- Постою здесь, - пояснила Алисия. - Если Феронд вернётся, ему не понравится встреча с тобой здесь.

- Это уж точно, - кивнул маг, поднимаясь по лестнице.

Он вошёл и закрыл за собой дверь, присел на дощатый пол рядом с кроватью и принялся ждать. Лайгон старался ни о чём не думать, чтобы ненароком не изменить своего решения и не уйти отсюда, ничем не выдав своего присутствия и, тем более, не поговорив. Маг не мог ждать долго, поскольку не знал, насколько долгим будет общение Алдана с Ферондом и не заподозрят ли они чего-то недоброго в происходящем. Поэтому маг тихо позвал Мику по имени, не желая слишком бесцеремонно будить её, но и надеясь ускорить процесс её пробуждения. И друидка проснулась, сладко зевнув, тем самым вынуждая мага тоже зевнуть себе в кулак. Закончив зевать, Лайгон заметил, что лиловые глаза настороженно смотрят на него.

- Снова ты? - разочарованно спросила друидка, словно могла надеяться услышать отрицательный ответ.

Лайгон так же сидел на полу около её кровати, как и в прошлый раз. Только теперь он смотрел на неё виновато и, казалось, испуганно. Когда маг начал говорить, голос его был полон раскаянья:

- Мика... Я уже просил прощения, но, кажется, не получил его... Тебе было плохо и, наверно, не до меня, но... Феронд действительно любит тебя, а я совсем потерял голову от желания отомстить ему...

Девушка легла на бок, чтобы быть ближе к собеседнику. Сейчас маг не лгал, и друидку даже немного пугала столь явная перемена в нём. Он не был насмешливым, надменным и злым. Он впервые был таким, каким знала его Алисия и каким Мика никогда прежде не видела его. Лайгон был искренним, и эта открытость и кротость, которая теперь была видна в нём, так трогательно обнажала его внутреннюю красоту, что девушка улыбнулась. Маг был вполне симпатичным, как оказалось. Мика захотела сказать ему что-то хорошее, чтобы посмотреть: если сказать, что он прощён, он снова превратится в прежнего себя или же останется тем, кого она сейчас с удивлением видела перед собой.

- Я понимаю тебя, - ответила она. - Тебе было больно от того, что Феронд предал тебя, и ты решил сделать так, чтобы он тоже почувствовал это... Вот только он не хотел предавать... Он лишь хотел защитить тебя, как и защищал всю свою жизнь. Только ради тебя он ввязался во всё это тогда, да и сейчас... Я видела это... Ему было очень трудно, и, поверь, каждый раз, обижая тебя, он мучился не меньше...

- Я знаю, - мягко перебил её маг, потому что ему казалось, что этот монолог отнимал у неё силы.

- Неужели ты понял это лишь теперь, когда он ушёл? - тихо спросила девушка.

Маг несколько секунд смотрел на неё удивлённо, пытаясь понять, куда Феронд ушёл, но потом сообразил, что девушка продолжает отчасти верить в то, что он наплёл ей. Он облизнул пересохшие от волнения губы. Они только начали понимать друг друга, а он должен был вторично признаться ей во лжи. Это было непросто.

- Феронд никуда не уходил... - начал он. - Я соврал тебе... Я сожалею, что поступил так... - он совершенно не обращал внимания на загоревшиеся надеждой глаза и продолжал говорить, поскольку знал - третий раз на подобный разговор с ней он не решится. - Мика, можешь не говорить, что ты думаешь обо мне, потому что всё это правда: я глупец, негодяй, лжец и каналья. Я действительно ничего не замечал вокруг от слепого желания поквитаться с Ферондом. Не пытайся меня понять - это не нужно нам обоим. Просто... - он вздохнул и решил, что с него хватит и потому закончил вовсе не так, как планировал: - Просто знай, что Феронд ничего не понял про кристаллы... Он почти догадался, выспрашивал у Элдора... В итоге мой брат думает, что ты чего-то боишься... - маг решил пропустить свои уместные комментарии относительно умственных способностей избранника Мики и замолк.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Воспользовавшись тем, что он перестал говорить, девушка осторожно переспросила:

- Он в Заречье?

- Да, он здесь, - ответил Лайгон, радуясь тому, что разговор окончен и, кажется, друидка не зла на него.

Мика резко села на кровати, и Лайгон вскочил на ноги, бережно дотрагиваясь до её плеча. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза. Девушка видела, с какой светлой болью и раскаяньем смотрит на неё маг, а Лайгон, в свою очередь, видел, насколько его муки совести сейчас безразличны ей. Он и не рассчитывал, что она обрадуется и простит его, высокопарно объявив об этом, зато стало заметно легче от осознания, что он самолично признался ей в своих ошибках. Странное чувство. Никогда маг не признавал, что что-то упустил или перегнул палку, тем более не признавал вслух. Но отчего-то признаться друидке было проще, чем Феронду, хотя брат-то наверняка бы тут же простил. Наверно, именно поэтому маг боялся поговорить с ним.

- Лежи, отдыхай, я позову его, - ласково сказал он, замечая, что Мика недоверчиво глянула на него.

- Слушай, я не собираюсь тебе ничего доказывать, так что прими, как факт – я не стану строить козни… больше не стану…- он потерял терпение и пошёл к двери, бросив на ходу: - Дай мне десять минут, и Феронд будет у тебя!

***

- Привет… - нерешительно поздоровалась Мика с вошедшим валинкарцем.

Феронд приблизился к её кровати и нерешительно сел на краешек. Ему было непривычно и странно осознавать, что она любит его безо всяких инъекций, и это отчего-то смущало его. Он не мог спокойно вспоминать, как глупо вёл себя, полагая, что все её действия и слова продиктованы наличием в крови субстанции.

- Как ты? – спросил он у девушки. - Мне ужасно жаль, что я позволил тебе отправиться туда… - он поджал губы, подумал и признался: - Я полагал, ты ушла, потому что Алдан исцелил тебя, но потом он рассказал, что исцеление и не требовалось…

- Да, то, что я чувствую к тебе, не исцеляется, - смущённо улыбнулась Мика. - И субстанция была не при чём… прости, я… не хотела разубеждать тебя, потому что боялась потерять.

- Я знаю… - кивнул Феронд и спросил то, чего никак не мог понять: - Но почему ты ушла…

Мика пожала плечами, поскольку сейчас ей казалось ужасно глупым то, что она не решила поискать подтверждения словам мага, а отправилась в бой, чтобы отвлечься от мыслей.

- Думала, ты презираешь меня, - призналась она.

- Что за глупости? – удивился валинкарец, пересаживаясь ближе к лицу друидки. - С чего ты взяла?

Она догадывалась, что ответ прозвучит глупо, но сказала правду:

- Лайгон сказал…

- Лайгон… - вздохнул Феронд, качая головой: он знал, что во всём виноват его брат, но до сих пор не мог понять, как ему всегда так ловко удавалось перевирать слова и действия других. - И ты ему поверила?

- Он знал, на что давить… - пожала плечами девушка, которой показалось, что у неё не было шансов не попасться на ложь мага.

- Понятно, - кивнул Феронд и спросил: - И что он сказал?

Друидка решила, что нечего больше таиться и что-то скрывать. В этом не было никакого смысла, тем более, что от Лайгона, хоть он и вёл себя искренне последнее время, можно было снова ожидать подвоха. Мика ответила, как есть:

- Что ты ненавидишь Эйдиса, и, узнав, что мы с ним были заодно, и я знаю о тебе с того момента, как он первый раз пришёл к тебе, ты возненавидел и меня…

- Я нормально отношусь к Эйдису… - пробормотал Феронд. - Не боготворю, но и не презираю. Он дал мне выбор и я сам принял решение согласиться… Погоди… То есть ты знала, что я сделал с Лайгоном? – он никогда не рассказывал ей об этом, а она не спрашивала, и потому он полагал, что ей ничего неизвестно. - Знала, как я превращал его в того озлобленного мага, каким он стал тогда и каким остаётся по отношению ко мне до сих пор?

- Да, - коротко ответила Мика.

- И… что? – осторожно осведомился мужчина.

- Прости меня… - прошептала девушка. - Я должна была рассказать сразу, как ты спросил, но испугалась, что ты не поймёшь. Знаешь, почему я бросилась к тебе в Энидуне? Потому что… ты был прав, я бы, наверно, не стала рисковать собой ради незнакомца, но ты… я давно наблюдаю за тобой. Я видела тебя нечасто, но этого было достаточно… чтобы полюбить… Хотя мне кажется, что я полюбила тебя с первого взгляда… и поверь, выглядел ты хуже, чем раненый в Энидуне…