, ещё ни разу не ношенную куртку. – Посмотрим, смогут ли они доказать свои слова делом. Но определённо Стоцкого стоит проинформировать. А там уже решим, как поступить.

– Как знаешь, – воздержалась от бесполезного спора своенравная аваронка. И вдруг словно опомнилась: – Ты говорил, что у тебя нет контактов генерала.

Верно. Говорил.

– Нашёл среди документов Ромашова, – вот тут чистую правду сказал. Не докопаешься. Обманывать Алину даже в малом мне не хотелось. – Всё, я ушёл.

***

Это было немыслимо. Невозможно. Об этом даже трудно подумать, не то чтобы поверить. Но факт остаётся фактом. Филиалы клонов в разных странах разделились на два противоположных лагеря и начали открытую конфронтацию между собой. Иначе, как ещё можно было объяснить попытку убийства главы Московского отделения клоном из Японии?

Именно в подобном ключе рассуждал Артур Фокс, разглядывая стоявшего перед ним Тэтсуо Куроки. То, что совсем недавно он сам отдал приказ о ликвидации графа Беркли, и тем самым показав другим пример, американец в расчёт не брал. Ведь ему было можно.

– Кто ты такой, не спрашиваю. Сам прекрасно знаю. Тэтсуо Куроки, доверенное лицо Кенджи Такано, моего самого верного соратника. До недавнего времени, – задумчиво поглаживая гладко выбритый подбородок, произнёс Фокс. – Чем обязан столь странному визиту? А точнее способом его нанести.

Японец гордо молчал.

– Не хочешь разговаривать? – американец сделал глоток виски. – По правде говоря, я тоже. Обо всём, что ты можешь мне рассказать, я догадываюсь и сам. Единственное, что мне интересно, это кто тебе помогал и где их можно найти. Хотя и это, опять же, лишь вопрос времени.

– Мистер Фокс, я всё равно ничего не скажу, и живым отсюда не выйду, – нарушил молчание Тэтсуо. – Зачем тянуть?

Клонам почти неведом страх. И они не боятся смерти так, как её боятся люди. Однако им присущ инстинкт самосохранения. Именно он был той чертой отделяющей отвагу от безрассудства. Служил ярким маркером обозначающим опасность. Сейчас он полыхал багровыми тонами, сигнализируя, что жизнь висит на волоске.

Но японец был, как всегда собран и спокоен. Он уже успел просчитать все возможные варианты спасения и каждый из них заканчивался его смертью. В чём тогда смысл суетиться и дёргаться на потеху врагу? Пусть Куроки был искусственно созданным в лаборатории клоном, но впитанное на генетическом уровне такое понятие, как честь самурая, было для него не пустым звуком.

– Не торопись. Подожди одну минуту.

Фокс отставил в сторону недопитый стакан с виски и, подойдя к компьютеру, отправил запрос на видеосвязь с главой японского отделения.

В стране восходящего солнца словно ждали этого звонка, практически тут же ответив на вызов.

– Добрый вечер, Артур, – с экрана монитора на Фокса смотрел вежливо улыбающийся Такано. – Что-то случилось?

– Кенджи, у меня нет настроения играть в эти игры, – холодно процедил американец. – Несколько минут назад твой помощник пытался меня убить.

Фокс повернул ноутбук так чтобы встроенная веб-камера показала пленённого Куроки.

– Майкл! – Артур просто кивнул своему начальнику охраны.

Нутром почуяв, что от него хочет босс, Майкл подошёл к Тэтсуо со спины и накинул ему на шею удавку. Японец захрипел, задёргался, выкатил глаза, словно от удивления и, скривив посиневшее лицо в жуткой гримасе, вскоре повис на руках охранников.

Представление было закончено, и Фокс повернул ноутбук к себе.